Чтение онлайн

Он плотно сжимает губы всякий раз, когда с ним кто-то разговаривает, – эту привычку он перенял еще в детстве, чтобы не сболтнуть лишнего.

Словно почувствовав мой пристальный взгляд, Джулиан смотрит в мою сторону. Пренебрежительный взгляд его насыщенных карих глаз должен был раздражать меня больше всего, но мурашки, разбегающиеся по коже, свидетельствуют об обратном.

В порыве самосохранения я отворачиваюсь от Джулиана и позволяю его маме, Жозефине, и моей суетиться вокруг. У них обеих каштановые волосы и глаза, но разный рост, черты лица и характеры, что отличает их друг от друга.

Хотя наши матери стали лучшими подругами, когда росли вместе в Мексике, мы с Джулианом точно ими не являемся. В лучшем случае мы просто дружим семьями, а в худшем – соперники с детства, превращающие все в соревнование.

— Ты похудела. Уверена, что ешь достаточно? — мама щиплет меня за щеки, нахмурив темные брови. — А ты как думаешь? — она поворачивает меня к Жозефине.

Ее кислое выражение лица подтверждает мамины наблюдения.

— Ничего такого, что нельзя было бы исправить хорошей едой. Знаешь, panza llena10…

— Corazon content10, — заканчивает мама.

Жаль, что домашняя еда заполнит только пустую яму в желудке, а не в груди.

Мама осматривает мои волосы длиной до плеч.

— ?Y que paso con tu pelo?11

— Я их подстригла.

— Зачем? — стонет она.

Я могу только преувеличенно долго вздохнуть.

— А мне нравится, особенно из-за того, почему ты это сделала, — Жозефина подмигивает.

После разбитого сердца доктор прописал мне новую стрижку вместе с упаковкой Золофта12, чтобы прогнать печаль.

Мама обнимает меня за плечи, осматривая с ног до головы.

— Я рада, что ты дома. С остальным мы разберемся позже.

— Я тоже, — мой голос дрогнул. Я ничего не хотела так сильно, как маминых объятий и ее непоколебимой веры в то, что Vicks VapoRub13 вылечит все, включая разбитое сердце.

Жозефина кладет руки мне на плечи и сжимает их.

— Не волнуйся. Все будет хорошо, и начнем мы с моего посоле14.

Если моя мама – беспокойная, то Жозефина, как и ее сын, умеет все уладить.

Если бы только Джулиан унаследовал ее сочувствие.

Шериф прерывает нашу беседу, прочистив горло.

— Далия.

— Да?

— Джулиан хочет, чтобы это нигде не разглашалось, и он сам оплатит оба ремонта.

— Значит, он не получит штраф или обязательные общественные работы за то, что врезался в меня?

Шериф усмехнулся.

— А ты этого хочешь?

— Только если вы пообещаете, что это будут такие общественные работы, которые обязуют его несколько часов собирать мусор на обочине дороги, — я щелкнула пальцами. — Нет. Дней.

— Mija15, — предупреждает мама, а Жозефина смеется.

— А как еще он должен усвоить свой урок? Кто-то мог сильно пострадать.

Шериф бросает на меня понимающий взгляд.

— Если честно, тебе следовало остановиться, если у тебя были проблемы с машиной, а не продолжать ехать, что ты и сделала.

Я нахмурила брови.

— Проблемы с машиной?

— Джулиан уже все объяснил. Если у тебя снова возникнут проблемы с двигателем, остановись и вызови помощь.

Зачем Джулиану Лопесу придумывать какую-то легенду, вместо того чтобы сказать шерифу, что я была слишком увлечена своей истерикой, чтобы нормально вести машину?

Возможно, потому что он планирует потом шантажировать тебя этим.

Мама понимающе сжимает мою руку, и напряжение в моих мышцах исчезает.

— В следующий раз так и сделаю.

Шериф приподнимает шляпу.

— Теперь, когда мы со всем разобрались, мне лучше отвести всех обратно в школьный актовый зал на шоу талантов. Некоторым из этих людей следует быть в постели до того, как в десять вечера подействуют их лекарства, — он свистит и указывает на автобус. — Давайте. Все садимся обратно!

— Мы лучше поймаем с нашими детьми попутку, — Жозефина отмахивается от шерифа.

Помощники загоняют протестующую толпу в автобус, а спасатели отправляются в город, оставляя семьи Муньос и Лопес наедине.

— О каком шоу талантов он говорил? — спрашиваю я.

— О том, которое начальная школа устраивает каждую осень, — Жозефина передает бутылку со святой водой обратно моей маме. — Было бы здорово, если бы ты присоединилась к нам! Нико будет рад тебя увидеть, а потом мы все вместе пойдем ужинать.

У меня пересохло в горле. Как бы мне ни хотелось увидеть своего крестника и обнять его покрепче, ужин с теми, кто знает меня лучше всех, звучит как еще одна ситуация, вызывающая панику, которую я предпочла бы избежать сегодня.

— Я уверен, что Далия устала, — говорит Джулиан своим скучающим тоном.

Либо я выгляжу так же дерьмово, как и чувствую себя, либо он дает понять, что не хочет, чтобы я присутствовала.

Голосую за последнее.

Я подумываю о том, чтобы пойти на шоу талантов, чтобы доказать, что он не прав, но потом задумываюсь о том, что это повлечет за собой.

Ты готова увидеть всех жителей города?

Нет. Определенно нет. Это было маленькое счастье, что меня избавили от приветственной вечеринки сегодня вечером, так что лучше не испытывать судьбу.

После двух лет отсутствия мне рано или поздно придется встретиться со всеми, но сегодня не тот день.

— Джулиан прав, — слова скользят по моему языку, как кинжалы, а у этого ублюдка еще хватает наглости выпрямится во весь рост во время моего признания. — Я очень потрясена всем, что произошло, и после целого дня, проведенного за рулем, все, что я хочу, это немного отдохнуть.

— О, — улыбка Жозефины померкла, что вызвало еще один хмурый взгляд ее сына.

— А что, если Джулиан завезет тебя домой по дороге на представление, а мы с Жозефиной поедем на твоей машине до школы? — предлагает мама.

У меня дергается правый глаз. Если бы эта женщина не растила меня всю мою жизнь, я бы никогда больше с ней не разговаривала. Она знает, что Джулиан – мой заклятый враг, такой же, как полуночные перекусы в виде пан дульсе16 и езда в калифорнийских пробках в час пик.