Чтение онлайн

– То есть у тебя есть план?

– Будет, отрезала Алиса. Сейчас я немного отдышусь и придумаю.

Алиса устала села на стоящий у разделочного стола стул. На самом деле идей у неё было. Более того, не было даже уверенности, что идеи будут. В этот момент свет в ангаре на секунду мигнул и пропал. Через несколько секунд где-то неподалеку затарахтел генератор, и лампы снова зажглись. Алиса удивленно посмотрела на живой бюст:

– Вы, что, настолько богаты, что, живя у реактора используете бензиновый генератор?

– Этот реактор старше тебя раз в десять, окрысилась голова. Подшипники небось, на турбине полетели. Через час починят.

– А бензиновые генераторы, вам нужны, для выработки электроэнергии в то время, пока реактор чинят - подвела итог Алиса. В её голове начал вырисовываться план. Нелепый, неадекватный, невыполнимый, нереалистичный (И еще много всяких не - но не суть). Ибо, как любил повторять папин дружок Филидор Зеленый - Работаем тем, что есть. Главное, что план имеется. С остальным разберемся в процессе. К тому же, добавила Алиса, глядя на "макаров" - у меня всегда есть план "Б".

Алиса повернулась к голове, включив самую убедительную из своих улыбок.

– Тебя хоть как зовут?

– Ада.

– Хорошее имя. Подходящее. Нам надо больше ада, Ада. Скажи, где вы храните бензин?

* * *

В добепешных книжках Алиса читала, что раньше, когда работали телефоны, наблюдался интересный феномен - набираешь телефон человека, которому хочешь позвонить, а номер занят - твой собеседнику уже звонит тебе.

Сейчас, когда для реализации Алисиного плана, требовался звонок Герцога, именно его и не было. Алиса вся извелась - возила пальцем по сенсорной панели встроенного в комбез коммуникатора, то порываясь позвонить первой, но тут же сбрасывая звонок.

В общем, вела себя как типичная влюбленная девчонка. И скажи кто ей, парой часов раньше, что она так изведется, в ожидании звонка Герцога, она бы не поверила. Но, вот, она сидит и не веря самой себе ждет звонка, наблюдая за утекающими секундами, прекрасно понимая, что каждая секунда промедления - рискует нарушить собранный на соплях план.

Конечно, Алиса - девушка не гордая, и давно бы позвонила Герцогу сама. Но, Герцог, стал Герцогом потому, что имел звериное, обостренное чувство опасности - позволяющее ему выживать в различных дворцовых передрягах. Жопой чуять, где паленным пахнет - как сказал бы грубый Пашка.

Звонить ему самой - не годится. Ушлый Герцог тут же почувствует подставу. Так что оставалось только одно - ждать, надеясь, что она правильно предсказала его будущие поступки.

Алиса еще раз мысленно проверила свои умозаключения. Ошибки не было - и быть не могло. Это же Герцог, блин. Не титан эпохи возрождения, а мелкое, гадкое пресмыкающееся, чьи крохотные, простые мыслишки можно было без труда просчитать на пару шагов вперед.

Не бином Ньютона, в конце концов. Алиса сделала гадость ему - он сделает гадость Алисе. Единственно возможным ему способом - сделав больно тем, за чью судьбу Алиса переживала - рабыням, с караваном которых Алиса собственно и попала на остров Герцога.

Так что нужно было просто ждать звонка. Ждать. Ждать. Ждать.

Герцог позвонил в точности тогда, когда взвинченная до предела Алиса, решила плюнуть на риск и вызвать его самой.

– Ччччто, Чайка, доигралассссь? Сссссидишь теперь в подвале, ждешь сссмерти..
– в интонациях Герцога Алисе явственно слышалось змеиное шипение. Выходы перекрыты, мои бойцы ждут ссссигнала к атаке.

– Ага - нейтральным тоном согласилась с ним Алиса. Долго вы что-то атаку организуете. Я уже все жданки съела.

– Боишься сссмерти?

Алиса промолчала. Ерничать не хотелось, а отвечать было не обязательно - беседа с Герцогом всё равно катилась, не отклоняясь в стороны, словно по рельсам. Вскоре Герцог перейдет, собственно, к цели своего звонка - рассказу о том, что он сделает с рабынями, что так опрометчиво поддержали неудачливый бунт Алисы.

Собственно, штурм подвала, в котором сидела заблокированная Алиса, откладывался именно из-за этого. Герцогу хотелось отыграться на девушке, за причиненные ему неудобства, но он, будучи реалистом, понимал, что при любой попытке штурма, Алиса просто и без затей сбежит туда, откуда её ни один Герцог не достанет. Вышибет себе мозги из трофейного дробовика и всё.

Герцог тем временем предсказуемо перешел к предполагаемым пыткам девушек. Во всем его рассказе чувствовался недюжий профессионализм. Алиса убавила звук и на несколько минут отвлеклась на контроль периметра. Не хватало еще чтоб её захватили врасплох в самый разгар переговоров.

Включив звук, она услышала полный животного ужаса женский крик. Хороший знак - всё идет по плану. Алиса снова убавила звук. Пытаемую рабыньку, конечно, жалко. Но вряд ли благоразумненький герцог сделает за эти минуты с ней что-то по-настоящему плохое. Он же планирует шоу на несколько часов.

Выждав для убедительности несколько минут, Алиса вновь включила рацию.

– Прекрати, Герцог ровным тоном сказала она. Не мучай девушку.

Герцог довольно рассмеялся. Именно ради этого он, собственно, и организовывал это шоу.

– А если не прекращу, то что? Что ты мне сделаешь? А, Чайка, а? Радостно начал он.

– Ничего не сделаю - как можно подавленней согласилась девушка. Я в подвале, ты в дамках. Но, признайся - ты ведь не с неё, а с меня хотел кожу содрать?

Герцог молчал. Алиса продолжала, с каждой секундой все более крепнущим голосом:

– Подумай, сколько всего ты мог бы со мной сделать: Посадить на цепь у трона, отдать гвардейцам, повесить на дыбу, обварить кипящим маслом, выколоть глаза, сделать лоботомию...

– Да... послышался тихий, мечтательный голос Герцога. Я бы смог....

– И сможешь - заверила его Алиса. Обязательно сможешь. Отпусти девчонок, и я сдамся живой.

Герцог замолчал. Молчала и доведенная почти до нервного срыва Алиса. Её жизнь, жизнь двенадцати рабынь, судьба операции и, возможно, выживание человечества, зависели от того, насколько она дорога Герцогу.

Пауза затягивалась. Алиса, помня о правилах успешных продаж, начала нахваливать товар: И ты не гляди, что я тощая - я просто жуть какая крепкая. Меня недели две можно пытать. А постаравшись, так и три. А потом ты из меня чучело сможешь сделать, и в тронном зале поставить.

Алисино чучело, похоже, было последней соломинкой, сломавшей спину верблюда. Герцог согласился. Дальше следовали долгие и утомительные торги - Алиса, как проклятая, торговалась за каждую минуту, предоставленную отпущенным за ворота крепости рабыням, за механизмы контроля соглашения, за саму процедуру сдачи...