Чтение онлайн

– Той ночью в больнице, знаю, что не был невиновен. Но и не был виноват в том, в чём ты меня обвинила. Я был глуп, сделал неправильный выбор, но я не хотел причинить кому-то вред. Я поступил так без злого умысла. А ты ушла, когда я нуждался в тебе больше всего.

– Я была разочарована. Я годами просила тебя сделать что-нибудь, рассказать кому-то.

– Да, просила. Но ты тоже молчала. Ты хотела, чтобы я сделал это за тебя. Ты не хотела слышать и слушать то, что я тебе говорил. То, что они говорили, было отвратительно. Но это были лишь слова. Я понимал, что в мгновение ока они могут перерасти в насилие, а мне хотелось избежать причинения кому-либо вреда. Я и поступил в Университет Южной Джорджии, чтобы защитить своих отцов и тебя. Я знал, на что они были способны, и это был путь, который я не хотел ни для себя, ни для тебя.
– Я прерываюсь, чтобы перевести дыхание, взять под контроль свой гнев, свое предательство и боль. – Когда ты ушла, я прибегнул к насилию, и это ничего не решило. Ни одну чёртову проблему. Насилие утащило меня в низ, я позволил это, и это то, против чего я так долго боролся.

– Я и не подозревала. – В очередной раз у нее начинают течь слезы, но это нужно сделать. Мы должны поговорить об этом.

– Знаю. Я объяснял недостаточно хорошо. Не пытался заставить тебя понять, но это из-за того, что не хотел, чтобы ты видела эту сторону жизни, Эмс. Я был безумно счастлив, что ты влюбилась в меня, и был готов сделать что угодно, чтобы это продолжалось. Я пытался защитить своих отцов. Не хотел, чтобы они услышали эти мнения. Мне не хотелось, чтобы им было больно или стыдно. Думал, что смогу окончательно все прекратить. Знаю, я был не прав; и поплатился за это. Я страдал, как и все остальные. Может больше, так как был один.

– Пока не появилась Элиза.

– Да. Я получил то письмо, и у меня появилась цель. Я мог защитить ее, чего не смог сделать с другими людьми в моей жизни. Я бы спрятал все уродство и показал ей красоту. Но была проблема - она уже видела уродство. Она жила в таких местах, что невозможно и представить. Ей не нужно было, чтобы я ее защищал, ей нужно было, чтобы брат ее просто любил.

– А меня тебе нужно было защищать? Любить было недостаточно?

– Любить тебя было моим смыслом. Моей судьбой. Защищать тебя было естественным инстинктом, но я делал это неправильно. Следовало обнимать тебя вместо того, чтобы прятать и ограждать. Некоторые уроки необходимо учить на собственном опыте, а я пытался уберечь тебя от этого. Пытался заставить тебя увидеть, что, как я думаю, приемлемо. А ты старалась заставить меня поверить, что правильно то, как видишь ты. Вот такая у нас была неразбериха.

– Красота с уродством.

– Не думаю, что мы были уродливы, может, сбившимися с правильного курса, но что-то настолько чистое и настоящее, что было между нами, не может быть уродливым.

– Что случилось вчера?

– Я несколько месяцев работал над этим делом. Меня привлекли к нему, чтобы дать более точную оценку подозреваемым - Брайану и Сету Гэри. Оказалось, они занялись продажей метамфетамина. – Эмма явно потрясена, не знаю, почему ее удивляет то, чем они занимались. – Ага, это тебе не единороги и горшочки с золотом, малышка.

– Знаю.
– Но это не так.

– Вот, мы и разработали спецоперацию с внедрением подставного агента, месяцы наблюдений и планирования. Вчера мы их поймали. Мы не ожидали, что они начнут стрелять. Сет был ранен первым; наш сержант прикрывал нас и выстрелил. Выскочил обкуренный Брайан, стрелял наугад, отказываясь сдаться. Он попал в свою цель.

– Тебя?

– Меня. Я был ранен, но открыл ответный огонь и попал по своей цели. Металлический трейлер загорелся, а я оказался на операционном столе.
– Брайан погиб от своих же злодеяний, но не хочу, чтобы она знала эту сторону моей работы. Не хочу, чтобы страх определял ее выбор.

– Тебе нравится быть полицейским?

– Да. Расскажи мне о себе.

– Я поехала в Нью-Йорк, университет дал свое согласие, чтобы я завершила свой последний год дистанционно.

– Мне следовало догадаться. Ты терпеть не могла этот город.
– Как я мог упустить очевидное?

– И до сих пор не могу. Я перевелась в магистратуру в Вашингтонский университет.

– Ты сделала это. Университет номер три.

– Ты помнишь?

– Обо всём, Эмма. Я не смог бы забыть, если бы и захотел, а я и не хочу.

– Я закончила магистратуру и устроилась работать в агентство, занимающимся международными усыновлениями, мой приоритет - однополые пары.

– Рад, что ты последовала за своей мечтой.

– Да, но путешествие было одиноким.

– Что, никаких поклонников? – закидываю я удочку в надежде, что она клюнет.

– Нет. И друзей тоже. Знакомые ... я старалась поддерживать свою жизнь в порядке, никакого постороннего вмешательства, никакой эмоциональной привязанности.

– Ты счастлива?

– Мне нравится то, чем я занимаюсь.

– Я не об этом спрашивал.

– Нет, думаю, нет. Мне чего-то не хватает.

– Чего? – Я вижу, как она вытирает свои руки о брюки, закрывает глаза, делает вдох.

– Тебя.

– Малышка, я прямо перед тобой. Я был здесь и ждал.

Глава 47

Эмма

Он действительно сказал это? Внезапно я прихожу в себя, головокружение из-за событий последних двадцати четырех часов исчезает. Слёзы струятся по моему лицу, когда в памяти всплывает каждое мгновение из нашего прошлого, каждая ласка, каждый поцелуй, каждое воспоминание, которые я перевозила с собой.

– Ты серьёзно? Вот так просто прощаешь меня?

– Простил и забыл, Эмс. Мы так много потеряли, но важно то, что мы сохранили - нашу любовь.

– Как-то всё просто получается.

– Просто тебе нравится всё усложнять.
– Он притягивает меня ближе.
– Возвращайся домой. Возвращайся домой ко мне.

– У меня работа.
– В моей голове всплывают детали, я хочу вернуться, но как мне это сделать?

– Уволься.

– Мне нужно упаковать свои вещи. Это куча организационных моментов.
– Я хочу вернуться, но смогу ли?

– Я разберусь с этим.
– Мой папа застает врасплох нас обоих.

– Как?

– Отправь e-mail, почтового голубя, позвони своему начальнику, мне не важно. Сделай это. А я улажу всё с твоей квартирой, оплачу всё, что потребуется ... если это будет значить, что ты возвращаешься домой.

– Папочка.
– Я обожаю этих двух мужчин, их вмешательство, их чрезмерное стремление во всём, что затрагивает меня, но я признаю существование проблемы. Я позволила ей влиять на свои решения. Я позволила им справляться с самым трудным вместо меня.

– Я сделаю это.
– Мой голос четкий. Не время для сомнений.
– У тебя же будет какое-то время, чтобы передохнуть. – Я смотрю на Уилла.
– Поехали вместе со мной в Сиэтл, позволь мне довести дела до конца. – Поворачиваюсь к папе.
– А потом ты сможешь вызвать грузчиков, и я перееду обратно.

Оба удивлены моим настроем, моей решительностью.

– Идет, - говорит Уилл.

– Согласен, - присоединяется мой папа.

– Ты можешь дать нам несколько минут?
– Я смотрю на папу. Я должна убедиться.