Чтение онлайн

Здесь он замолкает, прищуривается и медленно приподнимает мой подбородок, желая заглянуть мне прямо в глаза.

— Правда, раньше ты поспокойнее была… — его голос становится тише, изучающим. — Юль, я чего-то не знаю, или всё-таки знаю?

Чувствую, как по спине пробегают мурашки. Он всматривается в моё лицо, и мне некуда деться от этого пронзительного взгляда.

Я опускаю глаза, зубы впиваются в нижнюю губу. Прикусываю её и натянуто улыбаюсь.

— Давай так: я достану снова кольцо, предложу тебе выйти за меня, ты сделаешь удивлённое лицо и согласишься. Надо же для детей и внуков красивую историю о нас оставить! Не эту же оставлять, где ты предложила мне жениться, как там…

— На потаскушках иностранных! — вставляет свои три копейки муж Лизы и гогочет, не смущаясь никого.

«Ну гад, я тебе припомню, когда ты попросишь меня мой фирменный мохито сделать для тебя!» — мысленно клянусь я.

— Да, на них! — кивает Давид.

Все вокруг замирают. Даже музыканты, которые уже приготовились снова играть, застыли с инструментами в руках. Оператор, снимающий всё это на камеру, нервно переминается с ноги на ногу.

— Готова?

Я вижу, как он кивает оператору, тот в ответ дёргает головой, как марионетка. Музыканты сбиваются в кучку, готовясь заиграть вальс…

— Стоп! — резко поднимаю руку.

Все замолкают снова. Кажется, мы сейчас выглядим как полные идиоты, но мне плевать.

— Давид… — перевожу взгляд с родных на любимого, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, и потом снова на него.

Давид снова растерян. Бедный, столько на его голову свалилось. И я сейчас добавлю…

— Здесь такое дело…

Глубже вдох, Юля!

— Сон тот, про беременность… — начинаю я, решая выложить всё «на берегу», прежде чем он снова встанет на одно колено. — Он не сон, понимаешь?

Давид не моргает.

— Это всё они виноваты! — тычу пальцем в сторону подруг. — Это они меня убеждали, что есть такие дни… ну, как сказать…

Чувствую, как краснею.

— Помнишь, на яхте?

Давид медленно кивает и не злится, вижу.

— Вот наглая! — девчонки возмущаются, но улыбаются. — Нами решила прикрыться, — говорит Аня, но вроде не обиженно.

— Да ладно, так уж и быть, всё вали на нас! — подхватывает Даша, говоря с преувеличенной драматичностью.

Тем временем Давид подходит ко мне вплотную, крепко обнимает, его губы касаются моих в нежном, но уверенном поцелуе. Кажется, он даже счастлив.

— Ты реально думаешь, я настолько глуп и не понял, что ты беременна? — его глаза сверкают смесью счастья и торжества. — Догадаться, на самом деле ведь было совсем несложно, милая. Ты никогда не вела себя раньше так…

— Как, так? — притворяюсь непонимающей, хотя догадываюсь, о чём он.

— Как сумасшедшая! — признаётся он смеясь. — Ты раньше всегда слушала, слышала, понимала и принимала мои доводы. А сейчас… гормоны поскакали в пляс, полагаю? Столько в своей голове накрутила! Ух! И с тобой я из-за борща поссорился, и женщин у меня других аж три!

— Крепись, мужик, это всего несколько месяцев! — хохочет папа, а Кристина шутливо толкает его вбок. — Потом всё снова придёт в норму!

Я фыркаю на подкол папы, но не могу сдержать улыбку. Напряжение уходит, и я, наконец, расслабляюсь, понимая, что жизнь прекрасна, а мой любимый — только мой.

— Ну, извините, — возмущаюсь, но уже без злости в ответ. — Паспорт забрал, с бабами… ой, девушками какими-то болтает и скрывается. Что мне было думать?!

Давид качает головой, но в его глазах только нежность теперь.

— А насчёт беременности я молчала, потому что не знала, как сказать. Думала, расстрою тебя, или ты ещё чего другого подумаешь обо мне, — вспоминаю, как я представляла его злость, если он узнает, что малыш незапланированный. — Ты так хотел, чтобы были соблюдены все традиции: мол, предложение, свадьба, дети. А у нас всё через…

— А у нас всё вместе! — перебивает он, снова целуя меня. — И свадьба через неделю! Ну, если ты согласишься, конечно.

— Как через неделю?! — аж чуть подпрыгиваю от неожиданности.

— А чего тянуть? — пожимает плечами Давид. — Родные приехали, будут здесь целую неделю! Распишемся, и не надо по десять раз народ собирать. Хватит с меня этих сборищ. Если бы ты знала, скольких седых волос мне стоила эта авантюра…

Родня дружно кивает, явно вдохновлённая его идеей.

— Я когда сделки на миллионы долларов заключал — так не волновался, как с этим предложением!

— А что, кстати, с твоей главной сделкой? Заключил? — спрашиваю, вдруг осознавая, что, скорее всего, он тогда говорил не о бизнесе, а о… мне. Об этом предложении.

Его глаза загораются лукавым блеском.

— Вот ты мне и скажи! — он берёт в который раз мою руку в свою и его пальцы нежно переплетаются с моими. — Ведь именно от тебя будет зависеть вся моя будущая жизнь.

— Наша! — поправляю его.

Он смеётся, кивает и целует меня в нос. Быстро, нежно, по-домашнему.

— Да, наша, — соглашается Давид, обнимая так крепко, что я едва могу пошевелиться теперь. — Только пункт один в контракт внесём, ладно?

— Какой? — настороженно приподнимаю бровь.

— Детей парочку, не больше, — показывает глазами на мой ещё пока незаметный живот. — Я не выдержу твои перепады настроения больше чем на двоих детей.

— Согласна, — киваю, притворно вздыхая. — Я и сама себя не выдержу!

— Musicians, please, music*, — обращаюсь к ребятам. — Дубль два… Поехали. — теперь уже обращается ко мне. — Юля, не забудь сделать удивлённое и счастливое лицо, когда оператор будет записывать видео, — напоминает мне мой будущий муж. — на память для наших внуков!