Чтение онлайн

— Саш, вставай, отец просит всех собраться.

— Ну, зачем в такую рань за стол садиться? Что, бате не терпится стопку опрокинуть?
– недовольно поморщился муж.

— Хочешь получить ещё один скандал на пустом месте? Тебе так трудно встать с кровати?

— Твоя сестра со своими спиногрызами уже пришла?

— Нет, она придёт завтра.

— Тем более, ещё успеем нажраться, вся ночь впереди.

— Отец собирается идти к Колосковым.

— Твою ж мать, — Александр в сердцах хлопнул себя по толстой ляжке, — опять весь праздник псу под хвост. А в прочем, хрен с ним, пусть шурует. Мы спать ляжем пораньше, а то завтра, он точно выспаться никому не даст.

— Ты только о сне и переживаешь.

— Не будь занудой. Хватит меня пилить. Что это ты вырядилась в такую рань? — вдруг удивился муж, обратив, наконец-то, внимание на то, как выглядит жена. — И для кого такое короткое платье напялила?

— Ты прав, не для кого, — Галя и вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

— Опять обиделась, — проворчал муж. — Ценила бы, что у мужа такое ангельское терпение, - крикнул он ей в след.

Галя, пожала плечами и промолчала. Мужу давно наплевать на всё, что она скажет, да и затевать ссору перед самым Новым годом не хотелось. А вдруг приметы не врут.

Глава 3

Алкоголь вызывает кратковременное расширение сосудов

и круга друзей.

Сальвадор Дали

Глава 3

— Ну, где твой толстозадый увалень? — недовольно нахмурился отец, споро разливая водку по рюмкам. — Вечно его ждать надо, прям как министра какого-то. Хоть раз бы к столу вовремя вышел.

Галя пожала плечами и закусила губу.

— Саш?
– крикнул отец на всю квартиру, — Сашка, где ты там запропастился? Водка стынет, изверг проклятый.

— Уже иду, Григорий Иванович, не надо так кипятиться по пустякам, — откликнулся зять, про себя проклиная тестя, и тяжело кряхтя, встал с кровати.

— Сам знаешь, водка — это святое. Всё остальное может подождать. Мать, бросай свои черепки, живо сюда, уже всё налито, потом будешь возиться. Вот Бог дал мне жену-копушу.

— Надо было жениться на Верке Астрахановой, — неожиданно с лёгкой издёвкой, заметила мать.
– Она с тебя просто глаз не сводила.

— Мария, не мели чушь, — поморщился отец, — мне эта вертихвостка с роду не была нужна.
– Отец неожиданно подхватил мать, приподнял над полом и крепко поцеловал.
– Я как увидел, тебя крохотулечку, так и пропал. На всю жизнь пропал.

— Ну тебя, охальник старый.
– Мать покраснела и слегка хлопнула мужа по плечу полотенцем, - Пусти немедленно, перед детьми неудобно.

— Сашка!

— Да, здесь я уже, Григорий Иванович.

— Ээээ, тетёха. Ты ещё даже из спортивных штанов не вылез.

— Надеюсь, это не помешает нам выпить?

— Ни в коем разе, ни в коем разе

Не успели выпить по рюмке, как позвонил Колосков. Григорий Иванович тут же засуетился, ворча и поторапливая жену.

– Погоди, ты, успеем, - слегка раздражённо буркнула Мария Васильевна.
– Дай спокойно проверить, всё ли положила, а то ты меня весь следующий год упрёками изводить будешь.

– Что там проверять?! Бутылку положила?

– Да положила я твою бутылку.

– Что, только одну?

– Почему одну? Шампанское ещё.

– Тьфу ты! Я ж не про компот спрашиваю.

– Гриш, будь человеком, не дёргай меня, а.

– Мать, что ты, ей-богу. Я ж помочь тебе хочу.

– Хочешь помочь, ступай в нашу комнату.

– Зачем?

– Я там подарки внукам Колосковых приготовила. Принеси, а то, как бы, в самом деле, не забыть. Неудобно будет.

– Неудобно кабану за курицей ухлёстывать, - проворчал Григорий Иванович.
– Ты давай, шустрее тут. Колосков просил не задерживаться. Все уже в сборе. Только нас и ждут. Я за подарками, а ты одевайся.

Мария Васильевна отмахнулась, и только убедившись, что всё взяла, а главное, хорошо упаковала: салаты не перевернутся, надёжно укутанное мясо не остынет, пирог не поломается, бутылки не побьются, - пошла одеваться.

Женщина поправила причёску и накинула на голову тонкий, как паутинка, белоснежный платок, который ей невероятно шёл, подчёркивая тёмные почти без седины волосы и удивительную моложавость лица. Мария Васильевна любовно пригладила мягкие концы, на её губах вспыхнула улыбка, отразившаяся и в карих глазах. Она невольно вспомнила, с каким терпением и в какой секретности собирал Григорий Иванович деньги на этот платок, зная, что жена о нём мечтает. Муж даже потихоньку от неё подрабатывал, чтобы не брать деньги с пенсии. А потом через какого-то знакомого заказал для неё настоящий, а не какую-то подделку, оренбургский платок: большой, пушистый, лёгкий и очень тёплый.

– Мам, ты такая красивая, - пробормотала Галя и нежно обняла её сзади.

– Галчонок мой ненаглядный. Это ты у нас красавица. Господи, куда это мы идём, зачем?
– тяжело вздохнула Мария Васильевна.
– Ты тут совсем одна затоскуешь.

– Я не одна…

– Да ладно тебе, - сокрушённо вздохнула мать, - что я не знаю, стоит нам только за двери выйти, твой благоверный спать отправится. Галчонок, вы ведь молодые, красивые. Что ж вы дома-то киснете?

– Я хотела в ресторане столик заказать, - вздохнула Галя, - но папа не позволил.

– Вот я и говорю, всех перебаламутит, старый сумасброд и в кусты.

– Мать, чего шумишь? Я чуть нашёл твои подарки. Вечно так засунешь, что потом с собаками искать надо.

– Гриша, …- начала мать нерешительно.

– Ну, чего опять? Вот ни на секунду нельзя вас оставить. Чую, пакость какую-то удумали.

– Не хорошо это, отец. Сам говорил, Новый год праздник семейный, а мы к чужим людям идём, вроде, как детей одних бросаем.

– Маша, прекрати мне эти разговоры говорить. Ты вот подумай своей головой, когда им своих детей делать, если мы тут день и ночь у них под ногами крутимся.

– Тьфу, на тебя. Как тебе не стыдно перед дочкой-то.

– А чего стыдиться?! Пусть она лучше Шурика своего постыдит. Сколько лет уж вместе, а детей всё нет.

– Папа, - пробормотала девушка, чувствуя, как у неё начинают подрагивать губы и набухать слёзы на глазах.

– Ну, уж прости, - развёл руками Григорий Иванович.
– На правду, грех обижаться.
– Он обнял дочь и осторожно погладил её по спине.
– Ты пойми, я не со зла. Вижу, как ты маешься, а твой муженёк с каждым годом всё больше на пингвоулитку становится похож.

– На кого?
– Галя, сморгнула слёзы и невольно рассмеялась.

– Вот если к толстому, важному пингвину прицепить домик, навроде, как у улитки, то вылитый твой Сашка получится. Семейство «Сашка и диван». Ты ж у меня умница, красавица, каких поискать, не тушуйся, прояви инициативу. Сходите куда-нибудь, потанцуйте, вина выпейте…

– А кто мне не позволил столик заказать?

– Ну, был не прав. Прости своего отца. Кто ж знал, что Колосков, … - Григорий Иванович махнул рукой и тяжело вздохнул, - да и Олег, опять же, только завтра будет.