Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)
Шрифт:
И тут Н. Л. вспомнила еще об одном свидетельстве. Это сообщение вдовы Оскара Лещинского Лидии Николаевны [1083] . Информация о нем в Цитированной биографии И. Л. Эренбурга невнятна: «Судьба Ильи Лазаревича остается загадочной, ибо есть другая версия, сообщенная несколько лет спустя» [1084] , и далее приводится это сообщение: Л. Н. Лещинская познакомилась с И. Л. Эренбургом в Москве, куда он приезжал из Донецкого бассейна с мандатом на съезд школьных и внешкольных работников и откуда уехал в Сибирь 13 или 14 января 1921 года с поездом имени Калинина в качестве инструктора; перечислила Лещинская и нескольких лиц, с которыми общался в Москве И. Л. Эренбург (инженер из ВСНХ И. И. Средников, парижский в прошлом художник А. Шингарев, поэт Натан Венгров, Д. П. Штеренберг и А. В. Луначарский [1085] ). В биографии И. Л. это сообщение комментируется так: «Не такие были времена, чтобы обращаться к людям за справками о ком бы то ни было. Кроме того, рассказ Лещинской был принят за вымысел. Ведь все (! — Б.Ф.) знали, что Ильи Лазаревича уже давно нет в живых».
1083
По-видимому, художница Лидия Николаевна Мямлина (1890–1966), работавшая в 1910-е гг. в Париже, и Лидия Николаевна Лещинская, жившая после революции в Москве, — одно и то же лицо. Но тогда И. Л. вполне мог встречаться с ней в Париже, в редакции «Гелиоса», например; однако Л. Н. Лещинская, судя по биографии И. Л. Эренбурга, познакомилась с ним лишь в 1921 г. в Москве.
1084
Непонятно когда — после 1923 г.? И кому? И почему Н. Л. не связалась с Л. Н. Лещинской сразу? В биографии написано: «Рассказ ее был принят за вымысел» — кем принят?
1085
Биографу И. Л. почему-то кажется, что благодаря упоминанию двух последних имен «ее утверждения приобретают некоторую правдоподобность».
О версии Л. Н. Лещинской Н. Л. Эренбург-Маннати сообщила в уже цитированном письме И. Г. Эренбургу; приведем здесь это письмо (оно было напечатано на машинке с ее слов и содержит в конце рукописную приписку Н. Л.: «Все что на машинке, писала не я, а моя приятельница. Этим объясняется, что величает Илью (Лазаревича. — Б.Ф.) по отчеству» [1086] ):
«
Обращаюсь к Вам, Илья Григорьевич, с просьбой сделать то, что только возможно, чтобы узнать о судьбе моего брата. Люди, знающие, как я стараюсь узнать, что с ним стало, указывают на Вас. И это потому, что Вы пишете в мемуарах: „пошел в Красную армию и был убит белыми“. Я бы этого не сказала. Быть может, Вы знаете больше, нежели я. Вот что я знаю».
1086
Письмо И. Г. Эренбургу от Н. Л. Эренбург-Маннати 1 октября 1965 г.; см.: П3. С. 591–594.
Далее рассказывается о письмах И. Л. от 6 июля 1919 и 11 августа 1920 года (машинописная цитата из последнего наклеена, как картинка). К письму, как сказано в нем, приложена машинописная копия письма Н. Варламова, но ее в деле № 1868 эренбурговского фонда РГАЛИ, где хранится письмо Н. Л., нет. О письме Варламова Н. Л. Эренбург-Маннати пишет кузену:
«Мы с Вами вместечитали его в Берлине. Кроме нас обоих об этом письме никогда никто не знал, ибо я хотела скрыть от родителей, что Илья погиб. Правда, что последнего листка Варламовского письма мы не читали: он затерялся по прибытии письма и я нашла его только на-днях [1087] . Теперь все меняется. Из конца письма Варламова — страницы 5 и 6 — выясняется, что он сам не был уверен в смерти Ильи [1088] . За неимением окончания письма я не знала ни фамилии, ни адреса отправителя и даже не могла ему ответить. Досадно, ибо он предлагал дополнительные сведения. Письмо его пришло через три года после последнего письма Ильи, и я не сообразила тогда (а теперь грызу себя за это), что Илья писал на месяц позже своего исчезновения, т. е. когда его решительно все считали убитым. Установив, что он тогда остался жив, надо допустить версию Лещинской: возможно, что он и сейчас жив. В свое время я ни перед чем не остановилась, чтобы напасть на след брата
1087
Конечно, не «на-днях», а раньше, ибо эти страницы цитировались ею в письме Б. И. Николаевскому в августе 1965 г.
1088
Поскольку И. Л. Эренбург не был убит на его глазах, Н. Варламов пытался по приезде в Александровск наводить о нем справки; эти розыски ничего не дали, о чем он и написал Н. Л.
1089
Любовь Михайловна Козинцева-Эренбург (1899–1970) — художница, вторая жена И. Г. Эренбурга.
1090
Видимо, машинописную копию письма Н. Варламова.
1091
Приложено письмо от 8 октября 1965 г. к сестрам И. Г. Эренбурга по-французски (оно начинается сердечным: «Mes ch`eres Jenny et Isabelle…» и заканчивается по-русски: «Пишите. Целую. Тося»). См.: РГАЛИ. Ф. 1204. Оп. 2. Ед. хр. 1868. Л. 6.
И. Г. Эренбург ответил на это письмо сразу же и очень определенно:
я получил Ваше письмо. Обе мои сестры в это лето умерли, сначала Евгения Григорьевна, потом Изабелла Григорьевна. Любовь Михайловна больна и лежит в больнице.
Совершенно исключено, что Илья Лазаревич остался жив сколько-нибудь длительное время после 1920. Несомненно кто-то знал бы его за этот период, и мне бы это стало известно. Из перечисленных Вами имен — Штеренберг, Луначарский и Венгров умерли. Я постараюсь все же навести справки, и если что либо узнаю, сообщу Вам.
От души желаю Вам здоровья.
1092
П2. С. 590.
Второго письма Н. Л. Эренбург-Маннати Илья Григорьевич не написал.
В заключение упомянем еще два факта.
2 января 1966 года, отвечая на запрос В. А. Морозова, нашедшего в архивных бумагах крупного партийного и государственного деятеля В. П. Затонского, тогда реабилитированного, упоминание об И. Эренбурге, писатель написал ему в ответ, допуская, что речь может идти и о его кузене: «В 1919 году я работал в Киеве в системе социального обеспечения, причем Киев уже был советским. Я не помню о встречах с В. П. Затонским, но если Вы укажете, в чем заключалось распоряжение его, я вспомню об обстоятельствах дела (в Киеве (? — Б.Ф.) жил в ту пору мой двоюродный брат Илья Лазаревич Эренбург, который ушел в Красную Армию и погиб на гражданской войне)» [1093] .
1093
РГАЛИ. Ф. 1204. Оп. 2. Ед. хр. 794. Л. 1.
В последнем прижизненном издании мемуаров «Люди, годы, жизнь» автор в краткую справку о судьбе своего кузена, прежде безымянного, вписал его имя — Илья [1094] .
II. Валерий Брюсов [**]
(Строгий учитель и непослушный, но благодарный ученик)
1. Все заочно (1910–1916)
1094
Эренбург И.Собрание сочинений: В 9 тт. Т. 8. М., 1966. С. 15 (сдано в набор 19 мая 1966 г.).
**
Впервые: Литературное наследство. Т. 98: Брюсов и его корреспонденты. Кн. 2. М., 1994. С. 515–533.
Валерий Яковлевич Брюсов (1873–1924) сыграл существенную роль в творческой судьбе Ильи Эренбурга, разглядев в его первых, еще несамостоятельных стихах, с которыми он познакомился весной 1910 года, будущего поэта. Кто именно передал Брюсову стихи Эренбурга — неизвестно. Между весной 1909 года, когда в Париже Эренбург начал писать стихи, и январем 1910 года, когда они появились в печати, его стихотворные опыты знали лишь близкие парижские друзья. Лучше всех — студентка Сорбонны и одновременно участница большевистской парижской группы Лиза Мовшенсон (впоследствии известная поэтесса Елизавета Полонская). В ноябре 1909 года она писала из Парижа матери в Петербург:
«Илья все время в Вене, работает там в газете [1096] . После моих экзаменов он был здесь недолго и снова уехал. Его процесс разбирался в Москве [1097] , но его выделили, не помню почему — или за неявкой, или родители предоставили свидетельство о болезни. Так как он привлекался по делу о московской в<оенной> о<рганизации>, ему бы дали 4 года каторги. Поэтому он предпочитает оставаться за границей. Он стал писать стихи и у него находят крупное дарование» [1098] .
1096
Эренбург жил у Л. Д. Троцкого, выпускавшего газету «Правда», и помогал ему переправлять газету в Россию.
1097
Имеется в виду дело о социал-демократической организации учащихся средних учебных заведений, одним из организаторов которой был И. Эренбург и по делу которой он был в январе 1908 г. арестован.
1098
Личный архив Е. Г. Полонской (Санкт Петербург). Сообщено М. Л. Полонским в 1970-е гг. Это первое по времени упоминание о литературной работе Эренбурга.
Возможно, именно Полонская показывала стихи Эренбурга в петербургских редакциях, когда приезжала на каникулы домой летом 1909 года. Может быть, именно она переслала стихи Эренбурга Брюсову, которого очень ценила; может быть, это сделал сам Эренбург. Так или иначе, с весны 1910 года началась его переписка с Брюсовым.
Отметим, что знакомство начинающего стихотворца с признанным мэтром было не только литературным. Их судьбы своеобразно переплетены дружбой с Н. Г. Львовой, товарищем Эренбурга по большевистской организации в Москве (1906–1908), начавшей затем, как и Эренбург, писать стихи и в 1911–1913 годах вошедшей в жизнь Брюсова. Именно Львова познакомила юного Эренбурга со стихами автора «Urbi et Orbi», а впоследствии рассказывала Брюсову о своем молодом друге [1099] .
1099
См.: ЛГЖ. Т. 1. С. 41–42, 240.
В 1909–1910 годах стихи Брюсова постоянно сопровождали Эренбурга. В архиве Брюсова сохранились письма Эренбурга и текст одного письма Брюсова к нему, а также книги Эренбурга с его дарственными надписями Валерию Яковлевичу [1100] . Приведем здесь первое письмо Эренбурга Брюсову, отправленное в Москву не позднее сентября 1910 года:
Весной этого года Вы взяли на себя труд просмотреть мои первые стихи. Ваши указания послужили мне руководством в дальнейшей работе над стихом. Теперь я обращаюсь к Вам с просьбой прочесть мои стихи, изданные сборником [1101] . Я знаю, что это лишь ученические опыты, полные ошибок, часть которых я уже сознаю. Целый ряд стихотворений (стр. 10, 12, 14, 25, 45, 55, 73 и др.) печатать не следовало бы. Во многих — прямое подражание (Вам, Роденбаху [1102] , Кузмину [1103] и нек<оторым> др<угим>). Наконец, ряд неправильностей обезображивает язык стихов.
Все же я прошу Вас ответить — есть ли в этих стихах мое? Есть ли в них raison d’^etre [1104] ? Вы понимаете, почему я обращаюсь именно к Вам. Ваши книги были моими учебниками. Извините, что тревожу Вас своей просьбой.
1100
Все письма Эренбурга Брюсову и последнее письмо Брюсова Эренбургу, копию которого В. Я. сохранил, хранятся в Москве в Отделе рукописей РГБ (Ф. 386. № 110. Ед. хр. 19); они были опубликованы мною в т. 98 (кн. 2) «Литературного наследства» «Валерий Брюсов и его корреспонденты» (М., 1994), а также включены в П1 и П3. Напомним, что весь архив Эренбурга (в том числе и письма Брюсова, если они к тому времени уцелели) был уничтожен им в Париже в 1940 г.
1101
Эренбург И.Стихи. Париж, 1910.
1102
Жорж Роденбах (1855–1898) — бельгийский прозаик и поэт, символист; писал по-французски. Его влияние на первую книгу Эренбурга отмечала русская критика.
1103
К поэту Михаилу Алексеевичу Кузмину (1875–1936) в ту пору Эренбург относился с интересом; на его книги «Сети» и «Куранты любви» он напечатал рецензию в иркутской газете «Голос Сибири» (1911. 30 марта).
1104
Имеют ли они право на существование (франц.).
Как видим, Эренбург сознавал подражательный характер своих первых поэтических опытов, и потому вопрос, адресованный Брюсову: «<…> есть ли в этих стихах мое?», был так важен для него. Отклик Брюсова на первую книгу Эренбурга не заставил себя ждать. Выделив из тридцати с лишним книжек начинающих авторов «Стихи» Ильи Эренбурга и «Вечерний альбом» Марины Цветаевой, Брюсов написал:
«Обещает выработаться в хорошего поэта И. Эренбург, дебютирующий небольшой книжкой стихов, изданных в Париже. В его стихах сказывается не столько непосредственное дарование, сколько желание и умение работать. Появляясь в печати в первый раз, он уже обнаруживает настоящее мастерство стиха. Среди молодых, разве одному Гумилеву уступает он в умении построить строфу, извлечь эффект из рифмы, из сочетания звуков. В отличие от большинства начинающих, И. Эренбург не исключительно лирик, он охотно берется за полу-эпические темы, обрабатывая их в форме баллады (в этом отношении тоже напоминая Гумилева). Пока И. Эренбурга тешат образы средневековья, культ католицизма, сочетание религиозности с чувственностью, но эти старые темы он пересказывает изящно и красиво. Строгость его манеры, обдуманность эпитетов, отчетливость и ясность его изложения показывают, что у него есть все данные, чтобы в поэзии достигать поставленных себе целей» [1105] .
1105
Русская мысль. 1911. № 2. С. 232–233.