Чтение онлайн

— Ради тебя, моя радость, всё что угодно. Ты мне заранее заявку оформи, и я подготовлюсь в лучшем виде.

— Иди уж, артист, — беззлобно отмахнулась от него женщина.

— Маш, а Маш…

— Ну, чего тебе? — недовольно пробормотала жена, накрывая зятя лёгким пледом.

— Вот ты объясни мне такую загадку природы…

— Какую ещё загадку?

— В тебе росту, метр с кепкой, а во мне метр восемьдесят пять.

— И что?

— А то, как так получается, что при таком росте, ты вертишь мной, как хочешь, а? И заметь, я ж терплю, — мужчина ударил себя в грудь, — ох, как терплю.

— Страдалец ты мой, — тихо рассмеялась Мария Васильевна, — ну, пошли на кухню, там у меня сто грамм водки припрятано, так уж и быть, налью.

— Да ты что, Маша, — даже рот приоткрыл Григорий Иванович, — не уж-то нальёшь?

— Пошли, пока не передумала, а то никому спать не дашь, от зависти.

— Ах, Маша, если б ты знала, как я тебя люблю, — попытался её обнять муж.

— Водку больше, — тихо рассмеялась Мария Васильевна, ловко уворачиваясь от рук мужчины.

Глава 9

Карнавальная ночь близилась к концу:

на одних еще были маски, на других уже не было лица.

В. А. Сумбатов

Глава 9

Александр проснулся от того, что его толкала жена.

— Ну, а тебе, чего неймётся?

— Вставай, топай в спальню.

— Чем это я тебе помешал? Лежу, понимаешь, никого не трогаю, а тут, то тесть пинает, то ты.

— Сам пойдёшь, или тебе на голову воды холодной вылить?

— Вот заноза в заднице, — проворчал Александр, но со стоном слез с дивана, прекрасно зная, что жена не отступит, пока не добьётся своего. — Что за люди, не дают человеку спокойно поспать в собственном доме. В нашем коридоре можно спокойно туда-сюда на танке проехать, а Александр Сергеевич, им, видите ли, помешал.

— Иди в спальню и не ворчи, там звукоизоляция лучше. Мне соседка только, что звонила и просила оставить пылесос в покое.

— Вот-вот, что-нибудь у этой старой карги спросишь, так она глухая, как пень, а тут через стенку пылесос ей мой помешал.

Александр, добрался до кровати, рухнул на неё и застонал от облегчения.

— Галь, а Галь…

— Спи, завтра на работу.

— Слушай, а чего ты не спрашиваешь, откуда я такой красивый пришёл?

— Извини, мне не интересно.

Александр поморщился и недовольно уставился на жену. Она лежала, отвернувшись от него, на самом краю огромной, двуспальной кровати.

— Тебе ничего, что касается меня, не интересно. Думаешь, я не вижу. Ты же кукла, а не баба. У меня на тебя в последнее время и не встаёт.

— Только на меня?

— Заткнись. Твоё счастье, что мне шевелиться лень, а то за такие слова, так и врезал бы тебе.

— Тебе вообще лень шевелиться. Будь твоя воля, с кровати не слазил бы.

— Я сказал, закрой рот, а то пожалеешь. У других жёны, как жёны, а мне снулая рыба досталась. Ты только с виду горячая, а внутри у тебя один холод. Я её одеваю, обуваю во всё самое дорогое, два раза в год заграницу вожу отдыхать, она мне ноги целовать должна, а вместо этого нос воротит. «Саша, тебе надо больше двигаться. Александр, займись спортом», — противным голосом передразнил он жену. — Достала ты меня.

— А ничего, что я тоже работаю?

— Ой, да ладно, не смеши, что ты там зарабатываешь… Только, небось, хвостом перед мужиками крутишь, сука… Узнаю — убью, тварь. Чуда ей захотелось, скучно ей стало,… обрыдло всё… Скажи, какого чёрта ты под Новый год на улицу попёрлась? Принца искать? — язвительно заржал Александр. — Ну, что нашла?

— Да.

— Вот я и говорю — шлюха.

— Я сегодня на развод подала…

— Катись на все четыре стороны, сука проклятая. Сдохнешь с голоду, ко мне плакаться не прибегай, не пожалею.

— Я знаю.

— Что знаешь?

— Что не пожалеешь.

Александр весело хрюкнул и снова захрапел.

Глава 10

Ну и что, что легла не раздетая, … зато похмелье встретила … нарядная!

Автор неизвестен

Глава 10

Александр проснулся ещё в более скверном настроении, чем вчера. Голова с бодуна гудела, во рту язык намертво прилип к нёбу, глаза почему-то сильно слезились.

– Галя, … - негромко позвал Александр, но жена не откликнулась.
– Зараза, - поморщился мужчина и попытался позвать громче, но громкий звук откликнулся в голове вспышкой пронзительной боли, - Ууу, - простонал он и схватился за голову, - Ну, никакой справедливости в это треклятой жизни. Пили вчера первостатейный коньяк и виски, а башку ломит, как после дешёвого самогона. Жена-стерва, куда-то с утра запропастилась, - ворчал мужчина, с трудом сползая с кровати.
– Нет, чтоб страдающему мужу кофейку в постель принести.
– Проклиная всех и вся на свете, Александр кряхтя и стеная, поплёлся в ванную.

— Ооо, зятёк, — весело хмыкнул при виде его помятой физиономии Григорий Иванович, — ты выглядишь так, что даже моя злость на тебя из-за вчерашнего прошла. Есть на свете справедливость. Будешь знать, как без тестя напиваться. Со мной не забалуешь.

— Гриш, отстань от него. Видишь, человеку и без тебя тошно, — недовольно цыкнула на Григория Ивановича тёща. — Иди, оладьи доедай, пока не остыли, — для придания скорости, она подтолкнула мужа в спину в нужном направлении.

— И за что я тебя так люблю, — сокрушённо покачал головой тесть, и послушно потопал, куда послали.

— Саша, приводите себя в порядок и тоже приходите на кухню.

— Мария Васильевна, спасибо вам огромное за сочувствие, но от одной мысли о еде всё внутри переворачивается.

— У меня есть таблетка аспирина шипучего и банка огурцов. Если хотите, я вам ещё кофейку заварю.

— Боже, Мария Васильевна, дорогая моя тёща, золотой вы мой человек. Цены вам нет, — пробормотал Александр и закрыл за собой дверь в ванную.

Придя через полчаса на кухню, он принял аспирин, потом содрогаясь от отвращения, опрокинул в рот стакан мутного огуречного рассола и запил его чашкой свежезаваренного кофе, при этом стараясь не обращать внимания на весёлое хмыканье тестя.

— Мария Васильевна, а где Галя?

— О, как, — с издёвкой буркнул тесть и весело захохотал, — глянь, мать, каков петух неощипанный. Полдня топчется, а только сейчас о жене вспомнил. Небось, забыл в каком ящике носки лежат, да, зятёк?

— Григорий Иванович, идите вы лесом, со своими шуточками. Я на работу опаздываю, а вы тут сидите и ёрничаете.

— Опаздываешь? Ну, так топай, индюк косолапый, что стоишь глаза выпучив? Или с перепоя забыл, где спальня?

— Григорий Иванович, вы сегодня, что не с той ноги встали?