Чтение онлайн

Осмотр удручил. Кто-то не копал, а вытаскивал за ботву кусты - какие получше,

собирал крупную картошку, что помельче, оставлял в земле или на земле. Уже и позе-

ленела.

– Ах, ты...- тут Литвинов вспомнил весь свой прежний лексикон, от которого уже

отвык, чтобы не подавать дурной пример сыновьям, - не столько украли, сколько напа-

костили.

– Пап, чего зря ругаться? Давай думать, что делать.

– Эх, попадись они мне....

– На самосвале приезжали, похоже, на ЗИЛ-130, вот следы от протектора.

– Давайте, пока остатки за этими сволочами подберите. Я за лошадью схожу. Они

насобирали пять мешков мелкой, позеленевшей картошки, погрузили на телегу. Рас-

строились. Куда ее девать такую, но не оставлять же на поле. Привезли домой. Прики-

нули, что воры увезли не меньше двадцати мешков, а то и больше. Если этим ограни-

чится, то пережить можно, а если повадятся воровать ещё, не раз и не два. У них машина

и самих человек пять. Может, и оружие имеют. По теперешним временам - вполне воз-

можно.

Слух о воровстве картошки у Литвиновых прошел по деревне, и несколько мужи-

ков подошли. Посочувствовали, предложили помощь. А чем они могут помочь? Может,

воры больше и не появятся. Однако, посокрушавшись и повозмущавшись, предложили

план. Каждую ночь на поле ставить сторожа. Если появятся воры, сторож дает сигнал,

можно ракетницей, у пацанов есть, и весь отряд с оружием, у кого что найдется, мчится

на поле. План мужчин воодушевил, глаза заблестели:

– Ну, мы им дадим! Мало не покажется! У Ивана и Петьки ружья есть, остальные

вилы и топоры возьмут.

– "Надежен в черную годину мужицкий, кованый топор!" - Цитирует Константина

Симонова один из младших Литвиновых.

– Ладно, мужики, спасибо за поддержку, только войну начинать не будем. Приду-

маем что-нибудь без смертоубийства.

– Да что ты, Григорий Михайлович, мы только попугаем. Никто не собирается их

убивать.

Два дня прошли спокойно. Незваные гости прибыли на третью ночь, но Литвиновы

были готовы к встрече. Как только самосвал заехал на поле и заглушил мотор, завыла

сирена и вспыхнули три прожектора. В ярких лучах светильников заметались не-

сколько фигур. Кинулись к машине, запрыгнули в кузов. Самосвал взревел мотором и

запрыгал по картофельным гребням, но его ждал еще один сюрприз. На дороге была

растянута трансмиссионная лента, утыканная гвоздями....

Наутро вся деревня осматривала самосвал ЗИЛ-130 со спущенными колесами. Шо-

фер и приехавшие с ним люди отсутствовали.

159

– Эх, - сокрушались жители деревни, - не рассчитали вы, ребята. Все колеса проко-

лоты. Было б так сделать, чтобы одно....

Но, несмотря на эту неприятность, в целом все чувствовали большое удовлетворе-

ние. Хвалили братьев Литвиновых, организовавших отпор врагу. Только Мария Пет-

ровна Литвинова ходит почему-то грустная.

– Ты что, мама?

– Жалко мне их.

– Кого!? Воров?

Тут все задумались. Всем стало грустно, и старший Литвинов сказал:

– Эх, жизнь!

Через неделю к нему пришел молодой мужик - шофер этого самого самосвала и

сказал:

– Или отдай мне машину, или убей меня, а я с этого места не сойду.

– Стану я об тебя руки марать. Иди, забирай, только в следующий раз мне не попа-

дайся.

– Не будет следующего раза. Клянусь тебе.

– К чему эти торжества. Я через неделю уборку начинаю, можешь у меня на вывозке

урожая поработать. Заплачу хорошо.

– Я только колеса отремонтирую. Камеры у меня есть, - заволновался обрадованный

мужик.
– Надо же, все шесть колес....

– Ну, это уж не ко мне претензии. Это помощники мои постарались.

– Да я разве в претензии. Сам виноват, сам и получай.

– Вы в первый раз сколько мешков увезли?

– Двадцать пять.

– Заплатишь за них. Из зарплаты вычту, если заработаешь.

– Я бы и сейчас отдал, да истратили уже. В долгах все, и я, и ребята.

– Почем продали мою картошку?

– По десять рублей за килограмм.

– Не продешевили.

– Так отборная и ранняя.

– Что да, то да: и отборная, и ранняя. Знаешь что, парень, шел бы ты колеса монти-

ровать, а то не успеешь к уборке.

– Успею, Григорий Михайлович!

"Ишь ты, даже именем моим разжился. Дать бы тебе по шее, - подумал Литвинов,

глядя вслед уходящему парню, - однако здоровый бугай, я бы и не справился".

В конце августа Литвинов, рассчитавшись по всем статьям, подвел итог. Чистый

доход составил около полумиллиона рублей.

Когда еще только Литвинов начал готовить поле под посадку картофеля, он выкор-

чевал и сложил за пределами пашни кустарник и молодые деревца, а елочку пожалел.

Уж больно хороша была елочка, выросшая в открытом поле. "Посажу-ка я ее возле

дома. На Новый год будем на нее гирлянды с лампочками вешать. Когда внуки по-

явятся, будут вокруг хоровод водить". Литвинов обрадовался такому своему решению,

выкопал елочку с большим комом земли, отвез на телеге к дому, выбрал подходящее

место и посадил. Маша увидела, смотрит задумчиво.

– Что задумалась? Вот внуки пойдут, будут вокруг этой елки Новый год встречать.

– Гриша, я хочу сказать, - и замолчала надолго.

– Давай говори! Маша, ты чего? Что случилось-то? Тебе эта елка не понравилась?

– Понравилась. Только не внуки вокруг нее будут танцевать, а наша дочка.

– Как? Какая дочка? Где? Где она?

160

– Беременная я, кажется.

Литвинов остолбенел. Смотрит, Маша стоит - в руке ведро с пойлом для коровы.

Метнулся, отобрал ведро.

– Дай-ка сюда ведро. Разве можно тяжелое поднимать. И к корове не подходи. Не