Чтение онлайн

Я отпустил ее; избавил ее от грязи, которой являюсь. Я уйду утром; облегчу бремя, которым был для моих родителей. Интересно, смогут ли они получить возмещение. От этой мысли мне смешно. Могу представить, как они направляются в администрацию, подавая жалобу на бракованный товар.

Слева от меня раздаются сирены, справа от меня дует ветер, а я смотрю только вперед. Всматриваясь в сумерки в ожидании какого-нибудь знака. Куда же мне идти? С чего начать, чтобы разобраться в этом бардаке?

Мой зад начинает вибрировать, и я хлопаю по нему. Телефон. Вытаскиваю его и отвечаю.

– А-лллё.

– Где ты, черт побери, шляешься?

– Блейк? – Я смеюсь.

– Черт. Где ты?

– Без понятия. – Я шатаюсь.

– Протрезвей, блин. Позвони своему отцу, что-то случилось с папашей. – Не понимаю, к чему этот разговор.

– Да?

– Иисусе. Я все еще в нескольких часах от вас, но я направляюсь в вашу сторону. Позвони своему отцу. Пожалуйста.

– Ладно. – Пожимаю плечами, забывая, что он не может меня видеть.

– Уильям, это серьезно. Не двигайся. Позвони ему. – Судя по интонации, он зол.

Прокручиваю список контактов в телефоне, не помня, чей же номер ищу. Ох, отец. Точно. Он будет в восторге услышать меня. Его инвестиции в полной жопе. Нажимаю «совершить звонок» и жду.

– Привет, - раздается женский голос. Значит, это не тот номер. – Уильям, это Фэб.

– Хей! – Проклятье, это было громко.

– Ты можешь сказать мне, где ты? Я отправлю Люка забрать тебя.

– Вижу деревья. О, и рельсы. – Поворачиваюсь кругом и падаю на задницу.

– Что-нибудь еще?

– О, здесь заброшенные железнодорожные вагоны. – Слышу, как она вздыхает и с кем-то разговаривает.

– Не уходи с этого места. Люк только что выехал за тобой.

– Ладненько. – Я приседаю и не помню, как закончил разговор. Опускаю голову на руки и чувствую, как по всему телу разливается усталость. Это был чертовски долгий день. Фары освещают меня, слышу, как хлопнула дверца машины.

– Насколько ты пьян? – Голос у него жесткий. Черт, это же не преступление, мне двадцать один год.

Всматриваюсь в него. Вижу злость, но есть и еще что-то. – Уже не так сильно.

Он пихает мне в руки кофе. – Выпей его и залезай, черт побери, в машину.

– Ого. – Поднимаю руки вверх. – Меня не нужно подвозить. Я могу и прогуляться до дома.

– Мы не поедем домой. Мы поедем в больницу, где Джеймс борется за свою жизнь, а моей дочери делают рентген из-за подозрения на сломанные ребра. – Я трезв. Нет больше оцепенения; и понимаю каждое из произнесенных слов.

– Что?

– Садись в машину. – Залезаю в машину. – Джеймс и Эмма поехали искать тебя. Они не нашли тебя, но, по словам Эммы, наткнулись на парней, с которыми ты был.

– Брайан и Сет?

– Да. – Я хватаю себя за волосы, желудок сводит. – Я в курсе, что у тебя выдалось несколько тяжелых часов, но, клянусь, если с Эммой что-нибудь случится, ты ее больше никогда не увидишь.

Киваю. Выпиваю кофе как можно быстрее, позволяя жидкости обжечь язык и тяжестью осесть в желудке. Они выполнили свои угрозы. Два человека, которых я люблю, ранены из-за моей вспышки гнева.

Они должны быть в порядке. 

Они должны простить меня. 

Брайан и Сет… должны заплатить.

***

Прошло несколько часов. Эмма все еще в отделении экстренной помощи, но с ней все будет хорошо. В синяках и в состоянии шока, но физически здорова. Джеймс в операционной, по-прежнему без сознания, но у него есть все шансы на полное выздоровление. На его руку было больно смотреть, перелом серьезный. Ему наложили швы в нескольких местах, но больше всего пострадала голова. Бретт расхаживал взад-вперед в комнате ожидания и подбадривал меня. Я не заслуживаю его прощения. Я извинялся миллион раз, но он сказал, что мне не нужно этого делать; в случившемся нет моей вины. Но она есть. Я годами ничего не делал; и вся ложь, все угрозы, все зло слились вместе и потащили меня вниз.

Я поднимаюсь, чтобы купить всем попить, кофе помогает нам держаться, пока мы не сможем увидеть Джеймса. В дверь заходят Эмма с Люком, и я останавливаюсь. Ее лицо испещрено покрасневшими порезами. Но ее глаза смотрят сквозь меня. Она опирается на Люка, обнимающего ее за талию, и я вижу покраснения. Я готов убить их за то, что они прикоснулись к ней.

– Эмс. – Я бросаюсь к ней. Она отступает, и мое сердце замирает. Она не может бояться меня. Я бы никогда не причинил ей боль. Но причинил. Мои слова нанесли больше вреда, чем чьи-либо кулаки.

– Как Джеймс? – интересуется Люк.

– Стабилен.

– Детка, я буду прямо здесь. – Люк сам освобождается от нее и кивает на стул в нескольких шагах от него.

– Ты хочешь присесть? – Я протягиваю к ней руку, готовый помочь, если понадобится.

– Нет. – Голос у нее вялый, а глаза безучастные.

– Эмс. – Не знаю, что сказать. – Поговори со мной.

Ее взгляд остается пустым, и я застываю в ожидании хоть какого-нибудь знака, что моя девочка все еще со мной. Что происшедшее не изменило ее. Не разрушило ее.

И я получаю знак, но не тот, после которого мы когда-либо станем прежними.

Глава 31

Эмма

Мои губы кривятся в отвращении, как только вспоминаю издевательские насмешки и язвительные оскорбления, которые выкрикивались, пока я беспомощно наблюдала. Каждый кулак, каждый удар, каждый пинок… постоянно прокручиваются в моей голове.

– Ты сел в машину к тем парням. Что бы ты ни сделал, это ты заварил эту кашу.