Чтение онлайн

— Он не врет, — как мило, что человеку здесь верят на слово. Ну, почти. Конечно, бумаги у меня тоже есть — комар носа не подточит, но остается еще опасность встречи со «знакомым», который может узнать во мне отпрыска князя Волича — о внешности я тоже не забыл.

— Похож, — похлопал меня по плечу князь и направился по своим делам, то есть готовить очередную грандиозную пьянку. — Будь на ужине, — донеслось с лестницы.

— А надо? — спросил я Ладена.

— Ты что, не хочешь? — удивился он. Дитя эпохи. Всех доступных развлечений: днем завалить кабанчика, вечером его сожрать, обильно запивая разнообразным алкоголем, трахнуть служанку и отрубиться где–нибудь под столом со счастливым выражением на лице. Если же добрался до своих покоев, считай, что праздник не удался.

— Знаешь, как–то не рвусь. Но схожу. — Надо же осваиваться в местном обществе. И не выделяться.

— Ты говоришь также, как сестренка, — недовольно сказал Ладен. — Привыкла у себя в столице к Высшему свету, балам, театрам и заумным беседам. А все одно — выйдет замуж за какого–нибудь князя и закончится тем же самым — сидением в замке за вышивкой, сплетнями да сопливыми детишками. И на кой тогда ей образование?

— Да ты у нас философ, — усмехнулся я, решив не развивать тему. По большому счету, княжич прав, как бы грустно (для меня) это ни звучало.

Олесю я так и не увидел. Женщинам (кроме служанок — надо же кого–то хватать за задницу) вход на пиры по случаю охоты заказан. И это правильно, ибо гости не всегда могли себя контролировать, а скандал мог закончиться очередным пограничным конфликтом. Мудрый обычай.

Я немного опасался подозрительных взглядов и оказался в корне не прав. До меня никому не было дела. Иногда гости подходили и здоровались с Ладеном, особенно молодежь, и тогда он меня представлял, но, в основном, они ели и пили.

По княжеским меркам, это даже не пир, а дружеский ужин, ведь охота будет только завтра. А вот после… Надеюсь, меня тут уже не будет.

Даже морду никому не набили.

Моего исчезновения никто (разумеется) не заметил.

Я шел полутемными коридорами в сторону покоев княжны. Чем ближе к личным апартаментам хозяев, тем становилось светлее и уютнее. Факелы сменились приличными светляками, на стенах висели ковры (гобелены?), а в стенных нишах стали встречаться какие–то вазы. И охранники. Они–то меня и завернули. Достаточно вежливо объяснив, что банкетный зал во–он там, а сюда нельзя.

Ну и ладно. В конце концов, она сама собиралась подать весточку.

Я вернулся к пирующим гостям.

— Тебе записка, — пьяно подмигнул Ладен, успевший к тому моменту набраться.

— Служанка принесла? — конспираторы из них никакие.

— Ну да, — совершенно спокойно отнесся к этому братец. — Держи.

Олеся оказалась умнее, чем я думал — записка была запечатана ее перстнем. Не открывая, я смял ее в кулаке, считывая куда больше, чем там написано.

— Ты чего? — округлил глаза Ладен.

— Ничего, — я разжал кулак, показывая пустую ладонь. — Никакой записки не было, понял?

— Ага, — он не понимал, что я хочу этим сказать, просто принял правила игры.

Леська была очень любопытной девочкой. Иначе, откуда бы она узнала планы нескольких потайных ходов, ведущих к покоям на втором этаже? Здорово — обожаю потайные ходы! Если бы еще их подметали да убирали паутину…

В облаке пыли я вывалился в чьи–то гостевые покои, сейчас пустые. Осторожно выполз в коридор и скользнул в дверь напротив. Пришлось немного отвести глаза одному из стражников, иначе он бы меня заметил. Вот и все проникновение.

— Ты чего такой грязный? — спросила Олеся, встретив меня на пороге и заперев на засов дверь. Свобода личности здесь не пустой звук, даже для дочери князя.

— В чем беда всех потайных ходов — в них нельзя запустить слуг, чтобы они там прибрались, — я снял камзол и теперь отряхивал его в уголке.

— Ты странный человек, — она села на диван и задумчиво стала меня разглядывать. — Ты не похож на незаконнорожденного сына князя, для него у тебя слишком необычный язык. Где ты получил образование? В Вайдохе? Или, может, в самом Нэллдоре?

— Я не отвечу ни на один из твоих вопросов, — мои слова не вязались с тем, что я делал, а именно: сел на пол около нее и обнял ей колени. — А с тебя возьму слово не распространяться о своих подозрениях. У меня есть причины скрываться, и я никаким образом не угрожаю ни тебе, ни твоим близким, ни твоей стране. Этого знания тебе достаточно. — Доверчивый я человек!

— Но я же любопытная! — она взвизгнула, когда я рывком подхватил ее на руки и понес к кровати.

Начав раздеваться, я обнаружил, что испачкался сильнее, чем думал.

— У тебя ведь есть ванна?

— Конечно.

— Тогда пошли — совместим лечение с водными процедурами.

— Но вода только холодная! — я лишь отмахнулся.

Сложно представить средневековый замок с водопроводом и канализацией. Но, тем не менее, они здесь были. На чердаке стоял огромный резервуар, каждый день наполняемый слугами при помощи хитрого приспособления с использованием конной тяги (в Энноле для этих целей использовали насосы гномьей работы), а потом все как обычно. Разве что горячее водоснабжение отсутствовало. Точнее, оно было, но по предварительному заказу и индивидуальное — приходил маг и нагревал воду. Или по старинке, на огне.

Ванна была… большой. При желании, в ней можно немножко поплавать. Интересно, какого объема резервуар на чердаке? Но наполнилась достаточно быстро — размеры труб тоже внушительные. Благодаря бледно–зеленому порошку, вода покрылась шапкой пены.

Я нагрел воду, а Олеся добавила каких–то душистых трав, отчего помещение наполнилось запахами свежескошенного сена.

— Ныряй, — дамы вперед.

— Нет, сначала ты, — ого, она стесняется? Странные люди — женщины.

Я быстро разделся и погрузился по самые ноздри. Хорошо… В это время за моей спиной зашелестели одежды, и гибкое тело скользнуло рядом со мной в пену.

— Я никогда не принимала ванну… не одна, — извиняющимся голосом сказала девушка.

— Да ну? Тогда ты много потеряла. Сейчас мы устраним пробелы в твоем образовании.

Кажется, она почувствовала, что теперь я не буду себя сдерживать, и почему–то вдруг отодвинулась от меня в дальний угол — благо размеры корыта позволяли.

— Ты чего? — никогда их не понимал. — Уже забыла, как пыталась соблазнить меня на берегу?

— Нет, только… — она начала стремительно краснеть, — у меня еще не было мужчины. Вот! — и посмотрела почти агрессивно.