Чтение онлайн

— Лия, — улыбнулся он такой до боли полюбившейся мне улыбкой, что я чуть не расплакалась.

На диване под ним сломались ножки, но диван рухнул на пол без него. Мужчина с лицом герцога Себастьяна и янтарными глазами гармоничным движением успел вскочить на ноги и сделал шаг ко мне.

Я попятилась.

— Не подходи ко мне! — выкрикнула я, — даже не думай!

— Ты слышала наш разговор в переговорной, — улыбнулся он шире.

Сощурившись, с широкой улыбкой на лице, он скользящим хищным шагом подходил ко мне, а я пятилась от него, задыхаясь от бури чувств, разрываясь между желанием влепить ему пощёчину или броситься на шею за поцелуем.

— Ты оставил меня! Ты оставил меня думать, что ты…

Я начала задыхаться, краем глаза я заметила, что мои волосы поднялись в воздух, развеваясь от незримого ветра.

— Какая же ты красивая, — выдохнул он, пожирая меня глазами.

Это стало последней каплей. Я подлетела к нему и с силой замахнулась, чтобы ударить его по лицу.

Он перехватил моё запястье.

Я со всего маху, со всей переполняющей меня яростью ударила его магией, вложив всю бурю переполняющих меня чувств.

Герцог остался стоять так же ровно, проскользив назад на подошвах.

— Ух, да ты окрепла, — восхищённо выдохнул он. — Над ударом бы я ещё поработал, но…

В его другую щёку полетела моя свободная ладонь, которую он тоже перехватил.

В следующий миг я осознала себя прижатой к его каменному телу, с заведёнными назад руками. Он перехватил оба моих запястья своими стальными длинными пальцами, свободной рукой сжал мой подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза.

— Я скучал, — прошептал он уже без улыбки, глядя мне прямо в глаза.

Я дёрнулась, попыталась ударить его набором быстрых заклятий. Но вдруг поняла, что вся моя сила до последней капельки увязла в его уверенных магических потоках, окутывающих, запутывающих меня бережно и неотвратимо.

— Очень скучал, — повторил он шёпотом.

Злые слёзы всё же прочертили мокрые дорожки по моим щекам.

— А если бы я не услышала? — глядя на него в упор, произнесла я. — Если бы не услышала?! Ты и правда оставил бы меня думать, что ты… Что ты… Ты оставил меня думать, что ты…

— Девочка моя… — он внимательно рассматривал моё лицо, будто видел в первый раз в жизни. — Мы были знакомы всего два дня, разве мог я…

— Вот именно! Ты мог! Для тебя два дня! А для меня… И эти три месяца! Для меня… Без тебя…

Я вдруг обмякла в его руках, плотно зажмурившись, чувствуя, что меня сейчас просто разорвёт от этого всего, от ощущения его тела, по которому я изголодалась, от убивающей меня обиды, переполненной яростью на него.

— Лия… — едва слышно прошептал он.

Я почувствовала его губы на щеке, сцеловывающие мои слёзы.

Он разжал пальцы, отпуская мои руки. Таким знакомым движением он прижал меня за талию к себе, погружаясь свободной рукой в мои волосы…

А я… прислонилась к нему щекой, глубоко вдыхая его запах, и громко разрыдалась.

Я горько плакала, вцепившись в его расшитую золотыми нитями шёлковую рубашку, выплёскивая всё пережитое без него за все эти невыносимо длинные месяцы, чувствуя, как он гладит меня по голове и спине.

Он снова хозяйничал среди моей магии, выравнивая потоки, успокаивая бесконтрольные всплески.

Я плакала в его руках, оттягивая тот момент, когда нам всё-таки придётся поговорить.

Ведь я уже всё понимала.

Всё я понимала.

Он — тот, кто меня сейчас обнимал — так его и эдак раздери, был королём Дамианом вражеского королевства, по какому-то недоразумению или его ловкому трюку считавшемуся герцогом Себастьяном.

Я заставила себя успокоиться. Стоя рядом с ним, не в силах заставить себя отойти от него, я тихо сказала:

— На самом деле ты король Дамиан.

— Да, — так же тихо ответил он.

Я всхлипнула.

— И как мне теперь с этим жить? — спросила я.

— Просто жить, — я слышала в его голосе улыбку, — рядом со мной. Вместе со мной.

Я застыла.

— Или у тебя непереносимость королей? — хмыкнул он.

— Если её не было, то я точно её приобрету, — невесело улыбнулась я.

— Я очень хочу тебя поцеловать, — сказал он, — но опасаюсь, что ты мне откусишь язык.

— Я с большим удовольствием бы это сделала, — ответила я, — но ты не позволишь.

— Тебе так хочется лишить меня языка? Зря. Я ведь языком не только говорить умею, я смогу им делать с твоим телом очень интересные и приятные вещи.

Я покраснела.

— Мне нравится смотреть, как ты краснеешь, Лия, — тихо рассмеялся он. — Я зацеловать тебя всю очень сильно хочу.

— Прям всю? — тихо спросила я.

Он осторожно приподнял моё лицо за подбородок.

— Если ты мне позволишь, я начну с твоих губ.

Я не ответила. Просто закрыла глаза.

Он прикоснулся к моим губам бережно. Нежно. Легко.

Ласково провёл языком по моим губам, и я вспомнила, что ему нравилось, когда я приоткрываю губы.

Я застонала и прижалась к нему всем телом, когда он погрузился языком в мой рот и погладил меня изнутри тягуче медленно, пробуя, вбирая, смакуя меня.

А мне и не нужно было больше нечего.

Ослепляющее счастье быть с ним, чувствовать его, вытесняло сомнения, смывало обиды, тушило мою ярость, оставляя спокойное уверенное понимание: вот так, как сейчас — правильно.

Он приподнял меня за ягодицы, сел на уцелевший диван, усаживая меня на себя верхом, а я…

Вдруг я опомнилась и отстранилась.

Он рассматривал меня, и я никак не могла понять выражение его лица, разгадать, что таится в глубине янтарных глаз.

Весь ужас ситуации начал доходить до меня. Я оглядела просторное богато украшенное и обставленное помещение, все эти столики, заставленные напитками и закусками, все эти диваны, усеянные мягкими расшитыми подушками.

Затравленно оглядела себя, как я сижу в одной сорочке, обхватив бёдрами его ноги, упираясь во внушительный бугор на его брюках.