Чтение онлайн

Ну конечно.

Кивком головы Патч попросил остальных удалиться. Тягостное молчание повисло до того, как кто-то двинулся с места. Первый уходящий парень, проходя мимо, двинул меня плечом. Я отступила, чтобы обрести равновесие, и тут же натолкнулась на холодные взгляды двух других уходящих игроков.

Отлично. Не моя вина, что Патч - мой напарник.

– Восьмой шар? – спросила я, приподнимая брови, и стараясь выглядеть уверенно относительно того, что говорю и того, что меня окружало. Может быть, он был прав и Клуб у Бо не был привычным для меня местом, но это не значит что я буду чуть что нестись к дверям на выход, - Насколько высоки ставки?

Его улыбка стала шире. В этот раз я была уверена, что он ехидничает.

– Мы не играем на деньги.

Я поставила сумку на край стола.

– Очень жаль. Я бы поставила все, что у меня есть, против тебя.

Я достала свои записи с двумя заполненными строчками.

– Парочка коротких вопросов и я исчезну.

– Скотина, - прочел вслух Патч, опираясь на кий, - Рак легких? Предполагается, что это сбудется?

Я помахала опросником в воздухе.

– Думаю, что ты внес свой вклад в атмосферу. Сколько сигар за ночь? Одна? Две?

– Я не курю, - прозвучало это искренне, но я не купилась.

– Ну-ну, - сказала я, пристраивая свой блокнот между восьмым и темно-фиолетовым шарами. Нечаянно я толкнула темно-фиолетовый шар, когда вписывала «определенно сигары» в третью строчку.

– Ты нарушаешь партию, - сказал Патч, все еще улыбаясь.

Я встретилась с ним взглядом и, не удержавшись, слегка улыбнулась в ответ.

– Надеюсь, не в твою пользу. Самая большая мечта? – я гордилась этим вопросом и была уверена, что он поставит его в тупик. Он подразумевает обдуманность ответа.

– Поцеловать тебя.

– Несмешно, - сказала я, не отводя глаз и радуясь, что не запнулась.

– Нет, но зато ты покраснела.

Я, подтянувшись, села на край стола, стараясь выглядеть бесстрастной. Скрестила ноги, чтобы использовать колено в качестве письменной доски.

– Ты работаешь?

– Убираю со столов в Бордерлайне. Лучшая мексиканская кухня в городе.

– Религия?

Вопрос его не удивил, но и не обрадовал.

– Ты сказала, что задашь парочку коротких вопросов. Этот уже четвертый?

– Религия? – спросила я тверже.

Патч задумчиво провел рукой по нижней челюсти.

– Не религия… культ.

– Ты принадлежишь к культу? – я запоздало поняла, что, пусть я и удивилась, но это было ожидаемо.

– Ну, раз уж это всплыло, то мне как раз нужна здоровая девушка для жертвоприношения. Сначала я хотел было заставить ее проникнуться ко мне доверием, но если ты готова сейчас…

На моем лице не осталось и тени улыбки.

– Не впечатлил.

– Да я еще даже не пытался.

Я спрыгнула со стола и встала перед ним. Он был на целую голову выше.

– Ви сказала, что ты нас старше. Сколько раз ты уже проваливал биологию за 10-ый класс? Один? Два?

– Ви не мой пресс-секретарь.

– Отрицаешь, что провалился?

– Я тебе говорю, что не ходил в школу в прошлом году, - его глаза смеялись надо мной. Что еще больше уверило меня в своей правоте.

– Ты прогуливал?

Патч положил кий на стол и поманил меня пальцем, я не подошла.

– Страшная тайна, - сказал он таинственным голосом, - я никогда раньше не ходил в школу. Еще одну тайну? Это оказалось не так скучно, как я ожидал.

Он врал. Все ходят в школу. Есть же законы. И он врал, чтобы разозлить меня.

– Ты думаешь, я лгу, - улыбаясь, сказал он.

– Ты никогда не ходил в школу? Допустим, это так, как ты и утверждаешь, хоть я тебе и не верю, тогда что заставило тебя пойти в этом году?

– Ты.

Во мне проснулся страх, но я сказала себе, что именно этого он и добивается. И вместо этого, я, придерживаясь выбранной линии поведения, постаралась выглядеть раздраженной. Хотя мне все равно потребовалось время, чтобы ко мне вернулась речь.

– Это не настоящая причина.

Видимо, он сделал шаг ко мне, потому что внезапно наши тела оказались разделены лишь тонкой воздушной гранью.

– Твои глаза, Нора. Твои холодные, светло-серые глаза удивительно и невероятно притягательны, - он склонил голову, словно рассматривая меня под новым углом, - и эта убийственно изогнутая линия губ.

Испуганная не столько его замечанием, сколько той частью меня, что отреагировала на это с радостью, я отступила назад.

– Хватит. Я ухожу.

Но как только слова слетели с моих губ, я поняла, что это неправда, мне очень хотелось сказать ему кое-что. Пытаясь разобраться в хороводе мыслей в своей голове, я искала то, что хотела сказать ему. Почему он был таким саркастичным, и почему вел себя так, словно я сделала что-то, чем заслужила такое обращение?

– Похоже, ты многое знаешь обо мне, - сказала я, в тысячу раз преуменьшая действительность, - больше чем должен. Похоже, что ты точно знаешь, что сказать, чтобы я чувствовала себя неловко.

– Ты упрощаешь задачу.

Вспышка гнева пронеслась во мне.

– Ты признаешь, что делаешь это специально?

– Это?

– Достаешь меня.

– Скажи «достаешь» еще раз. Твои губы выглядят очень соблазнительно, когда ты это произносишь.

– Мы закончили. Можешь продолжать играть, - я стянула его кий со стола и протянула ему. Он его не взял.

– Мне не нравится сидеть рядом с тобой, - сказала я, - мне не нравится быть твоим напарником. Мне не нравится твоя снисходительная улыбочка.

Мои челюсти сжались, что обычно случалось, когда я врала. Я задумалась, врала ли я в тот момент и, если так и было, мне захотелось дать себе пинка.

– Ты мне не нравишься, - произнесла я как можно убедительнее и ткнула в него кием.

– Я рад, что тренер посадил нас вместе.

Я уловила легкую иронию на слове «Тренер», но мне не удалось разгадать ее скрытый смысл. В этот раз он взял кий.

– Я работаю над тем, чтобы это исправить, - ответила я.

Патчу это показалось настолько забавным, что он широко улыбнулся. Он потянулся ко мне, и до того, как я успела отшатнуться, вытащил что-то у меня из волос.