Чтение онлайн

— Теперь представляете, какие силы стоят за причиноведом?

Гидон понял. Юноша, обрадованный эффектом, оставил воеводу в раздумьях и кинулся в пляс. Он напевал бессвязную галиматью и дрыгал ножками.

— Да подожди ты!

Гидон схватил Пурелия и легко подбросил. Мощь воеводы, помноженная на родовую силу красного дня зашвырнула книгочея выше стены. Пурелий плюхнулся на руки Гидону и моментально успокоился.

— Я понимаю, почему нужно пускать иноземцев, появившихся недавно, — продолжил воевода, как будто ничего не произошло. — Но я не понимаю, почему нельзя пускать остальных?

— Ух и силушка у вас… Поставьте меня. Спасибо, — Пурелий разгладил одежду и пояснил. — Вы закрыли город. Убийца или в городе, или нет. Если нет, зачем его впускать? А если в городе, зачем впускать его возможных сообщников?

— Думаешь, он поддерживает связь ещё с кем-то?

— Не знаю! Это дело Лукоса Шварца. Но если мы не пустим лишних людей, нам же легче. Мы не можем закрыть город совсем, иначе как попадёт в него Шварц? Мы не можем не пускать городских жителей, иначе получим бунт. Но мы можем выгнать посадских и любопытных иноземцев, желающих попасть в город только потому, что узнали о покушении на знать.

Гидон кивнул, дав понять, что согласен с Пурелием и он может продолжить контроль за пропуском желающих.

— Премного благодарен! — опять склоунадничал книгочей, комично поклонившись.

Очередные три иноземца, очередной отказ. Когда Люция подошла к воротам, она смирилась с тем, что город ей не увидеть.

— Пурелий, — представился бойкий юноша и поклонился. — Вы издалека? Край благородства и утончённых манер? Ве-е-е-етер шумит над горо-о-о-ой. Там, где вся ю-юно-о-ость… — неожиданно пропел книгочей и так же неожиданно закончил. — Вы где остановились? Давно здесь? Видели состязания лучников на прошлой неделе?

— Люция, — машинально представилась девушка и замешкалась от посыпавшихся вопросов.

— Пурелий Эдур Цес, — не дожидаясь ответа, книгочей подлетел к тётушке, поклонился и представился. — Верный помощник воеводы. Вот моя рука, вот мой костюм. Нравится? Ох, бьюсь об заклад, что вы большая ценительница кодекса Луговых девиц. Разрешите выразить почтение.

— Люция, этот молодой человек дважды поклонился? — проскрипела Фелиция. — Он похвалил кодекс? Мне нравится этот юноша, — старушка уставилась на Пурелия и спросила. — Вы обработаны от вшей?

Книгочей не обиделся и засмеялся. Люция сморщилась на очередную выходку пестуньи и начала сбивчиво отвечать молодому человеку, имеющему власть над пропуском в город. Девушка поведала о сломанной повозке, о том, что они переночевали вон на том постоялом дворе. Люция собиралась рассказать о необходимости закупиться лекарством для тётушки, но Пурелий удивил. Он развернулся и побежал в город, через плечо громко комментируя услышанное.

— То есть вчера вечером ваша повозка сломалась около городских ворот. Вы с пестуньей воспользовались услугами местного кузнеца…

Бойкий юноша, не договорив, скрылся за воротами. Люция растерялась и посмотрела на спутников. Тацит с Ратмиром, стоявшие позади, пожали плечами. Тётушка думала немного о вшах, но, в основном, о корне боярышника. Стражник с веником и чаном тяжело вздохнул.

— Воевода, у меня срочный план! — прошептал Пурелий, зайдя за ворота. — Как хорошо, что вы здесь. Вы за мной следите? В городе что-то случилось? — пошутил книгочей и громко захохотал.

Поняв, что не вызвал ни единой улыбки, он достал небольшую баночку и показал Гидону.

— Это мазь искренности. Изготавливается в белых городах, поэтому действует только на белый род. Там стоит мужчина. Намажьте ладонь, поздоровайтесь с ним и пожмите руку. У вас появится возможность задать один вопрос. Воля угаснет, и он правдиво на него ответит.

Воевода с интересом посмотрел на банку.

— Слышал о такой редкой ворожбе, но впервые вижу. А почему ты не намажешь?

— Я никого не убил за последние сутки. Иначе не подействует.

Гидон сомневался. Его смущала не склянка с содержимым, а её владелец.

— А если он не захочет жать мне руку?

— Можно насильно, всё равно сработает.

Воевода решил проверить. Он подозвал одного из стражников.

— Мажь ему, — приказал Гидон.

— Ох, лучше бы вы сами.

Но увидев суровый взгляд, Пурелий открыл баночку. В склянке оставалось совсем немного. Книгочей зачерпнул и стал втирать мазь в широкую ладонь стражника.

— Всё, этого достаточно. Можете идти. Ну? Чего ждёте?

Гидон улыбнулся.

— Держи его.

Стражники схватили Пурелия. Книгочей, поняв, что его допросят, попытался выкрутиться, но тщетно — хватка мёртвая.

— Так глупо! Зачем? — кряхтел Пурелий. — У меня почти не осталось мази. Где я возьму скорлупу яиц белых воронов?! У вас таких нет… нет… нет! Глупо. Яйца воронов. Глупо! Яйца.

Стражник с лёгкостью разжал элегантную кисть молодого человека и пожал руку. Мазь подействовала мгновенно. Пурелий закрыл глаза и скривился. Потом успокоился и в упор посмотрел на стражника. Зрачки казначея стали ярко-белого цвета, резонируя со цветом волос. Никаких сомнений, что молодой человек находился под действием магии.

— Поздоровайся и спроси, не он ли Лукос Шварц, — приказал воевода.

— Здравствуй, Пурелий. Ты Лукос Шварц?

Тайя проснулась от сильной боли в горле. Тело ломило, суставы ныли. Она с трудом поднялась с лежанки и прислонилась спиной к остывающей печке. Братик Нуги спал рядом, посасывая палец и чему-то улыбаясь.

Вчерашняя вылазка не прошла для девочки бесследно. Только прибежав домой, Тайя перестала трястись от холода. Она обняла обрадовавшегося брата, но сил на игры не хватило. Поставив сумку с добычей, девочка безразлично посмотрела на коробочку и вынула луковицу, украденную по дороге с прилавка зазевавшегося торговца. Весь день Тайя сильно хотела есть, но сейчас, смотря на увесистую луковицу, мысли путались.

— Нужно собраться, — она прилегла на бок. — Нам нужны деньги. Нужно варить пойло, — совсем тихо шептала Тайя. — Сейчас. Только полежу немного. Хочешь я тебе заварю травы?

— Нуги любит травы, — улыбнулся мальчик.

— Я сейчас. Я уже иду. Ты только не плачь, нас могут услышать.

Девочка уснула. Проснулась поздним вечером, но сон не принёс облегчения. Голова гудела, в горле першило. Она испугано огляделась в поисках Нуги. Мальчик тихо сидел рядом и смотрел на городскую стену.