Чтение онлайн

Общая сумма ущерба по сделкам московского завода «Кристалл» и Роскомдрагмета с различными фирмами, реальными владельцем которых являлся А. Козленок, составила:

С учетом этих расходов на оплату таможенных процедур, таможенных пошлин, других накладных расходов и штрафных санкций за просрочку платежей уточняются. Сумма ущерба на начало 1995 г. превысила 200 млн долл. США.

Объявленный в международный розыск А. Козленок спустя три года был задержан в Греции и 17 июля 1998 г. доставлен в Россию по поручению Генерального прокурора РФ. К сожалению, осуждение А. Козленка и его соучастников из числа бывших высокопоставленных чиновников в Роскомдрагмете не является гарантией возмещения России причиненного ущерба. Поскольку между США и Россией нет договора о разделе активов, конфискованных по приговору суда, то каждая сторона произвольно определяет сумму, подлежащую возмещению. Пока Соединенные Штаты Америки приняли решение о возврате драгоценных камней на сумму 2 млн долл.

Наивно и преждевременно утверждать, что перекрыты каналы хищения золота и драгоценных камней из России. Службы безопасности страны располагают данными, что расхищаемое золото идет не только на личное обогащение коррупционеров, «новым русским» и «солдатам» мафии. Оно служит и для финансирования некоторых транснациональных экстремистских движений, приобретения для них за границей оружия.

Ослабление правительственного контроля за валютным оборотом в значительной степени обусловлено введением в стране режима «внутренней конвертируемости рубля». «Долларизация» российской экономики, осуществленная с подачи «лабораторных» специалистов и западных советников, в одночасье сломала монополию внешней торговли и мощную систему валютных ограничений и контроля. Взамен же не были «запущены» новые адекватные системы валютного регулирования, что стимулировало резкий рост активности криминогенных кланов и массовый отток капиталов из России.

Несмотря на отмеченные в минувшее десятилетие кризисные явления в экономике, которые возникли в результате преступной деятельности в финансовой сфере России и, в конечном счете, подорвали экономическую безопасность страны, возможность государственного регулирования валютной политики пока нельзя считать окончательно потерянной. Разумеется, это требует особого подхода, учитывающего, с одной стороны, специфику процессов российской экономики, а с другой — зарубежный опыт. Так, в бывших социалистических, восточноевропейских странах хозяйственная стабилизация и создание условий для высоких темпов экономического развития осуществлялись на базе целенаправленных программ и системы их обеспечения, прежде всего путем укрепления позиций национальных денежных единиц внутри страны. Эти цели были достигнуты за счет валютно-финансовой стабильности и сбалансированности внутренних и внешних факторов производства и обмена.

Так или иначе, международные расчеты в промышленно развитых странах, особенно в конвертируемых валютах жестко контролировались правительством и велись на централизованном государственном уровне и по мере вызревания соответствующих условий постепенно передавались на валютный рынок под ответственность негосударственных банковских структур (внимательный читатель может сравнить этот процесс с российскими реалиями).

Для выработки мер государственного регулирования полезно обратиться к опыту бывших социалистических стран Восточной Европы, которые раньше России начали осуществлять хозяйственные реформы в направлении развития свободных рыночных отношений. В этих странах курс национальной валюты изначально не «привязывался» лишь к доллару США. Сегодня национальной валютой ряда стран Восточной Европы и Балтии стал евро.

Специфика внешнеэкономических связей России обусловливает необходимость включения в «корзину» валют, по которой может фиксироваться курс рубля, евро, доллара США и японской иены. Весьма перспективной представляется полная замена доллара в экономическом обороте на евро, что, несомненно, найдет поддержку финансовых институтов многих стран Европы.

Следующим шагом в системе мер валютной политики России должно быть формирование механизма, выгодного для предпринимателей, зачисления всей валютной выручки, получаемой от внешнеторговых и других сделок, на счета уполномоченных российских банков.

Сложившаяся сегодня в России экономическая ситуация требует принятия системы мер валютно-финансовой политики, которые только в своей совокупности способны «подрубить» финансовую базу мафии и оказать стабилизирующее влияние на народное хозяйство страны, в том числе не только остановить бегство капиталов, но стимулировать их возврат в Россию. К их числу следует отнести рассмотренные здесь конкретные методы государственного валютно-финансового регулирования в промышленно развитых странах.

Прежде всего, это касается стабилизации курса рубля и его укрепления. По опыту многих зарубежных стран представляется целесообразным перейти к фиксированию обменного курса рубля на основе «корзины» валют, что будет способствовать ослаблению «долларизации» российской экономики, ее зависимости от американской национальной валюты.

В процессе развития системы валютного контроля приоритет должен отдаваться не зарубежным, а российским предпринимательским структурам, разумеется, если деловые отношения отвечают общегосударственным интересам России. Показателен в этом отношении опыт валютного регулирования в Италии в 1945–1990 гг., где предпринимательские организации, в первую очередь торговые (которые быстро накапливают капитал за счет перепродажи товаров) в течение первых пяти лет вообще не имели права вкладывать капитал в предпринимательскую сферу за рубежом. Исключение составляло лишь приобретение ими новых технологий и комплектующих изделий, которые способствовали повышению конкурентоспособности итальянских фирм.

Примерно по такой схеме выходила из экономического краха послевоенная Германия и другие ныне процветающие государства.

С этим же должен быть связан и комплекс мероприятий по возвращению ранее нелегально вывезенных из России капиталов, включая их амнистию, разрешение участвовать в приватизации государственной и муниципальной собственности, приобретении ценных бумаг и т. д.

Добровольная репатриация капитала должна проводиться под всесторонним контролем государства, с условием его эффективного использования на нужды долгосрочных инвестиций.

При этом неизбежны многочисленные компромиссы. На мой взгляд, до тех пор, пока российское уголовное законодательство предусматривает суровую ответственность за невозвращение средств в иностранной валюте (ст. 193 Уголовного кодекса РФ), никто добровольно не вернет ни доллара. На мой взгляд, необходимо непосредственно в уголовном законе предусмотреть в качестве условия освобождения от уголовной ответственности всех, кто переведет на счета российских уполномоченных банков незаконно вывезенные или невозвращенные средства, если они не получены в результате совершения тяжких насильственных преступлений или торговли наркотическими средствами.

Возвращение денег на «родину» гораздо более сложный и многотрудный процесс, чем их бесконтрольный вывоз. Здесь вряд ли помогут «революционные» меры наподобие предложенной Артемом Тарасовым: продать Западу наше ядерное оружие за 250 млрд долл. и потратить их на экономические реформы. Золото и бриллианты мы уже продали.

Финансовые махинации, о которых было рассказано в предыдущей главе, тесно взаимосвязаны с одним из наиболее высокодоходных видов организованной преступности, который приобрел в России характер мафиозной деятельности. Речь идет о хищении и бесконтрольном вывозе за границу стратегического сырья, в том числе природных ресурсов в особо крупных размерах. К примеру, экспорт сырьевых ресурсов из России в страны Балтии на порядок отличается от последующего его реэкспорта на Запад. Так, из Литвы в страны Запада черных металлов вывозится на сумму, превышающую в 50 раз официальный экспорт из России. Соответственно — из Латвии — в 10 раз, из Эстонии — в 2000 раз. Вывоз меди: в 10; 70 и 80 раз; алюминия — в 12; 80 и 17 раз. Получив из России фактически за бесценок эти цветные металлы, прибалтийские экспортеры реализуют их на Западе по демпинговым ценам. Например, цена алюминия не превышает 60 % от мировых тарифов. Не нуждается в комментарии тот очевидный факт, что балтийские бизнесмены извлекают свои барыши из контрабанды российского металла. За всей этой операцией стоят мощные мафиозные структуры, имеющие поддержку высокопоставленных чиновников госаппарата различных ведомств России и Балтии. Обратимся к сводкам криминальной статистики: