Чтение онлайн

*

И тишина, подумал он, глядя в черную бездну неба. Прибой то и дело выбрасывал в круг света белые хлопья пены. Где-то над головой шелестели пальмы. На вертеле шипела свежая порция мяса. Костер на пустынном морском берегу казался почти живым существом и тихо потрескивая угольками вел нескончаемую беседу с вечностью.

Пашей с женой едва слышно шептались о чем-то по другую сторону основательно опустошенной скатерти-самобранки. Он сидел, устало вытянув ноги, а Елена лежала, пристроив голову у него на животе.

Эрнесто, многократно почтивший Деву Марию доброй порцией рома, блаженно дремал возле огня, накрыв голову своей широкополой шляпой.

– Жаль.

– Чего жаль?
– немедленно откликнулась Елена.

– Жаль, погрузиться удалось только ночью.
– пояснил Кирилл.
– Место уж больно шикарное. Я бы здесь и днем, при свете, нырнул с большим удовольствием...

– В чем проблема?
– удивился Паша.
– Встанем завтра пораньше и под воду. На самой первой зорьке.

– А воздух? Мы же высосали баллоны до самого донышка.

– Салага!
– самодовольно оскалился Паша.
– Мало же тебя, получается, жизнь и товарищ командир учили если ты думаешь, что я мог взять запас ровно на одно погружение! В трюме три свежих баллона лежат...

– Вот как?

– Только так, братишка. Запас карман не тянет. Собираешься один раз нырять - баллонов бери на два, два раза под воду хочешь идти - баллонов запасай на три. Чтобы потом не было мучительно больно, когда на отличном, но далеком сайте тебе не хватит воздуха на одно погружение.

– А если... адмирал будет против, чтобы мы задерживались утром?
– Кирилл кивнул в сторону Эрнесто, посапывавшего рядом с костром.

Паша пренебрежительно пожал плечами:

– Ты не поверишь, но иногда стодолларовая купюра способна творить чудеса не хуже волшебной палочки!

Кирилл прыснул.

– Да и с чего бы вдруг ему отказываться?
– продолжил Паша.
– После такого-то славного коллективного... возлияния.

Он помолчал немного, рассеянно накручивая на большой палец локон Елены.

– А насчет места ты верно подметил: место исключительное.
– вымолвил он наконец.
– Я такого прежде не видел...

– И я не видела.
– прибавила Елена.

– А я так вообще первый раз на юге, в тропиках, ныряю.
– хмыкнул Кирилл.

– Серьезно?

– Абсолютно серьезно.
– подтвердил он.
– Я-то дайвер... зеленый еще совсем. Второй сезон начинаю...

– Всего-то?

– Всего-то. Я ведь только прошлым летом открытую воду сдал...

– Египет? Мальдивы?

– Жестче! Кольский полуостров...

– Кольский полуостров?! Это как?

– Это не как.
– усмехнулся Кирилл.
– Это где. Северо-запад России. Тысяча километров на север от Питера. Граница с Норвегией...

– Ой, спасибо за информацию!
– от души поблагодарил его Паша.
– А то мы сами не знаем: где Кольский полуостров! Вопрос в другом: разве там ныряют?

– Да еще как! Там уже несколько лет работает пара вполне пристойных дайв-станций. Ныряют, правда, в основном местные да еще питерские, но и из остальной России тоже народ понемногу подтягиваться.

– Расскажешь?

– Да запросто!
– пожал плечами Кирилл. Отчего ж не рассказать-то?
– Короче, год тому назад, то ли находясь в состоянии творческой депрессии, то ли еще по какой причине, сейчас уже и не припомню, отправился я в клуб подводного плавания с целью приобщиться к дайверским таинствам. Отучился сколько положено, нахлебался хлорированной водички в бассейне, наслушался подводницких историй, с равной степенью вероятности могущих оказаться как святой правдой, так и галимой галиматьей. Ну а ближе к лету встал вопрос о том, чтобы присоединиться к какой-нибудь группе, отправляющейся в теплые края где можно получить боевое крещение и дайверский сертификат. Большинство ребят из моей группы собрались лететь в Египет или на те же Мальдивы, а у меня, как назло, случился небольшой финансовый кризис. Не, деньги вообще-то были, но не сказать, чтобы очень уж много. А на Мальдивы за три сотни зеленых не слетаешь. В Египет, собственно, тоже. Можно было, конечно, дядю Славу тряхануть, он бы не отказал, но тут подвернулось мне исключительно интересное предложение. Собралась в нашем клубе группа, намеревавшаяся в августе понырять не на юге, а наоборот, на севере. В Заполярье. На Кольском полуострове. Ну и я этим загорелся. С одной стороны - интересно, с другой - дешево. Относительно Мальдивов дешево, конечно же.
– уточнил он.

– Ладно, наступил август. Загрузились мы в Пулково на борт и всего через полтора часа оказались за Полярным кругом. В Мурманске сели на катер и к вечеру уже высадились в шикарном фьорде за Рыбачьим полуостровом, почти у самой норвежской границы...

– Ну и как там?
– спросил Паша.

– Шикарно! Ну, если конечно отвлечься от ненавязчивого, полуказарменного быта. Жили в вагончиках, типа строительных балков, обедали по-походному, прямо у костра, снаряжение таскали на собственном горбу. Но в остальном... полный отпад! Береговой ландшафт - как на Луне: скалы, выщербленные ветром и волнами, заросшие разноцветным мхом. Декорации на суше - как на съемочной площадке: сплошные осколки Третьего Рейха. У фрицев там мощнейший укрепрайон был. В сорок четвертом там такая мясорубка была, что до сих пор по земле ходить страшно. Доты, дзоты, ходы сообщения, подземные тоннели и бункеры с выходом под воду, вырубленные прямо в скалах доки для субмарин, километры колючки проволочных заграждений. И везде кругом осколки бомб и мин, а в траве, во мху, под деревьями, просто как грибы, каски фашистские... растут. В иных местах идешь по земле, а гильзы стреляные, ржавые так под ногами и хрустят. Верите - нет, но я себя просто как на Кавказе чувствовал: все время под ноги смотрел...

– Растяжку поймать боялся?
– улыбнулся Паша.

– Ага!
– кивнул Кирилл.
– Хотя, конечно, никаких растяжек и закладок там давно уже нет. Ну, под водой тоже не скучно. Только в нашем заливе, у нашего, так сказать, домашнего пляжа три советских десантных катера на дне лежали. Фрицы их тогда прямой наводкой утопили. А дальше, в море, целая немецкая субмарина ржавела. Только она больно глубоко лежала, сорок с лишним метров. Нас, салабонов, туда не взяли. К ней только наши... дедушки-инструкторы ныряли. Ну, нам и на мелководье было чем заняться. Помимо лодок там на дне еще и самолеты сбитые лежали, затопленные на скорую руку пушки с минометами и... много еще чего. Природа, опять же, интересная. Не такая богатая и яркая как здесь, но зато оригинальная. Дедушки говорили, после тропической коралловой пестроты просто глаз отдыхает.

– И как же вы там ныряли?
– спросила Елена.

– В "сухарях", естественно! Как же еще!
– пожал плечами Кирилл.
– В хорошем "Посейдоне" вполне комфортно. Нет, конечно, со здешними, парными водами ничего общего, но часок поплавать можно. Особенно если в глубину не забираться...

– Почему?

– Холодновато. В поверхностном слое температура может быть довольно высокая, но стоит только погрузиться метров на десять и - мощнейший термоклин градусов в пять. Холод сразу же хватает и за руки и за ноги и за затылок и... за все остальные места. Потом привыкаешь, но сперва просто... сковывает! Ощущения исключительно острые!

– Кто б сомневался.
– покачал головой Паша.
– А вообще ты хорошо рассказываешь. Холодно.

– Не любишь холод?

– Терпеть не могу.

– Да ты ж вроде не кисейная барышня!
– рассмеялся Кирилл.

– Не кисейная.
– улыбнулся Паша.
– Просто я, Кирюша, слишком часто промерзал до костей и слишком сильно полюбил тепло.

– Ясно.

Кирилл замолчал, рассеяно глядя по сторонам.

Полночь была глубока и покойна. Легкий ветерок окончательно выдохся и не тревожил более раскидистые пальмовые ветви, нависшие над костром. Огонь, лишенный подпитки, совсем скис, словно сдавшись потоку лунного света, усиливавшегося, по мере того как Луна, вынырнув из черной морской пучины, взбиралась вверх по звездному полотну неба...