Чтение онлайн

«Я разделаюсь с тобой в два счета, глупая простушка!» – подумала Виктория.

Оля возвращалась домой и уже вошла в подъезд, когда услышала, что двери лифта открылись.

– Подождите, пожалуйста! – закричала она и ринулась вперед. – Ох, спасибо, что подожда… – она умолкла на полуслове – на нее ледяным взглядом смотрел Велорий.

Оля отступила на шаг, почувствовав какую-то неловкость.

– Я, пожалуй, подожду следующий, – пролепетала она.

Двери закрылись, и лифт поднялся на шестой этаж, но сколько бы Оля не ждала, он так и не спустился.

– Хорошо, что он поломался до того как я вошла, – вздрогнув, подумала она.

Девушка очень боялась замкнутого пространства, поэтому для нее застрять в лифте было подобно смерти.

Пришлось подниматься пешком. Дойдя до шестого этажа, Оля увидела из-за чего лифт не работал – двери удерживал камень.

– Вот гад!

Отдуваясь Оля вошла к себе в квартиру и хлопнула дверью. Вдруг ее осенила «чудесная» мысль. Она стала топать как слон, прыгать и бросать на пол гантели. Потом вышла на балкон и крикнула что есть мочи:

– Ненавижу тебя!

С тех пор это стало ритуалом: если они сталкивались возле лифта, Велорий всегда успевал уехать перед самым ее носом, блокировал дверь, а она в отместку топала и орала, после чего всегда слышала его смех, которого явно забавляла ее злость. Как ни странно, после этого она улыбалась целый день.

Прошло несколько недель после инцидента на стадионе, а Велорий до сих пор так ничего и не предпринял, хотя, возможно, те мелкие пакости с лифтом как раз и были своего рода местью.

Наступила весна, все сняли теплые вещи и облачились в легкие куртки. На автобус Оля больше не опаздывала, и часто случалось так, что они с Харламовым ехали вместе, вернее, каждый по себе в одном транспорте. И каждый раз Оля злилась из-за его невозмутимости. Пока она пыталась спастись от давки, Велорий спокойно стоял, ничуть не страдая. Но это и неудивительно, ведь если Бестужеву, зажатую со всех сторон, и видно не было, то он, благодаря высокому росту, возвышался над многими. Конечно, сложно было выбраться без потерь на нужной остановке. И пока Оля пыталась вытащить свою сумку почти с другого конца автобуса, Велорий уже был возле школы.

Но сегодня девушка была настроена решительно. Работая локтями, она пробила себе дорогу и выбралась раньше Харламова.

Победно усмехнувшись, она пошла рядом с ним.

– Не ходи со мной, – сказал Велорий.

– Почему?

– Я не хочу, чтобы нас видели вместе.

– Но почему?

– Я не общаюсь с тупыми девицами вроде тебя! Это повредит моей репутации.

Оля надулась, однако продолжила иди рядом.

– Черт! – услышала она его тихое восклицание.

– Велорий! – этот голос принадлежал королеве, как называла Оля Викторию Кот.

– Мне стоит ревновать? – промурлыкала красотка, кивнув на Бестужеву.

– К кому? – спокойно спросил Велорий, приобняв ее за талию.

– К этой, с которой ты пришел, – презрительно кивнула она.

Велорий удивленно посмотрел на Олю.

– А кто это? – недоуменно спросил он.

Оля стиснула кулачки.

– Но вы ведь пришли вместе, – допытывалась «королева».

– Если бы ты не обратила на нее внимание, я бы даже и не заметил, что кто-то идет рядом. Впрочем, когда я вижу тебя, все остальные блекнут.

Оля опустила голову и прошла мимо них.

«Почему так больно? Почему сердце словно замерло и остановилось?» – она лихорадочно сжала сумку.

Когда этот негодный мальчишка так прочно засел в ее сердце? Наверное, сейчас его идеально причесанные темно-каштановые волосы взлохмачены чужой рукой, а глаза заволокла пелена страсти.

«Ненавижу тебя! – Оля твердила это вновь и вновь, но есть ли смысл обманывать себя. – Ну почему я так сильно люблю тебя?»

А потом с Бестужевой стали случаться всякие неприятности. На физкультуре кто-то толкнул ее, и она разбила коленку, потом девушка не нашла свей спортивной формы, которую оставила в раздевалке перед тем, как пойти в душ. В столовой на нее опрокинули поднос с едой, и ей пришлось застирывать пятна на одежде. Она хотела верить, что это все действительно «случайности», но уж слишком много их было за последний месяц.

– Оля, что случилось? – спросила мать, заметив синяк.

– Ударилась, – буркнула та.

Вот и сегодня на физкультуре мяч угодил ей прямо в лицо. Никто толком не мог сказать, откуда взялся этот проклятый мяч, но факт остается фактом, теперь на щеке у нее противный фиолетовый синяк.

– Вечером к нам на ужин придут Константин Васильевич и Велорий.

– Я побуду у себя в комнате! – она не хотела, чтобы Велорий видел ее такой: коленка в зеленке, а на щеке синяк.

– Это не обсуждается, – отчеканила мать. – Константин Васильевич хочет с тобой познакомиться.

– Это еще зачем?

– Не будь грубиянкой, он не только мой начальник, но и наш сосед.

Несмотря на все мольбы Оли не выходить к ужину, мать была непреклонна. Звонок в дверь заставил девушку вздрогнуть.

– Доченька, заканчивай накрывать на стол, а я открою, – крикнула Любовь Валентиновна уже из прихожей.

Послышались приветствия. Оля, сцепив зубы и растянув губы в улыбке, повернулась к гостям.

– Оленька, рад встрече, – Константин Васильевич приветливо улыбнулся и пожал ей руку.

– Проходите, проходите, – ворковала ее мама. – Велорий, садись напротив Оли.

Он послушно занял свое место и изучающе стал рассматривать ее лицо.

– Откуда синяк? – спросил Харламов.

Она отвернула голову в сторону, оставив его вопрос без ответа.