Обнажись для убийства
Шрифт:
У противоположной стены комнаты послышался шум, что-то ударилось в стену за спиной моего врага, и раздался выкрик. Человек, держащий меня за ноги, вздернул голову, его рука, бросив мою нижнюю конечность, нырнула за борт пиджака и тут же появилась обратно. Я дернул ногой, и в этот момент прогремел выстрел. Казалось, лицо бандита брызнуло в сторону. Когда прогремел второй выстрел, его голова дернулась еще раз.
Я сам почувствовал силу удара пули по тому, как вздрогнула ладонь, державшая меня за ногу.
Кровь залила мою руку, кто-то схватил меня и резким движением втащил назад в комнату. Прошло некоторое время, пока ко мне вернулась способность ясно видеть и дышать полной грудью. Сержант Биллингз сидел передо мной на корточках, вцепившись своей большой лапой в полу моего пиджака.
– Боже, – сказал я. – Билл, Билл, я никогда...
– Посидим спокойно минутку. Еще бы немного, и хана.
Его лицо заливали обильные струи пота, точно так же, как и мое.
Наконец я сумел выдавить из себя законченную фразу:
– Я думал, что уже все. Решил, что мне предстоит полет в четыре этажа. Всеблагой Господь! Что в таких случаях принято говорить, Билл? Благодарить?
– Благодарности вполне хватит. Расскажи-ка лучше, что произошло?
– Сейчас. – Я все еще сидел на полу под этим треклятым окном. – Подонок намеревался отослать меня воздушной почтой прямо на Восьмую авеню. Он оглушил меня, упаковал и готовил к отправлению. И отправил бы, если бы ты не заглотал так быстро свой гамбургер.
Я нежно ощупал свою голову, поморщившись от боли, когда наткнулся на две здоровенные шишки. Потом отполз от окна, не отрывая задницы от пола, и с трудом поднялся на ноги. Было такое ощущение, что колени мои сгибаются не в ту сторону, однако в остальном я находился, с учетом обстоятельств, в неплохой форме. А если сравнить с тем, как я мог бы выглядеть там, внизу, я был просто в великолепной форме. Только теперь мне представилась возможность рассмотреть валяющееся на полу тело.
Хотя лицо было обезображено до неузнаваемости, я понял, что это Малыш. Хватило одного взгляда.
– Его кличка Малыш. Думаю, настоящее имя будет нетрудно установить. Он из компании ребятишек, обслуживающих Нормана.
Упоминание о Нормане заставило меня самого проглотить язык. Я припомнил доклад, который читал в тот момент, когда вошел Малыш и оглушил меня.
– Видимо, он не ожидал, что кто-то может зайти, – сказал Биллингз. – Думаю, что я застал бы его уже в одиночестве, если бы он не задержался, чтобы сжечь что-то, прежде чем заняться тобой.
– Сжечь что-то?
– Да. – И сержант ткнул пальцем в направлении кучки пепла на полу посередине комнаты.
Изношенный палас еще тлел, и я унюхал запах гари. Интересно, как Малыш сумел так быстро сообразить, что доклад следует уничтожить?
Я подошел к вращающемуся креслу у стола, уселся и зажег сигарету.
– Билл, хоть я уже выразил свою благодарность, все же позволь...
– Проехали, Шелл. В следующий раз застрели кого-нибудь для меня.
– Назови пару имен, и сегодня же я их прикончу.
Он осклабился в ответ, и я поинтересовался:
– Как все это выглядело с твоего конца?
– Я вплываю в комнату, и что же открывается моим глазам? Ты торчишь наполовину за окном. Сказать по правде, было непонятно, кто именно держит, а кто висит в окне. Я выхватил револьвер и заорал. Парень обернулся и полез за пушкой. Ну, тут я и пальнул в него пару раз.
– Ты не промахнулся. Благодарю свою счастливую звезду и твое снайперское мастерство.
Он ухмыльнулся в ответ.
– Знаешь, о чем я думал? Я имею в виду тот момент, когда стрелял. Я думал, если я попаду, он уронит Скотта.
Биллингз заржал. Наверное, это было действительно смешно, потому что я тоже захохотал.
– И я об этом подумал, – закричал я сквозь хохот.
– Все-таки я попал в него, – проорал Биллингз, давясь от смеха.
Веселье продолжалось довольно долго, до тех пор, пока нервное напряжение не оставило нас.
Мы все еще смеялись, когда послышались шаги, открылась дверь и в комнату вошла Лорел. На ее лице появилась широкая улыбка облегчения.
– Шелл. А я уже было начала беспокоиться. Там внизу собралась толпа, все указывают на эти окна и...
Она увидела Малыша. Мордашка ее побледнела, несмотря на густой загар, и я подумал на мгновение, что она собирается шлепнуться в обморок.
Я подхватил ее под руку, развернул и вывел за дверь.
Через минуту она слегка пришла в себя и спросила шепотом:
– Шелл, что случилось? Этот человек...
– Полицейский застрелил его, застав за взломом. Взломом моего черепа. Не беспокойся, это бандит или, вернее, он был им. А что привело тебя сюда, девочка?
– Я тебе уже сказала по телефону, что не в силах оставаться дома. Я пыталась, но не могла, поэтому взяла машину из гаража и отправилась в город. Мне хотелось увидеть тебя, Шелл, а ты говорил, что будешь здесь.
Ее личико опять слегка позеленело.
– Подожди здесь секундочку, – сказал я ей, вошел в офис и закрыл за собой дверь.
Билл повернулся ко мне.
– А это кто такая?
– Лорел Редстоун.
– Красотка, ничего не скажешь... Редстоун, говоришь?
– Да, та самая. – Я ухмыльнулся. – Она следит за мной.
– Хотел бы я, чтобы она последила за моей персоной, – вздохнул сержант. – Ну ладно, за работу.
Пока он звонил в управление, я хорошенько рассмотрел труп Малыша.
Пули, попавшей в лицо, вполне хватило бы, вторая засела в груди. На том, что осталось от его физиономии, вернее, на щеке были заметны две глубокие царапины, на суставах пальцев правой рукой виднелись ссадины.
Я поднял голову и спросил:
– Билл, с кем ты сейчас беседуешь?
– С капитаном.
– Скажи Сэму, что самый свежий жмурик, видимо, тот, кто прикончил, когда был жив, Трехглазого. Коронер, наверное, уже извлек остатки кожи из-под ногтей бедолаги. Думаю, что кожа отсюда. – Я указал на щеку Малыша.
Биллингз кивнул и передал эту информацию. На улице были слышны рев сирены и визг тормозов. Я опять вернулся к телу Малыша, и меня вдруг ударила одна идея. Ударила почти так же сильно, как недавно его кулак. Я был абсолютно уверен, что по дороге сюда за мной не было слежки. Откуда Малыш мог знать, что он найдет меня здесь?
Я сообразил, что он был в сером «форде» у гостиницы и позже у конторы Оффенбранда. Я ушел от слежки, прежде чем явиться сюда. За мной не было хвоста. И, кроме Сэма, я никому не говорил, что собираюсь в контору Йетса. Вдруг я вспомнил, что сказал об этом еще одному человеку. Этот человек была Лорел.