Чтение онлайн

— Я и сам не совсем еще понимаю... Хотя в общем-то нет здесь ничего непонятного. Я не стал тебя будить потому, что мне жалко было нарушать твой сон. Ты спала, как ребенок, что-то бормотала во сне и улыбалась. Последней сволочью надо было на свет родиться, чтобы посметь потревожить такой сон. Насчет отца твоей подруги ты сильно преувеличиваешь, потому что спасать от смерти — это удел врачей, а я просто помог достать нужное лекарство. А насчет того, что я предложил тебе укрыться от дождя в своей машине...

— Да?

— Понимаешь, еще там, в магазине, когда я тебя увидел... Еще в первый раз, когда ты фотографии перепутала... Я еще тогда подумал: как жалко, что я тебя больше не увижу. А потом, когда снова пришел... Извини, я не мастер говорить. Как-то все сбивчиво получается, и говорю как будто совсем не то, что сказать хочу. Я не знаю, Алина, как тебе это объяснить. Если честно, со мной такое впервые. Я сел в машину, включил зажигание и понял, что никуда не поеду. Что дождусь тебя, а дальше... В общем, все примерно так и было. А теперь я чувствую, что не смогу...

— Бред какой-то, — перебила его Алина. — Что ты вообще говоришь, ты хоть знаешь...

— Говорю, что думаю. Что чувствую. Хоть и не совсем складно... Я тебя чем-то обидел?

— Нет, что ты. Просто все это как-то...

Она не смогла подобрать нужных слов.

— Но, может быть, это так и бывает?

— Что — это?

Он промолчал в ответ.

— Нет, — покачала она головой. — Нет, извини. Спасибо тебе за все. Я пойду...

— Постой.

Он накрыл своей ладонью ее ладонь. Бережно, но в то же время настойчиво. Алина опустила глаза. Некоторое время она не двигалась, почти не дышала. Чувствовала: нужно встать и уйти, но почему-то не могла. Наконец сумела выдавить из себя:

— Я пойду, Влад.

— Мы не увидимся?

— Я не думаю... Не думаю, что в этом есть смысл.

— Но почему, Алина? Ты... У тебя есть кто-то?

— Не в этом дело, Влад. Извини, мне надо идти. Спасибо тебе за все...

Она уже открыла дверцу машины.

— Какие твои окна?

— Два крайних на восьмом этаже. Зачем тебе?

— Я дождусь, пока ты включишь свет. Чтобы знать, что с тобой все в порядке.

— Всего доброго.

Он не стал настаивать:

— И тебе.

Она захлопнула дверцу и быстро, почти бегом, стала удаляться. Поднялась на лифте на свой этаж. Не включая света, сняла обувь и прошла в кухню к окну. Выглянула, стараясь не пошевелить занавеской. Машина стояла. Все на том же месте, с выключенными фарами. Она отошла от окна и нажала на кнопку выключателя. Снова подошла к окну, прислушалась. Через какое-то время до нее донеслись звуки работающего двигателя. Потом, когда они смолкли, Алина снова выключила свет и подошла к окну. Улица была пустой...

* * *

Заснуть не получалось. Часы показывали уже третий час ночи, а Алина все ворочалась с боку на бок, ожидая, когда же придет сон. Но сон не приходил. Она уже несколько раз принималась считать барашков, но где-то на третьем десятке барашки каждый раз забывались, таяли, как облака, и мысли снова принимались кружиться в голове вихрем.

Она никак не могла разобраться в своих чувствах. Все то, что произошло, просто не умещалось в сознании. Она вспоминала, перебирала в памяти эпизоды этой странной встречи, раздумывая о том, как щедра бывает судьба на сюрпризы. То, что она свела ее с этим человеком, — уже само по себе неожиданно. Но еще более неожиданными казались ей чувства, которые вызвала в душе эта встреча.

Еще вчера она не знала Владислава. Знала только о его существовании, не более того. Никогда не задумывалась о том, кто он, какой он. И представить себе не могла, что однажды ночью не сможет заснуть, думая о нем. Что будет лежать не смыкая глаз и вспоминать его улыбку, его голос. И страдать... Мучительно страдать оттого, что эта улыбка, и этот голос, и этот взгляд — все это ей не принадлежит и принадлежать не может. «Неужели это — правда? — удивлялась она самой себе. — Неужели можно вот так, с первой встречи... Ерунда. Быть этого не может».

Мелькнула мысль: может быть, напрасно она вела себя с ним так категорично? Ведь тысячи женщин на свете встречаются с женатыми мужчинами и счастливы при этом... Или почти счастливы, или несчастны... «Скорее несчастны, — перебила она себя. — И несчастны при этом все трое. Потому что на чужом несчастье своего счастья...» Мысли путались. Она подумала было о том, что Лариса, возможно, вполне заслуживает того, чтобы ее наказали. Ведь сама она несколько лет назад не утруждала себя подобными раздумьями, когда решила завести роман с женатым мужчиной... Но мысль эта показалась ей жуткой: кто она такая, чтобы кого-то наказывать? Ведь не Господь Бог же в самом деле... Может, это наоборот проверка для нее, искушение?

Бред какой-то. Это просто стечение обстоятельств. Случайное стечение обстоятельств. В конце концов думать здесь не о чем: Влад женат. Женат, и точка. Едва ли следует тешить себя воспоминанием о том, насколько категорично и даже грубовато он общался с женой по телефону. Она его жена, и кем бы она ни была, какой бы стервой и сволочью, сколько бы зла ни причинила когда-то Алине — это ничего не меняет. Это ничего не должно менять!

«Не заслужила. Она его не заслужила, такого, — в который раз мелькнула мысль. — И все равно, это ничего не меняет. Заслужила — не заслужила... Не мне решать!»

Она еще долго не могла заснуть. Снова и снова пыталась заставить себя не думать о Владе и каждый раз вынуждена была признаться в том, что это у нее плохо получается. За окном продолжал робко стучать дождь. Теперь он, казалось, успокаивал ее: не нужно так расстраиваться, все пройдет, ведь ты это знаешь...

Все проходит, все рано или поздно заканчивается. День, два, может быть, неделя — и она перестанет думать о нем, забудет и глаза, и улыбку, и голос. И больше никогда не будет мучиться от сознания того, что сейчас, именно в этот момент он, может быть, обнимает жену и шепчет ей на ухо те самые слова, которых ей, Алине, не суждено от него услышать. Не суждено...

* * *

Рабочий день выдался тяжелым. Наташа прийти не смогла — позвонила утром, извинилась, что не может отлучиться из больницы, и попросила Алину потерпеть один денек. А Алина была даже рада тому, что ей пришлось в этот день работать без напарницы: свободного времени практически не было, она едва успевала обслуживать клиентов, бегала от окошка к окошку, считала деньги, принимала заказы, вынимала из коробок и складывала обратно фотоаппараты. Но все же время от времени она ловила себя на мысли, что слишком часто поглядывает туда, за витрину, откуда вчера появился Влад. «Придет? Может, придет все-таки... Но ведь я же сама ему сказала, что не надо приходить. Ведь на самом деле — не надо! Но, может, все-таки...» Напрасно она надеялась, засыпая накануне под утро, что на следующий день все будет по-другому. Что все забудется, и события, произошедшие накануне, будут восприниматься ею как забавное и неожиданное приключение, не более того. Напрасно надеялась, что сможет наконец заставить себя немного позлорадствовать: муж ее давней удачливой соперницы, оказывается, тот еще пройдоха. Судя по всему, из таких, которые на следующий же день после свадьбы жене рога наставляют... Эта мысль ее совсем не утешала, и уже тем более не давала повода для злорадства. Она почему-то совсем не думала, что Влад из таких. Но, с другой стороны, если он не из таких — значит, все то, что он говорил ей вчера вечером, было правдой? Значит, на самом деле говорил то, что чувствовал, а не просто клеил очередную девчонку для забавы?