Чтение онлайн

— И что тебя останавливает?

— Ну как же… это… — смущенное молчание, догадывайся, мол, сам.

— Понятно, — я, кажется, догадался. — Тебе же еще замуж выходить, а непорочность тут является основным достоинством невесты. Так? — Она смущенно кивнула. — Я не смею нарушать эту традицию, но… Но, неужели ты думаешь, что, если я смог залечить твою рану, то не смогу справиться с такой мелочью?

— Правда? — до нее быстро дошло, и она прямо из своего угла кинулась мне на шею, подняв тучу брызг.

— А сам факт измены будущему неизвестному мужу тебя не смущает? — так сказать, проверка решимости.

— Да чтоб он сдох! — дерзко сказала девушка. — Найдут какого–нибудь толстого и страшного сынка из соседских. «Чтобы укрепить мир между владениями!» — передразнила она отца. — А гадить друг другу по мелкому все равно не перестанут. Один из таких как раз сейчас внизу сидит — на первый этаж страшно спускаться. Ненавижу!

Впоследствии я подумал, что даже если Тинлиин и практикует такой способ лечения, то мне уж точно о нем не расскажет. А может, я придумал свой собственный.

Тогда я сам не смог понять, как это получилось. Каким–то образом у меня раздвоилось сознание. На разум и чувства. Это происходило одновременно — я любил Олесю, а в это время моя сознательная половина занималась лечением где–то на втором плане. Спустя всего пару часов я с удивлением обнаружил, что от шрама не осталось следа. В других условиях я бы потратил на это не меньше четырех.

Потом мы еще долго дурачились в ванне, плеская друг в друга водой.

А затем в дверь постучали. Не так, как стучал бы разъяренный отец, если бы узнал про то, чем занимается его дочь, но довольно настойчиво.

— Кого это принесло, утро уж скоро! — недовольно буркнула девушка, вылезая из ванны.

Я тоже быстренько выскочил и вытащил пробку слива воды. Одеться — еще минута. Выскочил в комнату и притаился за портьерой. Высовывать за дверь Шпиона не стал — может быть опасно.

— Кто там? — сонным и сердитым голосом спросила Олеся. Меня этот вопрос интересовал не меньше.

— Олис, любовь моя! — раздался пьяный голос из–за двери, и она облегченно вздохнула, прошептав мне: «Это тот дурак, о котором я говорила». Я тоже расслабился. — Я пришел выразить… ик… своё высо… э–э… высокое чувство!

— Я услышала, — холодно ответила княжна. — А теперь не мешайте мне спать!

— Но как же? — несказанное удивление в голосе. С примесью детской обиды — он искренне не понимал, как его могут игнорировать, когда он раскрыл все свои чувства навстречу своей любви… Впрочем, вряд ли он смог бы так сказать, даже будучи трезвым.

— Спокойной ночи! — отрезала Олеся, отходя от двери. Я еле сдержался, чтобы не рассмеяться вслух, и показал ей большой палец — молодец!

А несчастный влюбленный принялся рассказывать о своей нелегкой жизни, полной забот о своих людях и процветании княжества. Но мы не слушали. Мы стояли у самой двери и яростно целовались. Краем сознания я еще подумал, что это было бы похоже на одну из форм изощренного садизма, если бы влюбленный мог нас видеть. Я ощутил приступ стыда. На секунду. А потом я забыл про все.

Когда мы вернулись к двери, из–за нее слышался богатырский храп — бедняга уснул у порога любимой, избавив меня от лишней работы.

— Мы еще встретимся? — бесцветно, без особой надежды спросила Олеся, глядя куда–то в сторону.

Что я мог ей сказать? Что от меня это не зависит? Или, наоборот, пообещать вернуться? Зачем? Ведь не жениться, правда? Я промолчал.

— Через четверть у меня заканчиваются каникулы, и я еду в Вайдох. При желании меня легко найти в университете. Ты же едешь туда? — Догадаться об этом нетрудно — дорога имела только два направления. Всегда испытываю чувство вины, когда расстаюсь с девушками:

— Я найду тебя, — сам не знаю, соврал или нет.

Я не стал задерживаться в замке дольше, чем требовалось на то, чтобы оседлать Звездочку.

Уход по–английски.

Две четверти первого осеннего месяца — дарила — пролетели быстро. Дни были насыщены многочисленными перемещениями по столице Белавара и посещениями множества мест — от косметических салонов до кабинета главы посольства.

Кириэль развела бурную деятельность, стараясь оказаться в нескольких местах одновременно. Она ходила на приемы в модные салоны, куда ее стали зазывать с первого дня. Посещение театра, несмотря на посредственную игру актеров, стало обязательным мероприятием. В посольской ложе завязывались полезные знакомства и проводились доверительные беседы. А также разбивались сердца. Кириэль было противно, но она этим пользовалась. Не сокращая дистанции. А вот Рина не заморачивалась такими комплексами, с готовностью ныряя в постель к нужным людям, и узнавала куда больше, чем Кириэль. Профессионал. Она каталась на ладье в компании с детьми придворных и чиновников, окольными путями выясняя обстановку. В этом ей помогала Рина, с легкостью читающая в словах второй и третий смысл. К сожалению, весь подтекст сводился обычно к желанию затащить крошку в постель, и не нес другой полезной информации.

Даже Тэсс не остался в стороне. Постоянно находясь при госпоже, он подмечал настроение собеседников, а потом делал ценные замечания.

Следить за ними начали на второй день, причем самым обычным образом, поэтому первым заметил это Тэсс. Они ожидали чего–то подобного и не стали ничего предпринимать, только запомнили всех филеров. На всякий случай.

Проверку на магические способности Кириэль прошла на третий день, когда танцевала на приеме в салоне госпожи Вински с одним многообещающим молодым человеком. Сын военного советника, он мог знать что–нибудь интересное. Она вдруг почувствовала сканирование и быстро обернулась, но в толпе гостей не смогла найти никого подозрительного. Успела только понять, что маг не слишком силен. А за маскировку она не волновалась.

Этим проверка не ограничилась.

Они возвращались с модной нынче вечерней службы в храме Лиенны, закончившейся далеко за полночь, где собирались некоторые интересные личности. После нескольких дней непрерывных дождей вдруг распогодилось, и Кириэль захотелось прогуляться пешком. К тому же, до Сосновца рукой подать. Редкие фонари отражались в обширных лужах, которые то и дело приходилось обходить по каким–то темным и грязным закоулкам.

В одном из таких закоулков они наткнулись на полдюжины бандитского вида личностей, перегородивших дорогу.

— Как мило, — пробормотала Кириэль, на всякий случай готовясь к драке. — Куда смотрит стража?

— Деньги, цацки — живо! — негромко, но внушительно приказал один из бандитов. Главарь?

— А трахнуть дам? — вдруг капризно захныкала Рина. — Неужели мы настолько страшны? — спросила она буквально офигевшего главаря. — Какой красавчик! — она плотоядно облизнулась. Красавчиком его могли бы назвать разве что на конкурсе красоты среди зомби. Кириэль еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться, Тэсс молчал и не двигался, как будто его вообще ничего не касалось.

— За этим дело не станет, крошка, — вылез один из бандитов, за что тут же получил от главаря локтем в печень.

Кириэль решила заканчивать представление. Между ее ладоней медленно разгорался огненный шарик — небольшой, ведь по легенде она была очень слабеньким магом, и мало что умела.

— Мы вас услышали, — сказала она, — а теперь можете валить отсюда, если хотите остаться целыми.

К ее удивлению, главарь лишь рассмеялся:

— А ты метни свой мячик–то, метни.

— Сам напросился, — несколько недоуменно ответила девушка, и шарик сорвался с ее ладоней. Для того, чтобы рассыпаться безобидными искрами в шаге от цели.