Чтение онлайн

Поэтому те, кто порицал факт обмана царя Персея надеждой на мир (Ливии, кн. XLII), исходили не столько из соображений права и добросовестности, сколько из соображений великодушия и военной славы, что в достаточной мере понятно из сказанного нами о военных хитростях (кн. III, гл. II [I], VI и ел.).

Подобного же рода была та хитрость, -с помощью которой Газдрубал спас войско из Авсетанских лесов (Ливии, кн. XXVI); сюда относится и хитрость, путем которой Сципион Африканский Старший обнаружил расположение лагеря Сифакса, о чем сообщает Ливии (кн. XXX). Примеру их последовал Л. Сулла при Эзернии2 во время союзнической войны, как мы читаем об этом у Фронтина (кн. I, гл. 5).

О молчаливых условных знаках, имеющих то или иное значение в силу обыкновения

V. Некоторые молчаливые условные знаки имеют определенное значение в силу обыкновения, как, например, некогда виноградные лозы и оливковые ветви, у македонян поднятие копий, у римлян возложение щита на голову3, с помощью чего выражалось согласие на сдачу4 и что обязывало сложить оружие. Относительно выражения согласия на принятие сдачи противника и характера и объема вытекающего отсюда обязательства можно составить себе представление из сказанного выше (кн. III, гл. IV, XII; гл. XI, XV).

Ныне белые флаги служат молчаливым знаком приглашения вступить в переговоры5. Они будут обязывать не менее, чем обращение со словесной речью.

О молчаливом одобрении обещания

VI. В какой мере предложение, сделанное командующим. должно считаться молчаливо одобренным народом или государем - и об этом мы сказали выше; а именно - когда известно о каком-либо факте, о каком-либо деянии или о бездействии, когда нельзя допустить иной причины волеизъявления, кроме желания утвердить соглашение (кн. II, гл. XV, XVII; кн. III, гл. XXII, III).

В каких случаях молчаливо отменяется наказание?

VII Об отказе от наказания6 нельзя заключить по одному только умолчанию; тут необходимо такого рода положительное волеизъявление, которое означает или дружественное расположение, как, например, договор дружбы, или одобрение доблести, ради которой должно простить содеянное до того момента - будь то выражено словами или же действиями, установленными обычаем для выражения соответствующего смысла.

ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ XXIV

1 Справедливо Агафий порицает гунна Рагнара за то. что тот хотел пронзить копьем Нарсеса, когда последний удалился с переговоров (кн. II).

2 И диктатор Цезарь поступил так против тенктеров и узипетов (Аппиан, “Извлечения о посольствах”, 16).

3 Аппиан, “Гражданская война” (II).

4 У персов - руки, сложенные за спиной (Аммиан Марцеллин, кн. XVIII; по поводу этого места смотри замечания Линденброга); у римлян - опущенные щиты и знамена (Аммиан Марцеллин, кн. XXVI). О том, что римляне опускали знамена, сообщает Латин Пакат в “Панегирике”.

У германцев и прочих племен, следовавших их примеру, - протягивание стеблей травы (Плиний, кн. XXII). Сдающиеся побежденные обращаются безоружно с мольбою, как говорит Сервий (“На “Энеиду”, I).

5 Зажженный огонь - знак предложения вступить в переговоры у народов севера, о чем упоминают Иоган Магнус и прочие. Плиний (кн. XV, гл. 30) говорит о лавре: Это - растение миротворное, так как протягивание его даже между вооруженными противниками есть знак перемирия”.

6 Полибий в “Извлечениях о посольствах” ( 22) обсуждает вопрос о том, что если наказание отпущено совершившим преступления, то прощено ли оно уполномочившим на его совершение. Я не думаю. Ибо ведь каждое лицо ответственно за свои преступления в отдельности.

Глава XXV

ЗАКЛЮЧЕНИЕ, С УВЕЩАНИЯМИ О СОБЛЮДЕНИИ ДОБРОСОВЕСТНОСТИ И МИРА

I. Увещания о соблюдении добросовестности.

II. Во время войны должно всегда стремиться к миру.

III. И добиваться его должно даже с ущербом, особенно христианам.

IV. Что полезно для побежденных?

V. А также победителю?

VI. И тем, дела которых сомнительны?

VII. Заключенный мир должно соблюдать самым благоговейным образом.

VIII. Заключительная молитва к концу труда.

Увещания о соблюдении добросовестности

I. 1. И здесь я считаю возможным окончить свой труд, не потому, что высказано все, о чем можно было сказать, но .потому, что сказано достаточно для закладки фундамента. И если кто-нибудь вздумает возвести на нем более красивое здание, то не только не найдет во мне завистника, но заслужит и мою признательность.

Однако прежде чем отпустить читателя, я подобно тому как, толкуя о военных действиях, добавил некоторые увещания об избежании по мере возможности войны, так и теперь я намерен присовокупить некоторые увещания, имеющие значение во время войны и по окончании ее, в целях соблюдения добросовестности и мира.

Добросовестность должна соблюдаться не только для чего-либо другого, но и для того, чтобы не исчезла надежда на мир. Добросовестностью ведь держится не только всякое государство, по словам Цицерона, но и великое общение, народов (“Об обязанностях”, кн. III). С уничтожением таковой, как правильно говорит Аристотель, “исчезает существующее между людьми общение” (“Риторика к Феодору”, кн. I, гл. 15).

2. И недаром тот же самый Цицерон объявляет роковым нарушение добросовестности, объемлющей жизнь (“В защиту Кв. Росция”). Это - “священнейшее благо человеческого сердца”, утверждает Сенека (“Письма”, LXXXVIII). Настолько более должны способствовать соблюдению добросовестности высшие правители людей, насколько они безнаказаннее, чем другие, ее нарушают. С исчезновением добросовестности люди станут подобием диких зверей1, силы которых страшатся все. И даже справедливость в своих частях нередко таит нечто неясное; но узы добросовестности сами по себе очевидны, оттого-то именно к ней прибегают, дабы устранить из взаимных отношений всяческую неопределенность.

3. В сколь огромной мере государям надлежит благоговейно соблюдать договорную верность, прежде всего ради требований доброй совести, а затем и ради доброй славы, которой держится власть государства. Пусть же они не питают сомнения в том, что те, кто их наставляет в искусстве обманывать, творят то самое, чему они учат. Не может долгое время приносить пользу учение, делающее человека необщительным для других людей и ненавистное самому богу.

Во время войны должно всегда стремиться к миру

II. С другой стороны, не может душа, всецело погруженная в заботы войны, пребывать в безопасности и вере в бога,. иначе как постоянно имея в виду мир. В высшей степени верно ведь сказано Саллюстием: “Мудрые ведут войну ради мира” (“Речь к Цезарю”). С этим созвучно изречение Августина: “Должно не стремиться к миру ради войны, но вести войну ради. достижения мира” (“Письма”, I, “К Бонифацию”). Сам Аристотель неоднократно упрекает народы, которые ставят военные действия как бы конечной целью (“Политика”, кн. VII, гл. гл. II и XIV). Некая звериная сила преобладает по большей части в войне; тем усерднее должно стремиться к тому, чтобы. она смягчалась человеколюбием, пока, чрезмерно подражая диким зверям, мы не разучились быть людьми.