Чтение онлайн

Спрашивается, кто это должен был сделать: К.П.Петров лично, разделившись во плоти на несколько ипостасей? участники ВП СССР? либо ближайшие сподвижники в руководстве партии, простые партийцы и безпартийные приверженцы КОБ должны были упреждающе помочь К.П.Петрову в том, чтобы в ролике не было разного рода ошибок? [20]

На наш взгляд это должны были сделать по своей инициативе прежде всего ближайшие сподвижники в руководстве партии и простые партийцы. Однако есть основания полагать, что они этого сделать не могут потому, что в КПЕ сложился специфический эгрегор руководителей партии, над которым сами его участники не властны, тем более в те периоды времени, когда этот эгрегор несёт кого-либо из них или всех. Именно его алгоритмика порождает политиканскую составляющую, некоторую часть иных ошибок в деятельности КПЕ и ограничивает её в возможностях.

И это обстоятельство приводит ещё к одному вопросу: а могли простые партийцы и безпартийные приверженцы КОБ заблаговременно диагностировать ошибки и помочь их не совершить? Наш ответ на него — в принципе могли, но:

· Одни не захотели — как и во времена сталинизма было много «коммунистов», желавших «въехать в рай на чужом горбу» при этом ни в чём не изменив себя, так и ныне для многих приверженцев КОБ их приверженность КОБ означает по жизни безплодное желание «въехать в рай на чужом горбу», при этом ничего не изменив в себе самих.

Если бы Бог это допустил, то Рай [21] превратили бы в то же самое, во что уже превратили Русь, Россию: посмотрите на улицы, на стены домов и подъездов, лифты, на обочины дорог, попробуйте испить водицы из реки, купите какую-нибудь технику, произведённую в России (в этом смысле наиболее показательна покупка новенького автомобиля — конструктор «сделай сам»).

· Другие не сумели заблокировать воздействие эгрегориальной алгоритмики и вступить в общение с руководством КПЕ персонально так, чтобы их желание помочь в организации и проведении избирательной кампании было принято и воплотилось в реальные дела.

Им не следует настаивать на том, что ответственность за это полностью лежит на руководстве КПЕ, которое отвергло их предложения: они не смогли войти в общении так, чтобы их не только услышали, но и поняли их правоту (если она была) и поддержали бы их инициативу.

· Третьи, если и хотели упреждающе помочь руководству КПЕ в организации избирательной кампании, то почувствовали, что вряд ли сумеют преодолеть эгрегориально-безсознательное марево и вступить в адекватное общение.

Вступление в личностное общение с незнакомым человеком — тот барьер, который подавляющее большинство преодолевать не умеет. Но и со знакомыми людьми общение подавляющего большинства людей носит неадекватный (в смысле обмена информацией и диагностики личностно-психологических проблем) характер [22].

А в случае КОБ есть ещё одно обстоятельство, усугубляющее проблему неадекватности личностного общения не знакомых или мало знакомых друг с другом людей.

Ни для кого не секрет, что на начальном этапе распространения материалов КОБ в обществе среди её носителей доля офицеров, выходцев из военной среды и отраслей «оборонки» бросалась в глаза до такой степени, что породила политический миф: Концепция общественной безопасности — порождение спецслужб, их особо закрытый проект.

Беззаботности на то, чтобы произвести и распространить этот миф у многих сторонников КОБ хватило. И в этом мнении они [23] ничем не отличаются от противников КОБ. А вот на то, чтобы понять, почему на начальном этапе в среде приверженцев КОБ выделялись военные и люди, так или иначе связанные с военно-промышленным комплексом? что этому сопутствует в жизни? — об этом приверженцы КОБ думать не хотели в прошлом и не хотят ныне.

Есть такая судьба — защищать Правду Божию и Родину [24]. В силу этого на протяжении всей истории России люди становятся воинами, в наши дни — офицерами и обретают профессию «Родину защищать». И хотя не все офицеры таковы, но с точки зрения тех из них, для кого служба — самоотверженная жизнь и дело защиты Правды и Родины, а не своекорыстная выслуга лет для получения пенсии, всё то, что произошло в 1985 — 1991 гг., эквивалентно тому, что произошло летом 1941 г. А «защищать Родину» — включает в себя и принимать первый бой по своей инициативе под свою ответственность, когда все (включая и высшее руководство) «спят» или дезорганизованы, а агрессор имеет подавляющее превосходство и нагло прёт; и если не принять и не выдержать первый бой, то потом не вынести в будущее из самых страшных катастроф, в которые она попадает исключительно потому, что люди, в ней живущие, уклоняются от Правды Божией.

Выход из катастроф, не только военных, начинается с мобилизации ресурсов и создания стратегической обороны. В Русском духе — духе многонациональной Русской цивилизации эту задачу на протяжении всей памятной истории решает специфическое ядро эгрегора преодоления катастроф (включая и военные катастрофы), которое принимает управление делами на себя в результате краха всякого иного управления и самоуправления в обществе.

Алгоритмика этого узкоспециализированного ядра эгрегора преодоления катастроф носит характер анализа отношений и управления через отношения внешними по отношению к ядру процессами. И это ядро кроме заданности цели «непреклонно защищать Правду Божию и Родину» почти что не имеет какого бы то ни было иного содержания.

Вследствие того, что это ядро почти что не имеет содержания, оно, объективно пребывая в эгрегоре Руси, обладает двумя специфическими свойствами:

· оно почти невидимо, поскольку выявление отношений (тем более не активизированных) — дело более тонкое, нежели выявление и анализ содержания;

· его алгоритмика легко стыкуется с алгоритмикой иных эгрегоров, управляя их содержанием в соответствии со своей очень простой системой основных управленческих категорий, которые можно охарактеризовать так:

1. воздействующая на Родину опасность: в истории это большей частью — враг-завоеватель, а так же тупые (в смысле бездумные) орудия врага или помехи;

2. факторы, власть над которыми устраняет как саму опасность, так и воздействие её поражающих факторов: в случае военных действий это — объекты и субъекты врага, утрата которых делает для него войну неприемлемой;

3. то, что не представляется возможным защитить в процессе преодоления катастрофы: в случае военных действий — «трава на поле боя»;

4. ядро устойчивости эгрегора преодоления катастроф — координаторы и специалисты: по отношению к военным катастрофам это — воины поля боя, оружейники и прочий тыл, руководители фронта, руководители тыла, координаторы фронта и тыла [25];

5. ресурсы (включая и людские), подлежащие мобилизации и использованию в процессе устранения опасности и воздействия её поражающих факторов: в случае войны — все средства воздействия на врага и его подавления и уничтожения;

6. ресурсы, подлежащие безусловной защите и охране от воздействия на них опасности и её поражающих факторов: в случае войны — подлежащие защите и охране от воздействия врага.

Этот эгрегор, как и все прочие эгрегоры в толпо-“элитарном” обществе, работает как запрограммированный автомат помимо воли людей, исполняющих в его алгоритмике те или иные роли (функции), хотя люди способны изменить алгоритмику и его как и всякого эгрегора, порождённого обществом. И он охватывает все шесть приоритетов обобщённых средств управления / оружия, которые оказываются развиты в культуре ко времени его активизации в ходе той или иной природной или социальной катастрофы.