Чтение онлайн

Таковы благие наставления нашей родительницы-природы. Я часто задумывался над тем, почему смерть на войне - все равно, касается ли это нас самих или кого-либо иного, - кажется нам несравненно менее страшной, чем у себя дома; в противном случае, армия состояла бы из одних плакс да врачей; и еще: почему, несмотря на то, что смерть везде и всюду все та же, крестьяне и люди низкого звания относятся к ней много проще, чем все остальные? Я полагаю, что тут дело в печальных лицах и устрашающей обстановке, среди которых мы ее видим и которые порождают в нас страх еще больший, чем сама смерть. Какая новая, совсем необычная картина: стоны и рыдания матери, жены, детей, растерянные и смущенные посетители, услуги многочисленной челяди, их заплаканные и бледные лица, комната, в которую не допускается дневной свет, зажженные свечи, врачи и священники у нашего изголовья! Короче говоря, вокруг нас ничего, кроме испуга и ужаса. Мы уже заживо облачены в саван и преданы погребению. Дети боятся своих новых приятелей, когда видят их в маске, - то же происходит и с нами. Нужно сорвать эту маску как с вещей, так, тем более, с человека, и когда она будет сорвана, мы обнаружим под ней ту же самую смерть, которую незадолго перед этим наш старый камердинер или служанка претерпели без всякого страха. Благостна смерть, не давшая времени для этих пышных приготовлений.

[1] ...философствовать - это... приуготовлять себя к смерти.
– Цицерон. Тускуланские беседы, I, 30.

[2] ...жить в свое удовольствие...
– См. Екклезиаст, III, 12.

[3] Давайте оставим эти мелкие ухищрения (лат).
– Сенека. Письма, 117, 30.

[4] ...Ксенофил, умерший в возрасте ста шести лет...
– Валерий Максим, VIII, 13, 3. Здесь у Монтеня неточность: Ксенофил - философ, а музыкант Аристоксен.

[5] Все мы влекомы к одному и тому же; для всех встряхивается урна, позже ли, раньше ли - выпадет жребий и нас для вечной погибели обречет ладье

[Харона] (лат).
– Гораций. Оды, II, 3, 25 cл

[6] Она всегда угрожает, словно скала Тантала (лат).
– Цицерон. О высшем благе и высшем зле, I, 18.

[7] ... ни сицилийские яства не будут услаждать его, ни пение птиц и игра на кифаре не возвратят ему сна (лат). Гораций. Оды. III, I. 18 cл.

[8] Он тревожится о пути, считает дни, отмеряет жизнь дальностью дорог и мучим мыслями о грядущих бедствиях (лат).
– Клавдиан. Против Руфина, II, 137-138.

[9] Он задумал идти, вывернув голову назад (лат).
– Лукреций, IV, 472.

[10] ...слог, обозначавший на языке римлян "смерть"...
– По-латыни смерть mors. [11] ...по нашему нынешнему летосчислению...
– Карл IX ордонансом 1563 г. повелел считать началом года 1 января. Раньше год начинался с пасхи.

[12] ...памятуя о Мафусаиле...
– Согласно библейской легенде, патриарх Мафусаил прожил 969 лет.

[13] Человек не в состоянии предусмотреть, чего ему должно избегать в то или иное мгновение (лат).
– Го- раций, Оды, II, 13, 13-14.

[14] ...кто мог... подумать, что герцог Бретонский будет раздавлен в толпе...
– Монтень имеет в виду герцога Бретонского Жана II, погибшего в 1305 г. Климент V до своего избрания папой был архиепископом бордоским; вот почему Монтень называет его своим соседом.

[15] ...один из королей наших был убит... в общей забаве...
– Так окончил жизнь Генрих II, смертельно раненный в 1559 г. на турнире, который был устроен по случаю свадьбы его дочери.

[16] ...скончался раненный вепрем.
– Филипп IV Красивый, гонитель тамплиеров, погиб на охоте в 1131 г.

[17] ...умер, подавившись виноградной косточкой...
– По преданию, так умер древнегреческий лирик Анакреонт (VI в. до н. г.).

[18] ...я предпочел бы казаться слабоумным и бездарным, лишь бы мои недостатки развлекали меня или, по крайней мере, обманывали, чем их сознавать и терзаться от этого (лат).
– Гораций. Послания, II, 2,126 cл. лишь бы мои недостатки развлекали меня...

[19] Ведь она преследует и беглеца-мужа и не щадит ни поджилок, ни робкой спины трусливого юноши (лат).
– Гораций. Оды, III. 2. 14 cл.

[20] Пусть он предусмотрительно покрыл покрыл себя железом и медью, смерть все же извлечет из доспехов его защищенную голову (лат).
– Пропорций, III, 18, 25-26.

[21] Считай всякий день, что тебе выпал, последним, н будет милым тот час, на который ты не надеялся (лат).
– Гораций. Послания, I, 4, 13-14.

[22] Когда мой цветущий возраст переживи! свою веселую весну (лат). Катулл, LXVIII, 16.

[23] Он отживет свое, и никогда уже нельзя будет призвать его назад (лат). Лукреций, III, 915.

[24] Всякий человек столь же хрупок, как все прочие; всякий одинаково не уверен в завтрашнем дне (лат).
– Сенека. Письма, 91, 16.

[25] К чему нам в быстротечной жизни дерзко домогаться столь многого? (лат).
– Гораций. Оды, II. 16, 17.

[26] О я несчастный, о жалкий!
– восклицают они.
– Один горестный день отнял у меня дары жизни (лат). Лукреций. III, 898-899.

[27] Работы остаются незавершенными, и не закончены высокие зубцы стен (лат).
– Вергилий. Энеида, IV, 88 сл. Цитируется неточно. У Вергилия вместо manent - pendent.

[28] Я хочу, чтобы смерть застигла меня посреди трудов (лат).
– Овидий. Любовные стихотворения, II, 10, 86.

[29] Но вот чего они не добавляют: зато нет у тебя больше и стремления ко всему этому после смерть (лат).
– Лукреций, III, 900-901.

[30] Был в старину у мужей обычай оживлять пиры смертоубийством и примешивать к трапезе жестокое зрелище сражающихся, которые падали иной раз среди куcков, поливая обильно кровью пиршественные столы (лат). Силий Италик. Пунические войны, XI, 51 сл.

[31] Дикеарх - древнегреческий философ, отрицающий существование души и утверждающий, что она только тело, находящееся в "определенном состоянии" (IV в. до н. э.).

[32] Увы! Сколь малая толика жизни оставлена старцам (лат).
– Максимиан. Элегия, I, 16.

[33] Ничто не в силах поколебать стойкость его души: ни взгляд грозного тирана, ни Австр [южный ветер], буйный владыка бурной Адриатики, ни мощная рука громовержца Юпитера (лат).
– Гораций. Оды, III, 3, 8 сл.

[34] "В наручниках и сковав тебе ноги, я буду держать твоя во власти сурового тюремщика".
– "Сам бог, как только я захочу, освободят меня". Полагаю, он думал при этом: "Я умру". Ибо во смертью - конец всему (лат). Гораций. Послания, I, 16, 76 сл.

[35] ...Тридцать тиранов осудили тебя на смерть...
– Здесь у Монтеня неточность: Сократа приговорили к смерти не Тридцать тиранов (404 г. до н. э.), а афинский суд присяжных в 399 г. до н. э. Приводимый рассказ см.: Диоген Лаэрсций, II. 35.

[36] ...то же и с нашим веком, если мы сравним его с вечностью...
– Эта мысль Монтеня чрезвычайно важна: она доказывает, что вразрез с католическим вероучением Монтень отрицает бессмертие души (Монтень повторяет эту мысль и в других местах своих "Опытов"). Следует отметить, что во всей этой главе, как и в предыдущей, где Монтень рассматривает вопрос о смерти с разных точек зрения, он нигде, однако, не упоминает о соблюдении при этом католического ритуала.

[37] Смертные перенимают жизнь одни у других... и словно скороходы, передают один другому светильник жизни (лат).
– Лукреций, II, 76, 79.

[38] Первый же час давший нам жизнь, укоротил ее (лат).
– Сенека. Неистовый Геркулес, 874.

[39] Рождаясь, мы умираем; конец обусловлен началом (лат).
– Манилий. Астрономика, IV, 16.

[40] Почему же ты не уходишь из жизни, как пресыщенный сотрапезник [с пира]? (лaт).
– Лукреций. III, 938.

[41] Почему же ты стремишься продлить то, что погибнет и осуждено на бесследное исчезновение? (лат).
– Лукреций, III, 941-942.