Чтение онлайн

Каждый год в США эпилепсия убивает 50 000 человек. Около 50 миллионов человек в мире больны эпилепсией, и 30 % из них имеют слабо контролируемые приступы, несмотря на максимальные дозы лекарств. Эпилепсия возникает по разным причинам, но ведущий симптом всегда один — судорожная активность. Эпилепсию можно унаследовать или приобрести как осложнение после болезни или черепно-мозговой травмы. Все ушибы головы, которые вы получили в подростковых потасовках, могут настичь вас позже.

Судорожная активность бывает очень короткой и мягкой, вроде слабых изменений в умственной деятельности. Порой пациент даже не замечает припадка. Он просто «выключается» на несколько мгновений, а потом возвращается в мир, не сознавая, что случилось. Более серьезные формы припадков вызывают сильные судороги и, в худшем случае, смерть.

Эпилептический припадок порождается аномально синхронными потенциалами действия в одной или нескольких областях мозга. Как мы помним, нейроны общаются между собой, синхронизируя свою активность, передавая информацию в обе стороны между отдельными клетками и целыми зонами нервной сети. Однако нормальная нервная синхронизация, которая поддерживает нас в сознании и позволяет действовать очень тонко, избирательно, опирается на группы нейронов, которые синхронизируются и при необходимости десинхронизируются. Наша повседневная умственная деятельность зависит от вариаций нервной активности.

Иногда в отдельном участке мозга возникает частичная синхрония. Так, посредством сложного взаимодействия нейронов, выстреливающих или не выстреливающих вместе, разные зоны мозга общаются между собой. Этот процесс крайне изменчив, нелинеен, зависит от контекста, шума и проявляет множество свойств самоорганизующейся системы, которые мы наблюдаем в сложных сетях.

При судорожной активности в некой зоне мозга наблюдается гиперсинхрония: группа нейронов или целые области мозга чрезмерно синхронизируются. На ЭЭГ это отражается в иктальных (внезапных) пиках, одновременных объемных волнах мозговой активности. Припадок может начинаться с частых волн низкой амплитуды, которые затем вырастают и становятся реже.

Это означает, что в мозге есть участок, в котором все нейроны начинают без остановки выдавать потенциалы действия. От них гиперсинхрония может распространиться на другие области мозга, в результате чего человек потеряет сознание или забьется в судорогах. В тяжелых и не поддающихся лекарственному лечению случаях нейрохирурги удаляют участок мозга, который вызывает припадок.

Эпилептики часто переживают «ауру» перед приступом. Она бывает разной, от зрительных галлюцинаций до кратких моментов поразительной ясности. Достоевский болел эпилепсией и описывал мгновения перед приступом как наполненные радостью и гармонией: «На несколько мгновений, — говорил он, — я испытываю такое счастие, которое невозможно в обыкновенном состоянии и о котором не имеют понятия другие люди. Я чувствую полную гармонию в себе и во всем мире, и это чувство так сильно и сладко, что за несколько секунд такого блаженства можно отдать десять лет жизни, пожалуй, всю жизнь» [51] .

Такого рода опыт распространен среди эпилептиков, и в последние десятилетия ученые пытались предсказывать приступы по записям ЭЭГ пациентов. Пока их попытки не увенчались успехом. Скорее всего, причина неудачи в том, что иктальная, или судорожная, активность крайне изменчиво и нелинейно взаимодействует со здоровой электрической активностью мозга, которая, в свою очередь, также зашумлена, изменчива и нелинейна.

Жесткая стратегия управления — это судорога. Ключевая цель стратегий продуктивности — сокращать вариации в работе компании. Когда колебания нейронных ответов чрезмерно подавляются (а это осуществляется через гиперсинхронию), происходит судорога, которая быстро распространяется по всей компании, вызывая общие конвульсии. Мозг больше ни на что не способен. Организация в судорожном припадке перестает быть творческой, адаптивной и сколько-нибудь человечной.

Например, прием на работу новых людей — важный процесс в любой компании. Человек, использующий подход шести сигм, внимательно изучит это направление деятельности и создаст так называемую «операционную карту». Потом он выявит лишние операции с помощью «систематизации потока ценностей» и «инструментов организации производственного процесса», выделив «прибыльные» и «неприбыльные» стороны процесса подбора персонала.

Наш утилизатор от шести сигм, скорее всего, обнаружит, что у каждого специалиста по подбору персонала есть свои способы поиска людей — это и есть вариации, а на языке шести сигм это очень плохо. Это ведет к неприбыльной деятельности вроде длительных исчерпывающих собеседований с потенциальными новыми сотрудниками. Затем гуру разработает как можно более «бережливый» процесс — не требующий затрат.

Например, он может сочинить набор стандартных вопросов для собеседования, который должны будут выучить и использовать все специалисты по подбору кадров. Они не смогут встревать со своими вопросами. Любая деятельность, которую нельзя описать, проанализировать, контролировать или улучшить, должна быть отброшена. Затем наш оптимизатор разработает процесс приема на работу, который будет в точности воспроизводиться во всей организации. Иными словами, он сделает прием на работу автоматизированной деятельностью.

Оптимизатор сможет измерить этот процесс и вынести заключение, успешен ли он, пользуясь теми же инструментами шести сигм, которые применял при разработке: это словно мерить линейку другой линейкой. Нет никаких независимых достоверных методов проверки полезности шести сигм. Почему же компании так держатся за этот подход?

Сокращение изменчивости пагубно сказывается на многих естественных системах. Скорость, с которой сегодня уничтожается биологическое разнообразие на планете, грозит нам ужасающими экологическими последствиями: мы и сами вот-вот исчезнем. Залогом здоровья человека является вариабельность сердечного ритма. Она тесно связана с естественной изменчивостью нашего мозга. Вариабельность сердечного ритма (ВСР) — это отклонения ритма в интервале между двумя ударами сердца. Показатель ВСР отражает способность сердца быстро адаптироваться к изменениям среды, реагируя на непредсказуемые стимулы. Низкая ВСР является фактором риска инсульта или внезапной смерти от остановки сердца. Таким образом, естественные колебания сердечного ритма крайне важны для здорового сердца. Как правило, чем более нелинейна деятельность сердца, тем лучше работает вегетативная нервная система.

Наука познает реальность, опровергая или подтверждая гипотезы с помощью экспериментов. Модные управленческие фантазии используют идеи и методы, которые были изначально разработаны в науке, но применяют их бездумно и не к месту. У науки же нет целей. Это творческая деятельность, сходная с искусством, ее предназначение — освобождать человеческий дух.

В психологии хорошо известен феномен «семантического насыщения». Например, произнесите про себя слово «бык» много раз, пока смысл не начнет от вас ускользать. Вы на время забываете, что означает «бык», и, возможно, даже пугаетесь, спрашивая себя: «Не приключился ли со мной инсульт?»

Такое же семантическое насыщение происходит с фразой «экономический рост». Возьмите любую газету за любую дату и найдите в ней фразу «экономический рост», разбросанную по тексту. Экономический рост, по идее, означает, что мы ежегодно увеличиваем объем товаров и услуг в мире.

Экономисты используют различные показатели для измерения этого объема. Чаще всего, разумеется, берется валовой внутренний продукт (ВВП), который каким-то образом дает понять, сколько «товаров и услуг» создано в конкретной стране или во всех странах на планете (всемирный ВВП) [54] .