Чтение онлайн

— Ну, конечно! — довольно улыбнулась я, — мне же хотелось…

«Выдрать ей патлы» я озвучивать не стала. Мало ли как отнесется к этой грубости Фол, ведь она, как ни крути его родственница.

— Волосы! Вот, где хранится ее магия!

— Отлично! — Фол хлопнул в ладоши, и достал из заднего кармана маленький металлический футляр, — посмотри на них сквозь линзу.

Он протянул мне коробочку, на где на бархатной подложке покоился стеклянный осколок, переливающийся всеми цветами радуги. От него исходило приятное тепло, он будто просился мне в руки, и я без раздумий взяла его.

Казалось, он прилип ко мне, но это не было неприятно. Наоборот, чувство, будто я встретила кого-то родного, кого не видела тысячу лет, и вот теперь могу быть с ним вместе, уверенно поселилось в моей голове.

Я поднесла осколок линзы к глазу и пристально посмотрела на седую голову Леси.

— Что ты видишь? — Поинтересовался Фол, из-за спины всматриваясь в стекло.

— Ничего особенного, какие-то волны, круги…

Это было похоже на солнечных зайчиков, которые редко взрывались, распадаясь на тысячи маленьких искорок.

Ведьма, до этого тихо и смирно сидевшая на земле, заерзала, поднимая свои пугающие глазищи на меня.

—Я чувствую, магия уходит, но не так быстро, как нужно.

— Я не могу сконцентрироваться. Вы меня отвлекаете! — оправдалась я.

— Дело не в этом, — огорченно вздохнула она, ложась в траву, — Нужна вторая. Одна линза не справляется…

— У нас нет второй линзы! — выругался Фол!

— Есть, — дедушкин монокль – вот, что нам было нужно. Он берег его всю жизнь как зеницу ока. И теперь, настало время собрать воедино артефакт, принадлежащий моему роду, — вторая часть очков хранится у дедушки.

— Уверена? — я кивнула, а Фол перевел взгляд в чистое голубое небо, словно раздумывал над чем-то. Он молчал почти минуту, будто не мог решиться, а после спокойно сообщил, — ты возвращаешься.

56. Свободна

— Ты возвращаешься.

Пока я пыталась сообразить, что значили его слова о возвращении, он, похоже, уже все решил.

— Удерет! — крякнула старуха, щурясь от яркого солнца.

И, признаться, эта мысль посетила и меня. Ведь шанс не вернуться обратно, в мир Тьмы, хоть маленький, но был. Я могла бы обратиться за помощью к Смотрителям, пожаловаться на жестокое обращение, и уверена, они защитили бы меня. Но было в этом плане одно «но»: я не хотела расставаться с Фолом. Случись все это раньше, до тюрьмы, я не задумываясь воспользовалась таким шансом, но теперь. Нет. Я не брошу Фола. Но и он не сможет навсегда покинуть свой мир.

Фол недовольно цокнул на предположение ведьмы, и встал вплотную ко мне. Я смотрела в его глаза, полные тревоги, и пыталась предугадать, что же он скажет дальше. Но мысли путались, и с каждым вздохом мне все больше хотелось прижаться к нему, и никогда не расставаться.

— Мы вернемся вместе? — понимая, что разлука неизбежна, я чувствовала, как слезы подступают.

— Нет, моя маленькая. Ты вернешься одна,— приглаживая волосы, он целовал мою макушку.

— А ты?

— Я использовал свой пропуск в Срединный мир, когда пришел забрать тебя. Следующий раз будет возможет лишь через год, но мы не можем ждать. Лис опасен. И выхода два: убить или лишить его магии.

— Ты не сможешь убить брата…

Фол кивнул. Выходит, что избавить мир от магии Елисея смогу только я.

— Есть еще кое-что, — Фол взял мою ладонь, где сияла метка рода Огненного Лиса, и приложил ее к губам. Горячий воздух обжег кожу, но губы сразу же смягчили эту боль, — я не хочу, чтобы ты брала на себя столь ответственную задачу. Ты не должна была отвечать за чужие ошибки, а я не должен вершить суд твоими руками. Поэтому…

Фол легонько погладил мою ладошку большим пальцем, и голубоватый дымок еле заметной струйкой взмылся вверх. И по мере того, как он растворялся в воздухе, метка долга исчезала.

— Ты свободна, Полин. Отныне, твоя жизнь и магия принадлежат только тебе, — он отпустил меня, делая шаг назад.

А я почувствовала себя брошенной. Одинокой. Будто от меня отказались, будто я больше не была нужна. И хоть я понимала, что это для моего же блага, в душе мне хотелось, чтобы Фол меня никуда не отпускал.

— Свободна? — глотая слезы, спросила я, — так просто?

Мой вопрос остался без ответа.

Стараясь не встречаться со мной взглядом, Фол подозвал гнома. Его круглые глаза, так же, как и мои, блестели от слез, а подбородок дрожал. Этот маленький человечек был расстроен, переживал, и непонимающе смотрел то на Фола, то на меня, и казалось, что он хочет крикнуть: «Скажите, что все это шутка!»

Пока грустный гном готовил портал для перехода в мой мир, я одиноко переминалась с ноги на ногу. Мне хотелось подойти к Фолу, взять его за руку, прижаться, но он нарочно отходил подальше, и старался не смотреть в мою сторону. Но ведь мы нужны друг другу! Как двое влюбленных, как части одного целого, как партнеры и компаньоны, как помощники и соратники, как люди, которые будут рядом до конца! Почему же он отталкивает меня?

Ответ пришел сам. Потому что, он не хочет, чтобы я страдала из-за чьих-то амбиций, чтобы жила в Мире Тьмы, когда моя суть – светлая.

Долга больше нет, печать снята. Я могу жить своей привычной жизнью и забыть обо всем. Но ведь не смогу! Зачем мне мир, в котором нет Фола?

Я ждала, что он подойдет хотя бы попрощаться, чтобы поцеловать или просто обнять, но Фол неподвижно стоял поодаль, опустив глаза. Что ж, долгие проводы – лишние слезы. И раз он так решил…Наверное, не так сильны были чувства, в которые мне так хотелось верить.

Гном протянул ладошку, приглашая войти в синий круг, и я решительно шагнула, чтобы скорее убраться отсюда.

57. Контракт расторгнут

Грозовая туча висела над соседним городком, куда мы с друзьями обычно ездили по выходным. Выйдя из старинной телефонной будки, которая оказалась конечным пунктом моего путешествия между мирами, я оказалась под проливным дождем. Оглядев широкую улицу, я узнала книжный магазин, расположившийся на первом этаже издательства. Здесь за углом как раз был небольшой бар, откуда можно было бы вызвать такси.

Не обращая внимания на дождь, я двинулась в его сторону, но замерла посреди бесконечной лужи на тротуаре. Бар-то за углом был, но не было денег.

Странно, но сейчас мне было совершенно безразлично. Что делать? Идти домой пешком. Босой, в промокшем платье-рубашке с чужого плеча.

Ладонь, где раньше красовался знак долга, зачесалась, и первой мыслью, проскользнувшей в моей голове, стала та, что печать никуда не делась, а я должна вернуться, но взглянув на кожу, заметила свернутую в трубочку денежную купюру. Надо же! Я и не заметила, как она у меня появилась. Что ж, вызову такси, и доберусь до дома за полчаса.

У входа в бар под навесом толпились люди. Такие же вымокшие, как и я, поэтому, мой странноватый вид и прилипшая к телу рубашка, не вызвали никакой реакции. Я шагнула в толпу, и тут же услышала знакомый голос.