Обладать Кори
Шрифт:
Когда напарница Кори впускает меня в темную комнатку, я вижу его в тени на нижней койке, лежа смотрящего телевизор.
– Тяжелая ночка выдалась, правда?
– Бен, – он прыжком садится и ударяется головой о металлическую раму верхней койки, – Э-э, то есть доктор Харди. Что случилось?
– Ничего, – я пожимаю плечами. – Просто адски скучно. Ничего особенного не происходит. Но в следующий раз, пожалуй, стоит сначала позвонить. Если я так и продолжу тебя удивлять, жди в конце концов сотрясение мозга.
Он потирает голову и улыбается.
– Жить буду. Дениз, ты официально знакома с доктором Харди?
Дениз качает головой.
– Мы много месяцев работали в одни ночные смены, но, кажется, еще ни разу не доводилось перекинутся и парой слов.
Возможно, Дениз права, потому что я понятия не имел, что она такая грубоватая. И она мне тут же нравится. Местные деревенские, особенно старожилы, довольно колоритны в выражении себя, и обычно сразу понятно, что они имеют в виду. Милое качество, если ты с ними в хороших отношениях, а в противном случае – уже не такое милое.
– Приятно наконец познакомиться, Дениз, – я протягиваю руку, а она бросает мне подозрительный взгляд, прежде чем ее принять.
– Ну ни хрена себе. Врач, и тут, у нас, – смеется она, и по характерному звуку я понимаю, что она курит, и что у нее, вероятно, вторая стадия ХОБЛ. Еще по опыту я знаю, что, скорее всего, какое-то время она не захочет это признавать, после чего станет слишком поздно. – Что привело вас в наше скромное захолустье, доктор Харди? Заблудились?
Вот тут как раз мне и нужно вставить свой важный и логичный повод появиться здесь, но поскольку я так ничего и не придумал, то смотрю на Дениз, как полный идиот, и молчу.
Кори встает и подходит к нам.
– Я снимаю домик у бассейна у доктора Харди, Дениз. И нам нужно обсудить условия. Ну, знаешь, плату и прочее.
– О-о-о, – расслабившись, произносит она. Это хорошо, Кори. Рада, чтобы наконец съехал из того мотеля. Там жутко. Наркодилеры, наркоманы, проститутки, и так далее. Милый, ты же знаешь, будь у меня свободная комната, ты жил бы там безо всяких вопросов, – затем она многозначительно смотрит на меня: – У меня к Кори особенное отношение. И он уже достаточно настрадался. Так что ему не нужно, чтобы кто-то ухудшил бы его жизнь, понимаешь?
Мне не понятно, какого черта она имеет в виду, когда я вообще-то пытаюсь помочь парню.
– Простите мне мое любопытство, но разве вы не познакомились пару дней назад?
Она снова надсадно смеется.
– Я могла бы спросить тебя о том же: можно подумать, вы оба такие приятели. Но ведь нет. И чтобы ты был в курсе – мы не только что познакомились. Я тетя Кори. И это я помогла ему здесь с работой.
В ее голосе звучит гордость и немного здоровой самозащиты.
Кори встает с ней рядом.
– Дениз – это вся моя семья после смерти бабушки. Но тогда мы не знали друг друга, поэтому я оказался на улице.
Она защищающим жестом берет его за руку, а в глазах стоят невыплаканные слезы.
– Кори, если бы я только знала, что тебе некуда идти. Если бы я только могла тебе помочь. Ты ведь знаешь, детка.
– Все в порядке, тетя Дениз. Не вини себя. Я сам не хотел, чтобы кто-то об этом знал.
– Он сказал мне, что собирается жить с матерью, – напряженным голосом говорит мне она, резко жестикулируя. – Мы с ней не общались много лет, потому что совсем не ладили. Ты должен понять: я и мысли не допускала, что Кори соврал.
Кори смеется и кладет руку ей на плечо.
– Ты появилась в самый нужный момент. Благодаря тебе у меня появилась работа, прежде чем я закончил учебу, – он поворачивается ко мне: – Я жил на улицах Атланты. Знаешь, там целый подземный мир для бездомных. Создается ощущение, будто это твой настоящий дом, особенно когда ты не наркоте, – он умолкает, словно совершенно забыв, где находится. В своей голове он сейчас явно где-то на улицах. – Я не всегда был бездомным, но мои жилищные условия были… скажем так, не самыми подходящими. Чтобы выкарабкаться из всего этого, полгода назад я взял в долг у тети Дениз пять тысяч и прошел онлайн-курс EMT. Потом полетел в Айдахо на пять дней в тренировочный центр EMT. Еще не успев сдать тесты, я уже был здесь, в больнице.
Дениз убирает прядь волос со лба Кори.
– Решив, что хочет стать фельдшером скорой помощи, он спланировал все до мелочей и строго придерживался намеченного. Я так горжусь им не хочу, чтобы он снова оказался в беде. Хотелось бы мне, чтобы он жил в лучшем месте, чем тот мотель. Но больше я не могу ему помочь. Я отдала ему все свои сбережения и старый Харлей его дяди, что пылился в сарае. И Кори пообещал мне найти себе новое жилье с первой зарплаты. И похоже, благодаря тебе, он нашел его раньше запланированного.
– Да, док, у меня не будет денег еще две недели. Так что если сможешь подождать, то арендную плату…
– Кори, я не говорил про плату.
– Я знаю, – отвечает он. – А я не спросил, сколько. Надеюсь, ты не станешь обыскивать низкооплачиваемый персонал скорой, – его улыбка настолько преувеличенная, что я не могу сдержаться, чтобы не подшутить над ним.
– Х-м-м, – я делаю вид, что задумался. – Как насчет шести тысяч в месяц?
Его улыбка исчезает, и на секунду он выглядит по-настоящему испуганным.
Я кладу руки на бедра.
– Если бы я был согласен на деньги, то мы бы с тобой договорились на предоплату. Именно так и осуществляются сделки. Но мне не нужен арендатор. Я хочу помочь тебе сохранить свои деньги, чтобы потом ты смог позволить себе свое жилье. Черт, если ты сэкономишь тысячу в неделю, то через год сможешь купить небольшой домик, а через два и просто замечательный. Поправив свою кредитную историю, ты сможешь внести для дома своей мечты изрядный аванс. Тут тебе не Атланта. Недвижимость здесь отдают за бесценок.
– Тысячу в неделю? – смеется Кори. – Бен, тебя, кажется, испортили доходы врача. У меня на руках не останется тысячи после уплаты налогов. Но я невероятно ценю возможность, что ты мне предоставил. И все еще гадаю, а не проснусь ли я утром в своей комнатенке в мотеле и пойму, что это был сон.
Хриплый смех Дениз превращается в сухой кашель.
– А вы, ребята, достойны друг друга. Доктор с золотым сердцем и фельдшер скорой, в прошлом беспризорник. Про вас могла бы получиться отличная книга.