Чтение онлайн

Я позволяю коленям раздвинуться, вздрогнув, когда его расплавленный взгляд скользит по обнаженной коже. Приподнимаю бедра, давая понять, что он мне нужен.

— Черт возьми. Такая идеальная, — Трент проводит костяшками пальцев по клитору. — Ты трогала себя, пока мы были врозь?

Я качаю головой, дрожа от возбуждения.

— Я тоже, — он проталкивает палец внутрь меня и наблюдает диким, затуманенным взглядом, как тот входит и выходит из киски.

Я стону и извиваюсь под ним, нуждаясь в большем.

Он вынимает палец, тут же беря его в рот. Затем встаёт между моих раздвинутых ног.

— Я хочу заняться с тобой любовью медленно, но долго не продержусь, детка. Только не с тобой, такой влажной.

— Трахни меня, — выдыхаю я, задыхаясь. — Не хочу, чтобы ты двигался медленно. Я скучала слишком сильно, чтобы ждать больше секунды.

Как только слова слетают с губ, он тянется к тумбочке, рывком открывает ящик и достает презерватив, натягивая его на себя.

Держась за основание, он шлепает членом по моей киске.

— Подними колени, детка.

Я подтягиваю их к груди и тогда он погружается в меня, жестко и быстро. Я вижу звезды, когда он выходит и погружается вновь, настолько глубоко, как только может.

— Сейчас я собираюсь трахнуть тебя. Проведёшь весь сегодняшний день, кончая на мой член. Поняла?

— Да, боже, да, — глаза закатываются, когда Трент резкими движениями врезается в мое тело.

Я поднимаю руки над головой, прижимаясь ладонями к спинке кровати. Он закидывает одну из моих ног себе на плечо, ударяя в точку глубже, чем я когда-либо чувствовала раньше, а затем наклоняется и хватает меня за запястья, прижимая к матрасу, входя снова и снова. Трентон владеет моим телом, я абсолютно точно в его власти и совершенно не возражаю. Как только рык срывается с его губ, я жестко кончаю, и Трентон, теряя самообладание, делает это вместе со мной.

Мы оба скользкие от пота, жадно хватаем ртом воздух, а щеки мокрые от слез. Это небрежно, грубо и дико, и именно то, что было нужно.

— Я люблю тебя, Кэссиди, — Трентон ложится на бок лицом ко мне и целует в макушку. — Ты — девушка моей мечты.

— А ты мой мужчина мечты, — я устало улыбаюсь. — Мы должны сделать это традицией в день релиза — гребаный марафон секса на весь день.

Внезапно Трентон вскакивает и выбегает из комнаты.

Я приподнимаюсь на локтях.

— Куда ты?

— Познакомиться с другой частью нашей традиции.

Минуту спустя он возвращается с двумя ложками и мороженым с шоколадной крошкой.

— Вот черт, детка, взгляни на себя, — он облизывает губы, обнимая меня, обнаженную и раскрасневшуюся, с растрепанными волосами, растянувшуюся на матрасе. — И мне даже не понадобилась текила, чтобы заставить тебя снять одежду.

Через некоторое время после четвертого захода секса и долгого послеобеденного сна, мы с Трентоном выходим из спальни, чтобы поужинать.

— Кстати, мне очень понравилась книга.

Брови поднимаются, когда я с удивлением смотрю на мужчину.

— Ты прочитал ее?

— За ночь. Не мог оторваться, — он кладет сэндвич с тушеной свининой на тарелку. — Мне понравилось то, как все закончилось. Надеялся, что это знак: у меня все ещё есть шанс вернуть тебя.

— Я не могла больше оставаться в стороне, — я протягиваю руку и сжимаю его ладонь. — Нужно, чтобы ты знал, я понимаю, почему ты так поступил. Действительно понимаю. Но я проходила с ними этот путь раньше, так что уже знала, чем все обернется.

— Я больше никогда не пренебрегу твоими чувствами, — Трентон поворачивается на стуле лицом ко мне. — На самом деле есть идея, над которой я думал уже некоторое время и о которой хочу с тобой поговорить.

— Так, о чем речь?

— Я не хочу, чтобы родители когда-либо снова беспокоили тебя. Знаю, ты чувствуешь то же самое, и хочу, чтобы контролировала ситуацию. Итак, я тут подумал… возможно, тебе следует оформить судебный запрет, который не позволит им приближаться. Если те нарушат соглашение, то получат тюремный срок. Это научит их слушать тебя и суд зафиксирует преследование. Следует встретиться с моим адвокатом и написать завещание, в котором будет указано, что если и когда ты умрешь, родители не получат ни единой вещи. Сделай Арию доверенным лицом или пожертвуй все деньги на благотворительность. Без разницы. Но тебе нужно начать защищать свои активы, — Трент делает паузу. — Только если это то, чего ты сама хочешь.

Мозг плавится от новой информации и идеи, которую подкинул Трентон.

— Вообще-то, думаю, это отличная идея.

— Ты согласна?

Я киваю.

— Не хочу, чтобы родители выиграли хотя бы копейку, если что-то случится. Я даже не думала об этом.

— Да и я не хочу, но часто бывает слишком поздно.

— И я могу изменить завещание в любое время, верно? Например, если однажды выйду замуж и у меня будут дети, я смогу изменить то, кому пойдут деньги?

Трентон выгибает бровь.

— Только если мужчина, за которого ты выйдешь замуж — это я.

Бабочки порхают в животе.

— Думаешь, что когда-нибудь захочешь жениться на мне, Трентон Уорд?

— Знаю, что захочу.

— И у нас будут дети?

— Я бы отдал тебе свою сперму хоть сейчас. Хочешь ребенка? Просто попроси, детка. Я готов.

Я улыбаюсь, но когда замечаю, что хоккеист остаётся серьезным, улыбка пропадает с моего лица.

— Ты не шутишь…

— Ни капельки, — он берет сэндвич и что-то бормочет в него, прежде чем откусить огромный кусок. — Давай просто помолимся богу, чтобы у них не было такого ужасного вокала, как у тебя.

Я пинаю его в голень под столом.

ГЛАВА 23

Трентон

Ария свирепо смотрит на меня из-под шлема.

— Это на твоей чертовой совести.

Я сдерживаю смех.

— Позже будет точно весело.

— Поездка в отделение неотложной помощи не является таким уж веселым занятием.

— Ой, да ладно тебе, — Крумкачев обнимает ее рукой за плечи. — Ты со мной. Я не позволю закончить вечер в больнице.

Кэссиди кивает.

— Трент не давал мне упасть, когда мы катались вместе в первый раз.

— Это было на открытом льду, а не на арене, — Ария указывает на свои коньки. — И эй, к подошвам моих ног прикреплены острые лезвия для разрезания плоти, готовые к..

Ее нога соскальзывает на ровном месте, а руки трясутся в воздухе, когда она поскальзывается, но Крумкачев моментально оказывается рядом, чтобы подхватить ее. Обхватывает руками за талию, притягивая тело вплотную к себе. Глаза Арии широко распахнуты, даже отсюда я вижу как побелели костяшки ее пальцев, которыми она сжимает свитер Крумкачева.