Обманутая
Шрифт:
– Хит, все не так просто. Нужно все очень серьезно обдумать.
Он провел большим пальцем по моей ладони.
– Вечно ты все усложняешь, Зо. Есть только ты и я. Вот над чем нужно думать.
– Не только над этим, - вздохнула я и вдруг кое-что вспомнила. Я приподняла брови и делано небрежным тоном спросила: - Кстати, как поживает моя бывшая лучшая подруга Кайла?
Хит простодушно пожал плечами.
– Да пес ее знает! Я ее с тех пор почти не видел.
– Почему?
Это было странно, чтобы не сказать - подозрительно. Даже если он не встречается с Кайлой, он не мог вообще ее не видеть! В конце концов, они учатся в одной школе и всегда тусовались в одной компании.
– Все изменилось. Меня от нее тошнит. Просто бесит то, что она болтает, - пробурчал он, пряча глаза.
– Обо мне?
Он кивнул.
– И что же она говорит?
– упрямо спросила я. Нe знаю, что меня мучило больше - злость или обида, но на душе вдруг стало совсем муторно.
– Да фигню всякую, - выдавил из себя Хит, по-прежнему не поднимая глаз.
Я прищурилась и вдруг все поняла.
– Она думает, что я имею какое-то отношение к смерти Криса?
Хит с досадой пожал плечами.
– Да нет, по крайней мере при мне она этого не говорила. Она думает, что это сделали вампиры, и многие с ней согласны.
– А ты?
– тихо спросила я.
Он быстро взглянул на меня.
– Никогда! Но происходит что-то очень хреновое. Кто-то похищает футболистов. Поэтому-то я и пришел сюда сегодня. Я расклеиваю по всему городу объявления с портретом Брэда. Может, кто-нибудь видел, как его тащили куда-то или еще что.
– Мне так жаль Криса, - прошептала я, переплетая свои пальцы с его пальцами.
– Я знаю, что вы дружили.
– Точно. Просто не могу поверить, что он умер, - Хит с усилием сглотнул, и я поняла, что он едва сдерживает слезы.
– Знаешь, Зо, я никому этого не говорил, но тебе скажу. Мне кажется, что Брэда тоже нет в живых.
У меня было то же ощущение, но я не решилась высказать его вслух.
– Может, это не так! Может, его еще найдут.
– Ага, может. Кстати, в понедельник похороны Криса. Пойдешь со мной?
– Я не могу, Хит. Да ты сам представь, какой скандал поднимется, если недолетка появится на похоронах парня, которого, как считают в городе, убили вампиры?
– Да, я об этом не подумал.
– Вот видишь. Об этом я тебе и говорю. Если мы с тобой будем вместе, нам придется на каждом шагу сталкиваться с таким вот дерьмом.
– Но не тогда, когда мы вдвоем, Зо. Ты можешь замазывать лицо, как сегодня, и никто ни о чем не догадается.
Скажи это кто-нибудь другой, я бы взбесилась и начала орать, но Хит говорил так серьезно, он так верил в то, что мазок консилера сможет вернуть ему все, что он потерял…
Как я могла на него сердиться? Мне было понятно его желание. Разве не поэтому я сидела рядом с ним за столиком? Разве так я не пыталась вернуть часть своей прошлой жизни? Но я уже не была прежней Зо, и в глубине души не хотела ею быть. Мне слишком нравилась новая Зои, несмотря на то, что прощаться с прежней Зо было не только тяжело, но и грустно.
– Хит, я не хочу скрывать свою Метку. Понимаешь, ведь я теперь такая и уже всегда такой буду.-Я глубоко вздохнула и продолжила: - Меня Пометила богиня Никс, она дала мне необычайные силы. Я не могу притвориться прежней Зо, даже если бы захотела. И я не хочу, Хит.
Он не сводил глаз с моего лица.
– Ладно. Тогда просто будь собой и пусть все, кому это не нравится, идут к черту!
– Я не могу, Хит. Это не для меня…
– Постой, не говори ничего сейчас. Просто подумай об этом, ладно? Мы можем встретиться снова через несколько дней.
– Он усмехнулся и добавил: - Ради тебя я готов даже ночью встать!
Никогда не думала, что мне будет так трудно сказать Хиту, что мы больше никогда не увидимся. Честно говоря, я даже не думала, что мне вообще придется говорить ему об этом. Я считала, что между нами давно все кончено.
Но сидеть рядом с ним в кафе было так странно - отчасти нормально, отчасти невероятно. Очень похоже на наши с ним отношения. Я вздохнула, опустила взгляд на наши переплетенные руки - и случайно посмотрела на часы.
– Черт!
– Я рывком выдернула руку из-под ладони Хита, схватила со стула свою сумочку и пакет из «Американ Игл». На часах было 2.15. Через пятнадцать минут мне нужно было звонить в ФБР!
– Мне пора бежать. Я опаздываю в школу! Я тебе потом позвоню.
Я выскочила из-за стола и ничуть не удивилась тому, что Хит тоже встал вслед за мной.
– Нет, - сказал он, когда я попыталась возразить.
– Я провожу тебя до машины.
Спорить было бесполезно. Я слишком хорошо знала этот тон. Хит мог быть дуралеем и балбесом, но отец воспитал его настоящим мужчиной. С третьего класса он вел себя, как джентльмен, всегда открывал передо мной двери и носил мой школьный рюкзак, не обращая внимания на подколки друзей, дразнивших его дрессированным пуделем. Он всегда провожал меня до машины. Всегда. Точка.
Мой «фольксваген» терпеливо ждал под большим деревом, где я его оставила.
Как обычно, Хит зашел вперед и открыл мне переднюю дверь. Я невольно улыбнулась ему. Теперь вы понимаете, что я не зря любила его целых три года - он действительно был очень милым.
– Спасибо, Хит, - сказала я, забираясь на водительское сиденье.
Я уже хотела опустить стекло и попрощаться, но Хит обошел машину и плюхнулся на пассажирское место. Потом захлопнул дверь и ослепительно мне улыбнулся.
– Хит, ты не можешь со мной поехать! Я ужасно тороплюсь и даже не могу подбросить тебя по дороге.
– Я понял. Меня не надо никуда подбрасывать, я приехал на своем пикапе.
– Вот и отлично. Тогда - пока. Я тебе позвоню.
Он не шелохнулся.
– Хит, прошу тебя…
– Я должен кое-что тебе показать.
– Ты не мог бы показать мне это что-то побыстрее?
Я не хотела быть с ним грубой, но мне в самом деле нужно было поскорее вернуться в школу и сделать звонок. Почему, ну почему я не взяла с собой одноразовый мобильник Дэмьена? Я нетерпеливо забарабанила пальцами по рулю, а Хит полез в карман джинсов и стал там рыться и поисках чего-то.
– Вот! Я ношу это с собой уже две недели, на всякий случай.
Он вытащил из кармана какую-то плоскую маленькую хреновину размером с мой мизинец, завернутую в картон.
– Хит, прошу тебя! Я должна ехать, а ты… - я поперхнулась и замолчала.
Он развернул картон, и острое лезвие соблазнительно сверкнуло в сером свете пасмурного дня. Я хотела что-то сказать, но во рту у меня пересохло, и язык прилип к гортани.
– Я хочу, чтобы ты выпила мою кровь, Зо. Дрожь безумного желания сотрясла все мое тело. Мне пришлось обеими руками вцепиться в руль, чтобы унять пляску пальцев… что бы не вырвать у него бритву, не полоснуть лезвием по его теплой душистой коже, чтобы густая алая кровь закапала… закапала… закапала…