Чтение онлайн

Аврора

— Это потрясающе! — я почти стону, облизывая ложку губами, пытаясь насладиться сочетанием шоколада и арахисового масла.

Папа рассказывал мне, что мама во время беременности очень любила шоколад и арахисовое масло, и думаю, что эта любовь передалась мне. Это моя слабость, моя единственная настоящая любовь.

— Я же говорил тебе, что это место самое лучшее, — Кэмерон поджимает губы, отправляя в рот еще один кусочек торта с печеньем и кремом.

После того как мы спустились с горы, я отвезла Огурчика домой к отцу, а затем вернулась в свой дом в кампусе, а Кэмерон поехал за мной на своей машине. Он не позволил мне ехать самой, и в итоге отвез нас в маленькое кафе за городом. Оно причудливое, несколько посетителей сидят в кабинках с наушниками, читают книгу или яростно печатают на ноутбуке.

Здесь мило, напоминает мне горячий шоколад в снежный день — уютный, сладкий и теплый.

По дороге Кэмерон сказал мне, что в этом месте самые вкусные торты, которые он когда-либо пробовал. Он не соврал. Торт просто феноменальный.

А знаете, что еще феноменально? Эта странная дружба, которая завязалась между ним и мной. Если бы кто-нибудь сказал мне две недели назад, что я буду охотно проводить свой день рождения с Кэмероном Филдсом, я бы рассмеялась ему в лицо.

Но сейчас? Я бы улыбнулась.

Не знаю, что повлияло на меня — эмоции за день или спокойная обстановка на озере, но отношения между нами изменились. Мне было так легко открыться ему, что мне трудно делать несмотря на то, что мне тяжело скрывать свои эмоции.

Это было приятно, даже очень приятно.

И я думаю, что он почувствовал то же самое, позволив мне заглянуть за его надежные стены. Возможно, он не открылся мне полностью, но я благодарна ему за то, что он впустил меня.

В Кэмероне есть нечто большее, чем я предполагала, и я обнаружила в себе желание раскрыть все его секреты.

Даже не стоит говорить о его улыбке. Я почувствовала, как дыхание резко покидает мои легкие, а эти ямочки… Мне так захотелось достать блокнот и нарисовать их.

В сочетании с его запахом сандалового дерева и свежего льна это было просто убийственное сочетание.

Кэмерон и так привлекателен для меня: его слегка завитые волосы, милые очки, которые он надевает, когда работает за ноутбуком, и крупная, мускулистая фигура. Но эта улыбка? Просто лучшая его черта.

Это заставляет меня задуматься, не одинок ли он, но не из-за собственных желаний, а потому что мне трудно поверить в то, что он один, поэтому я не могу удержаться от вопроса.

— Могу я спросить тебя кое о чем? — спрашиваю я, проводя пальцем по глазури из арахисового масла на моей тарелке.

Его глаза на мгновение останавливаются на моем пальце, а затем переходят на меня.

— Мы договорились, что я должен рассказать тебе одну вещь. Не увлекайся, — усмехается он.

Я подношу покрытый глазурью палец к губам, даю языку попробовать его на вкус, а затем засасываю палец в рот. Я делала это без задней мысли, но, глядя на Кэмерона, понимаю, что это выглядело сексуально.

Его глаза прищурились, челюсть напряглась, когда я с хлюпаньем выпустила палец. Интересно. Не то чтобы это имело значение из-за моего правила «никаких свиданий/целибат», но приятно знать, что я могу быть ему симпатична.

— Я думала, мы друзья, Филдс? — я надулась, выпятив нижнюю губу.

Он расслабляется, его челюсть становится менее напряженной, когда он проглатывает очередной кусочек.

— Верно подмечено. Что ты хотела спросить?

— Ты с кем-то встречаешься? — пролепетала я.

Глаза Кэмерона расширяются, затем с его полных губ срывается усмешка, и он проводит рукой под своей шапочкой.

— Это… неожиданно…

Я пожимаю плечами.

— Я никогда не стеснялась высказывать свое мнение, а этот вопрос внезапно пришел мне в голову, так что вот я и спросила.

Он изучает меня какое-то время, затем кивает и говорит:

— Нет. Я ни с кем не встречался со школы. И, отвечая на твой следующий вопрос, я все еще ни с кем не встречаюсь.

Подождите, что? Как такой парень, как он, может не иметь отношений? Что случилось с его бывшей девушкой? Он все еще любит ее?

— Я уважаю твой выбор, но мне любопытно, почему? Если ты не против рассказать мне об этом.

Кэмерон держит свой взгляд наравне с моим, не колеблясь и не отступая. Это немного пугает, но мне это нравится.

— Моя бывшая, Лейла, изменила мне. Если учесть ситуацию с моим отцом и обязанность взять на себя заботу о семье, у меня больше не было времени на отношения.

У меня сердце разрывается от жалости к нему, потому что на фоне его дерьмовой ситуации в семье еще и его бывшая изменила ему. Как кто-то мог так поступить, я понятия не имею. Кэмерон заслуживает гораздо большего. С учетом его прошлого становится понятно, почему он такой замкнутый и недоверчивый по отношению к другим. Я не могу представить, какое давление он испытывает, будучи опекуном своей семьи.

Нет, наверное, все же, представляю. В моем случае дела обстоят немного иначе, но я понимаю. Возможно, у нас с Кэмероном больше общего, чем я думала. Хотя эта мысль и успокаивает меня, она также беспокоит.

Я протягиваю руку через маленький столик в бистро и кладу ее на его руку, как тогда, на бревне.

— Кэм, мне так жаль, что это случилось с тобой. Ты заслуживаешь гораздо большего, и я надеюсь, что ты это знаешь. Если я когда-нибудь увижу твою бывшую, то отомщу за тебя.

Кэмерон убирает свою руку из-под моей, но прежде чем я успеваю это почувствовать, кладет ее поверх. Мое тело реагирует на прикосновение, оно теплое и защитное, и я чувствую, как оно распространяется от моей руки по всему телу, полностью окутывая меня.

Когда еще, черт возьми, я испытывала такие ощущения, когда ко мне прикасался мужчина? Никогда.

— Не извиняйся, это было дерьмово, но оно подтолкнуло меня в том направлении, в котором я должен был двигаться — никаких отвлекающих факторов, и у меня их не было до тех пор, пока… — он медленно отстраняется, убирая свою руку с моей. Он снова смотрит на меня, на его губах играет игривая улыбка. — Мстить не нужно, но спасибо.

Я смотрю на него в недоумении.

— Ты имеешь в виду… ничего? Ни секса, ни поцелуев, ни прикосновений с тех пор?