Чтение онлайн

Я по привычке смял в ладони ледяной шарик.

Чудесно. Я настолько страшен, что мне боятся сказать правду, даже если вранье в буквальном смысле увидит весь дворец.

Я сделал короткий жест, гася звуки в пределах стола. Теперь снаружи не было слышно не только претендентку, но и меня.

– Леди Кейли, – я обратился к ней более неформально, стараясь, чтобы мой голос звучал настолько мягко, насколько это вообще возможно. – Почему вы боитесь ответить? Это из-за слухов обо мне?

 Она нервно кивнула.

– Простите. Ваше прозвище…

– Ледяной Ублюдок, – спокойно произнес я. – Да, мне о нем известно. Поверьте, я таков только с врагами. Мне ни к чему проявлять жесткость к невинной девушке, тем более только потому, что она изо всех сил пытается мне понравиться. Если вы скажете правду, между нами ничего не изменится. Но если артефакт покраснеет еще раз, это вызовет у придворных закономерные и наверняка крайне неприятные для вас вопросы. Вам выгоднее сказать правду мне, я ее услышу, и мы об этом забудем. Клянусь Единым. Так почему вы приехали на этот отбор? Я уже догадался, что не ради блага Маравии.

– Отец меня убьет, – обреченно прошептала Кейли.

На артефакте – ни единого пятнышка.

– Из-за чего? – мрачно поинтересовался я. – Не избавиться же от меня вы сюда приехали. Ну а если ваша причина другая, я мог бы поговорить с вашим отцом. Только для начала мне эту причину надо знать.

Она вздохнула и блекло улыбнулась – больше для публики, чем для меня.

– Нет-нет, что вы, мы против вас ничего не задумывали. Отец вообще избегает всяких заговоров – это опасно, если вы понимаете, о чем я. А причина в том, что моя семья богата, но мой отец всего лишь виконт. Он отправил меня на отбор, чтобы с моей помощью получить более высокое положение в обществе. Я подумала: почему бы и нет, если тут будет весело. Но пока тут ни капельки не весело…

– Ясно, – медленно произнес я. Великолепно просто, чего уж там. Хотя чего-то подобного следовало ожидать – многие родители поправляли свое благосостояние или осуществляли честолюбивые планы через детей. – Не волнуйтесь, я никому не расскажу и пока не буду вас исключать из отбора, чтобы ваш отец ни о чем не догадался. Вы же не против?

В ее глазах появилась надежда.

– Ваша светлость… Если вы правда так поступите…

– А зачем мне лгать? – я пожал плечами. – Правда, вам придется придумать какое-то оправдание для остальных, почему вы сразу не сказали правду.

– Да-да, конечно! – Кейли радостно замотала головой.

Я расслабился. Проблема решена, вдобавок можно со спокойной душой отбросить (пусть и снова мысленно) еще одну кандидатку. Чудесно – и в этот раз без сарказма.

Правда, если так пойдет дальше, мне окажется не на ком жениться. Ну да ладно, я буду не в обиде.

Приближение последней претендентки заставило меня неосознанно сесть прямее и пристально следить за ее движениями.

Зал же встретил ее чуть тише, чем остальных девушек. Ее семья была очень уважаемой, но саму Авелину при дворе видели первый раз, и она не успела обзавестись большим количеством друзей.

В этом мы с ней были похожи.

– На сей раз никакой магии, зачарованных сережек и прочих колдовских трюков, – предупредил я.

– Никаких, ваша светлость, – совершенно честно улыбнулась она.

– Прекрасно. Так…

Начнем с чего-нибудь попроще.

– Кажется, у вас со служанкой доверительные отношения – это редкость при дворе. Со всеми ли слугами дома вы так тепло обращаетесь?

Похоже, не такого вопроса ожидала леди Авелина. На короткий, но уловимый миг она смутилась, но тут же взяла себя в руки. Однако это смущение я уже уловил. И смотрел ей в глаза, ожидая очередного красного цвета на артефакте.

– Да, ваша светлость, – бодро ответила Авелина. – Простите мое смущение, не ожидала именно такого вопроса. Мари… работает у нас уже много лет, с самого моего детства. Она мне почти как подруга.

Кажется, мы оба смотрели на артефакт краем глаза. На удивление он остался прозрачным.

– Хм, – мне сложно было удержаться от легкого недоверия, но с артефактом не поспоришь. – В таком случае перейдем к главному. Почему вы хотите стать герцогиней?

Она нахмурилась, и это было даже очаровательно: такой серьезный вид при такой милой внешности. Впрочем, иногда под самой невинной внешностью скрывается настоящая тьма.

– Потому что меня заботит будущее подданных нашего герцогства, ваша светлость. И я готова сделать все, чтобы их жизнь стала лучше.

Снова на артефакте ни облачка! Публика, кажется, уже начинала скучать.

– Значит, вы мечтаете о благе для народа… А если вы решите, что для этого понадобится убить герцога?

Кто-то ахнул. Ну да, весьма прямой вопрос. Посмотрим, как Авелина выкрутится.

– Убить?! Нет, не думаю, это слишком, – я покачала головой, и камень будто замерцал, но цвет все же не изменил. – Я против убийств. И считаю, что путь договоренностей и взвешенных решений лучше, чем грубая сила.

Камень стал прозрачен, как слеза.

Герцога не устроило и это. Он вытянулся в кресле, медленно размял шею, словно груз ответственности и власти успел его утомить. Но взгляд он с меня не спускал и вдруг произнес:

– Помнится, буквально недавно вы восхищались именно силой, леди дель Гранде.

Я промолчала, не отводя взгляд. Он не задал вопрос, и я не торопилась себя выдавать: пусть уточнит формулировку, и я придумаю, как выкрутиться.

Герцог понял свою ошибку и сказал с нажимом:

– Разве не так я вас понял?

– В первую очередь я говорила о вашей силе. Признаться, когда я не знала вас лично, то считала, именно в этом ваше преимущество. Но вы показываете, что можно успешно сочетать и разум, и влиятельность.

Сказала – и самой захотелось уставиться на камень: вру я или нет. Но ведь герцог и правда обладает немалым влиянием. И, судя по всему, далеко не глуп. А значит, этот дурацкий артефакт должен остаться прозрачным!

Кажется, в этот раз снова удалось. Я легко бы скрыла обман, будь возможность воспользоваться магией, но в этот раз приходилось действовать только своими силами: обдумывать каждое слово и выкручивать так, чтобы это не противоречило моим убеждениям.

По позвоночнику даже пробежал холодный пот от мысленного напряжения. Герцог Исангерд дель Йенс только коротко усмехнулся моей лести – артефакт утверждал, что я сказала чистую правду.

– Вот как! И теперь, значит, даже магический барьер возле Фаэртона уже не кажется вам глупостью?

Я улыбнулась так предельно вежливо, что едва не свело щеки. Как назло, вспомнились слова Яна о том, как герцог решил подавить недовольства, представились убитые им люди, кровь, что сейчас была на его руках. И моя сестра, и другие невольно пострадавшие от запрета люди – у многих остались за границей родные, а кто-то, как и Айрис, нуждался в привозимых товарах.