Чтение онлайн

Несмотря на то, что культура древнего языческого Рима вполне распознается всеми квалифицированными историками как наследие олигархического зла древних месопотамских культур, а также Тира, более непосредственным предшественником Рима в культурном отношении была Спарта, поскольку кодекс Ликурга связан с дельфийским культом пифийского Аполлона. Этот культ породил хищнические обычаи в некоторых сословиях латинян, когда масса служителей культа, populari (букв. «хищники»), использовались правящей олигархией в качестве военной силы для ограбления и порабощения своих соседей.

Все формы европейского фашизма восходят непосредственно к этому спартоподобному или языческо-римскому наследию. Развращенный образ мыслей, внушавшийся населению (populari), использовался правителями для насаждения массе рядовых римлян догмы, известной как vox populi — народной массе, которая считалась дикой стаей. Эта догма сходна с теми представлениями, которыми руководствовалась афинские демократы, умертвившие Сократа. Вся эта романтическая традиция языческого Рима дошло до нашего времени; философски иррационалистическое поклонение языческим богам и нынешнее поклонение общественному мнению и вкусам суть одно и то же.

Это оруэлловское представление о vox populi или «общественном мнении» является злонамеренным изобретением, скопированным на реальность современного коррумпированного общества и используемым как средство контроля оглупленной массы народных политических овец в духе повествования Франсуа Рабле о Панурге и самоприговоренном Дин-Доне и его овцах. Это общественное мнение никогда не выражало чьих-либо интересов, кроме интересов правящей олигархии, будь то в древнем Риме или нынешних Соединенных Штатах. Поэтому президент Авраам Линкольн удачно высказался о безрассудстве современных типичных американцев: всех их обманывают весьма долго, а некоторых — постоянно. К счастью, не всех американцев можно обманывать все время, но все же весьма долго.

Напротив, классическая концепция человека опирается на те познавательные силы индивидуального разума, посредством которых постигаются правдиво подтверждаемые и справедливые, универсальные физические и другие универсальные принципы, такие как принципы классического искусства и открытия, и этими достижениями пользуется все общество. В классической культуре именно идеи, рожденные из познания (как описывается когнитивное рождение идей, в этом смысле слова, в сократических диалогах Платона) дают нам эмпирически доказуемое определение человеческой природы, как содержащейся в естественной доброте и плодотворности этих познавательных сил.

Благодаря одобрению христианством этой классической греческой концепции универсальности и добра, присущих новорожденному человеческому индивиду, с течением времени выяснилось, что, согласно универсальному принципу, никакое правительство или его правящий орган не имеет морального авторитета для управления, если он не привержен намерению обеспечить общее благосостояние всех граждан и их потомства. В этом — краеугольный камень естественного права. Революция в государственном строительстве, происшедшая в Европе в период Возрождения XV века, утвердила практические прецеденты республиканского принципа всеобщего благосостояния (или общего блага) во Франции при Людовике XI и в Англии при Генрихе VII. Отзвук этих прецедентов мы находим в трех первых параграфах Декларации независимости США (1776) и преамбуле Федеральной Конституции США (1789).

С ослаблением власти землевладельческой аристократии, с падением власти Меттернихов, принципиальный конфликт в рамках глобально распространенной европейской цивилизации принял, в частности, форму противостояния между республиканцами типа президента США Авраама Линкольна и олигархическими интересами, идеологиями лондонского Сити, банкиров Уолл-стрита и рабовладельческой системы Юга.

В этом противостоянии наследие Линкольна представляет классическое республиканское наследие, в то время как приемные сыновья Уолл-стрита, порождения предательской Конфедерации — Теодор Рузвельт, Вудро Вильсон, и позже Кэлвин Кулидж, Ричард Никсон, Джимми Картер и Джордж Буш, как и предшественники Линкольна — старые предатели, работорговцы и негодяи в должности президентов США Ван-Бюрен, Полк, Пирс и Бьюкенен — олицетворяют тип политического правления, в котором доминируют интересы англо-американской финансовой олигархии.

Чтобы понять историю античной, средневековой и современной Европы, абсолютно необходимо избегать попадания в дискуссию по конкретным текущим проблемам, как будто эти проблемы, сами по себе, могут служить причиной основных политических и других конфликтов. Чтобы понять всю историю всемирно распространенной европейской цивилизации или какую-либо ее часть, необходимо определить первопричину нынешних проблем, которая лежит в продолжающемся противостоянии олигархической (романтической) и республиканской (классической) концепций человека и взаимоотношений человека и природы.

Теперь рассмотрим следующую схему «замедленной съемки» самых необходимых эпизодов из истории европейской цивилизации с момента славной первоначальной победы Соединенных Штатов и их союзников и друзей над тиранией британской монархии 1776-83 г. Этот краткий обзор абсолютно необходим для того, чтобы представить более ясное видение ведущего принципа этого периода современной истории.

Начиная с 1782 года лорд Шелбурн, в тот период премьер-министр Англии и сотрудник Ост-Индской компании, вознамерился уничтожить одновременно режим Людовика XVI во Франции и молодые Соединенные Штаты. Сущность политики Шелбурна была изложена во время предварительных переговоров о мирном договоре между Британией и Францией (1782). Методы, которыми он пользовался, лучше всего иллюстрируются назначением его лакея Иеремии Бентама на пост фактического руководителя Форин-Оффиса, «тайный комитет» которого, в числе прочих, разрабатывал и направлял якобинский террор во Франции.

Главной мишенью этих интриг были влиятельные сторонники Американской республики во Франции. Посредством «договора о свободной торговле», навязанного Франции кругами Шелбурна, французская монархия была разорена, чему способствовал агент Шелбурна, министр финансов Франции Жак Некер.

Когда фракция Лафайета попыталась спасти ситуацию через конституционную реформу, Бентам подстроил дискредитацию лафайетовской фракции, развязав якобинский террор, используя таких агентов, как Филипп Эгалите, герцог Орлеанский, а также Некера и таких воспитанных и управляемых Лондоном якобинских демагогов, как Робеспьер, Дантон, и Марат.

Пять лет якобинского террора, начиная с 14 июля 1989 года и вплоть до смерти массовых убийц Робеспьера и Сен-Жюста, уничтожили значительную часть национальной французской республиканской интеллигенции — с тем же результатом, какой мы видели в нынешних американских школах. Истребление разумной элиты Франции подготовило условия, в которых политическое лидерство миновало достойные руки «автора победы» Лазара Карно и досталось вначале зловещему Барра, а затем первому фашисту современности, псевдо-цезарю Наполеону Бонапарту. Сегодня следует признать, что Наполеон был предшественником тирании Бенито Муссолини в Италии, примеру которого последовали Гитлер и современный Муссолини — Тони Блэр.

Венский Конгресс и в том числе навязанная им реставрация французской монархии во главе с британской марионеткой, вкупе с последующими карлсбадскими декретами Меттерниха, поставили под угрозу само существование молодой Американской республики. В этих условиях, вслед за срежиссированным Меттернихом конгрессом свального греха в Вене, вся Европа, включая Габсбургов и финансовую олигархию, была втянута в операцию по уничтожению молодых американских государств, и в первую очередь Соединенных Штатов.