Чтение онлайн

– Кто такая?

Зоряна покосилась на Слая, и вынужденно признала:

– Зоряна.

– Откуда прилетела в Марсель? – приготовилась записывать Мадина.

Зоряна посмотрела на неё, как на сумасшедшую. Слай только усмехнулся, наблюдая за мимикой своей новой знакомой.

«Какое слово её больше удивило? Марсель? Или прилетела?»

– Вызывай начальника караула, Мадина, – в который раз повторил он. – А потом запишешь мои показания.

– Да с чего ты взял, что она – Вестница? – Мадина швырнула на стол ручку, разбрызгивая кляксы на бланк.

– Я когда-нибудь лаял на ветер?

Мадина немного подумала, затем, с силой надавила кнопку звонка на столе.

– Отправь телетайп 7 Торстейну, – раздражённо буркнула влетевшему дежурному. – И принеси мне масалу 8 .

– Скажи, Зоряна, – неторопливо начал Слай, – ты ведь не в Марсель собиралась? Знаешь такой город? А что ты говорила про текникум и про вокзал?

Зоряна съёжилась, ещё крепче обняла свою огромную сумку, упрямо уставилась в пол.

– Хорошо. А ты когда-нибудь слышала слово «ликантроп»? Берендей? Преремётчик? Опрокидень?

– Перекидыш? Волколак? – насмешливо подсказала Мадина.

– Обертун? Оборотень? – на последнем слове Зоряна чуть вздрогнула, испуганно покосилась на Слая.

– Кажется, она знакома только с оборотнями, – подвёл он итог.

Мадина пожала плечами:

– Это ничего не доказывает. Может, это притворство, пранк 9 .

– Зачем? Думаешь, таким шутят? В чём её интерес?

Слай наклонился вперёд, положил локти на колени.

– Мадина, я был сегодня на Муниципальной площади, ждал Спайку. Раздался хлопок. Не слишком громкий, но… с коротким эхом. Будто ночью, веслом по воде… Да, похоже. Потом, из пустого зала аэрогавани вышла она. Из пустого! Не было ни одного дирижабля… Она не знает, что означает наша форма, а Спайку назвала собаками… Вспоминай. Всё что ты слышала о Вестницах.

Дежурный внёс стакан в ажурном подстаканнике, и едва не перекинул его на стол, засмотревшись на Зоряну. Та только вздохнула. Судя по её взгляду, она давно решила, что попала в приют для умалишённых.

– Ну не знаю, – Мадина помешала ложкой мёд в масале, чтобы лучше растворился, задумчиво рассматривая Зоряну. – Мы же не Приграничье. И до её появления ещё лет пятнадцать-двадцать должно пройти.

– Может, ты точнее дату назовёшь? – усмехнулся Слай. – Вытащи бокс с игрой из классификатора, не пались перед боссом.

Мадина поспешно откинула крышку приёмника, заменила игровой бокс на библиотечный. Вызвала на экран расписание рейсовых дирижаблей, пробежалась по нему глазами. Вскрыла свежую катушку бумаги, заправила в УГБ 10 , щёлкнула тумблером, переключая на запись. Включила. Подкатила кресло к столу, смяла и выбросила испорченный лист протокола, достала новый.

– Ну давай, диктуй.

Слай неторопливо и подробно, но опуская всё, что касается Спайки, рассказал о своих наблюдениях. Зоряна осторожно прислушивалась к его словам, удивлённо-настороженно поглядывая то на него, то на Мадину. Так же спокойно, будто продолжает начатый разговор, Слай обратился к девушке.

– Зоряна, ты ведь очень удивилась, когда оказалась одна в большом пустом здании? И вообще, здесь многое кажется тебе непонятным и странным. Так?

Зоряна осторожно кивнула.

– А что удивило тебя больше всего?

– Дорога камнем уложена, а не загачена 11 . Сказывали, такое только в Стольном городе увидеть можно, но он далеко.

Слай и Мадина переглянулись, но промолчали, внимательно слушая. Зоряна робко продолжила:

– Имена. Странные, будто весь город иноземцами заселён. Слова. Я многие не понимаю. Человек между двух колёс сидел, что это?

– Велосипед. А почему ты боишься Псов? – мягко, как у ребёнка спросил Слай.

Зоряна сухо глотнула. Нехотя продолжила.

– В детстве… Мне года четыре было. Сын старосты натравил на меня свою собаку.

– Покусала? – вскинул бровь Слай.

– Нет, но… Я на плетень взобралась… Мама сказывала – мой крик по всей деревне слышно было.

– А потом?

– Отец прибежал прямо из кузни. Молотом саданул псину. Уложил сразу на месте… Сказал – кто его девочку обидит, тот тоже молота отведает, он в своём праве.

Слай выставил ладонь, не позволив Мадине выплеснуть негодование.

– Сейчас, сколько тебе лет?

– Шестнадцать.

– Ты ведь от чего-то бежала? Расскажи, пожалуйста.

Зоряна тяжело вздохнула, оперлась подбородком о сумку, опустила глаза в пол, неохотно продолжила.

– Тогда… Староста вызвал жандармов из города. Но Община стала на сторону отца… А через десять лет староста волчанку 12 подхватил, стала она из него силы тянуть. На сходе 13 Община решила переизбрать старосту, отца моего поставили… Игнасий, сын старосты, в город поехал. Через пяток дней вернулся с жандармами и бумагой от бургомистра, где именно его, Игнасия, старостой назначили… Люди не стали спорить, плюнули в его сторону, а за помощью всё равно, в наш дом шли… Злился Игнасий, да что он сделать мог?

Зоряна сжала кулаки на ручке сумки, чуть помедлила, поджав губы, продолжила гораздо суше:

– Оказалось, смог. Когда умер его отец, Игнасий не к нашему жрецу пошёл, а городского привёз. А по дороге сказал, что я… – Зоряна густо покраснела, но продолжила, почти шёпотом, – девство своё на жертвенный алтарь обещала.

– Что это значит?

Она отшатнулась, затравленно глянув на Слая.

– Прости, мы правда не знаем.

Зоряна совсем смутилась, отвернулось в угол. Чтобы разобрать её слова, приходилось прислушиваться.

– Если… прольётся девственная кровь на алтарь, жрец признает деву Достойной… Сам выберет ей мужа, по воле богов… Если крови не будет… всех женщин семьи Община забьёт камнями… до смерти, за обман… А если я откажусь от обета… всю семью сожгут живьём, как еретиков.

Зоряна вдруг повернулась, посмотрела прямо в глаза Слаю.

– Когда старший брат прихватил Игнасия за грудки, тот засмеялся. Кричал, ему всё равно, вся ли наша семья вымрет, или только бабья часть. Это нам его месть за своеволие, и за Трезора, собаку его.