Оболганная победа Сталина. Штурм Линии Маннергейма
Шрифт:
Полковник Стеньшинский был смещен с должности командующего дивизией. Командующим 123-й стрелковой дивизией был назначен полковник Алябушев. Первым делом новый командир дивизии начал приводить свою дивизию в порядок, приказал оборудовать теплые землянки и только затем начал организацию боевой учебы и подготовку к новому крупномасштабному наступлению.
О неразберихе и смятении в дивизии после неудачного окончания первого штурма Линии Маннергейма свидетельствует приказание нового командира 245-го стрелкового полка майора Рослого, изданное 12 января 1940 года:
Всем командирам подразделений к 12.00 13.1.1940 произвести полную проверку личного состава о наличии медальонов и в них вкладышей. Результат проверки доложить начштаба 13.1.1940 к 12.00 с указанием наличия медальонов и в них вкладышей, а также количество недостающих.
2) впредь установить что похоронение убитых производить после боя с положенными почестями представителями подразделения и в общеотведенном месте штабом полка с обязательным составлением акта, который незамедлительно предоставляется в штаб полка.
3) К 15.1.1940 полностью установить лиц неизвестно где находящихся после боя до сего времени и списком доложить начштаба.
Весь январь полки дивизии занимались усиленной боевой подготовкой. Новый командир дивизии упорно «натаскивал» дивизию для штурма. Учения стрелковых полков проводились каждый день, даже в середине января 1940 года, когда на Карельском перешейке ударили страшные морозы. Температура опускалась до минус сорока и минус сорока пяти. Некоторые финские офицеры отмечали, что шкалы термометров не хватало для измерения температуры.
Все три полка 123-й дивизии периодически сменялись на передовой и проводили в тылу занятия по стрелковой, лыжной и тактической подготовке.
Капитан Назаров из штаба 123-й стрелковой дивизии так прокомментировал действия полковника Алябушева по подготовке дивизии:
«…Был командир дивизии — я не знаю, спал он или не спал, но он все время находился впереди и к каждой мелочи придирался. Он добился того, что его подразделения были настолько натренированны и настроены, что прорыв сам собой определился».
Советские разведчики почти каждую ночь пытались проникнуть к финнам в тыл и добыть языка. Однако в подавляющем большинстве случаев советские разведгруппы были слишком многочисленными и легко обнаруживались финнами. В поиск отправлялись разведроты в полном составе, усиленные саперами и связистами. Поэтому они легко обнаруживались финнами.
Несмотря на все неудачи, в январе разведчики сумели обнаружить оба ключевых ДОТ в Ляхде — «Миллионник» на высоте «Язык» и «Поппиус» на высоте 65,5. Интересно отметить, что сначала советские разведчики посчитали западный и восточный казематы «Миллионника» отдельными сооружениями и ввели для них отдельные обозначения.
В конце января, в рамках подготовки к штурму Линии Ман-нергейма, 24-й корпусной артиллерийский полк выставил на прямую наводку два 152мм орудия для разрушения «Миллионника». Позиция для орудий была оборудована заранее — были вырыты орудийные окопы, ровики для расчета были покрыты тремя накатами бревен. Орудия встали на огневую позицию уже в ночь с 25 на 26 января, но из-за тумана днем 26 января огня не вели.
В 12.00 орудия под командованием лейтенанта Грачева открыли огонь прямой наводкой по восточной и центральной части «Миллионника». Финский корректировщик фенрик Калле Эско в бронекуполе восточного каземата не успел передать координаты на батарею, как советские артиллеристы попали в бронекупол. Прямое попадание убило молодого фенрика и сбило бронекупол. Следующий снаряд сбил бронекупол в центральной части ДОТ. Корректировщики 3-го отдельного тяжелого артиллерийского дивизиона, находившиеся в бронекуполе, кубарем скатились вниз в ДОТ за какую-то секунду до попадания. Оба орудия продолжили безнаказанно бить по ДОТ прямой наводкой, и в результате в стене восточного каземата была пробита брешь размером два на два метра, несколько снарядов разорвалось внутри ДОТ. Разрушение ДОТ было задокументировано актом, который подписали командир 5-й роты 272-го стрелкового полка, командир 4-й батареи 402-го гаубично-артиллерийского полка и начальник штаба 24-го корпусного артиллерийского полка. 28 января обстрелу прямой наводкой был подвергнут ДОТ № 4 «Поппиус». В результате обстрела было убито 4 солдата из гарнизона, был разрушен западный каземат
Прорыв Линии Маннергейма 11 февраля
В 08.40 утра 11 февраля 1940 года советская артиллерия (четыре артиллерийских полка) открыла ураганный огонь по финским позициям от озера Сумма-ярви до болота Мунасуо. Артподготовка длилась два часа двадцать минут и по силе была сравнима с артподготовками в битве при Вердене в Первую мировую войну.
Только 24-й корпусной артиллерийский полк выпустил по финским позициям 14 769 снарядов. Артиллерийские командиры сами были впечатлены масштабами подготовки:
«Впервые наш полк принимает участие в такой мощной и организованной артподготовке. Арт. подготовка под Липола по сравнению с этой являлась только репетицией. В период арт. подготовки противник пытался вначале вести огонь, к концу арт. подготовки замолчал. Полк точно выполнил таблицу огня».
В 11.00 в наступление на «Поппиус» двинулся 245-й стрелковый полк при поддержке тяжелых Т-28 и легких Т-26, и уже в 12.24 на руинах «Поппиуса» было поднято красное знамя. Это вызвало ликование в штабе дивизии и еще больше воодушевило бойцов.
Рота лейтенанта Мальма, оборонявшая район ДОТ № 4 «Поппиус», не сумела ничего сделать. До этого батальон Линдмана находился в секторе Меркки, где заболоченная местность не позволяла массово использовать танки. Вид нескольких десятков советских танков поверг солдат роты в шок. Тем не менее солдаты роты оказали огневое сопротивление. К концу дня от роты осталось 16 солдат из 100.
Командир 2-го батальона 9-го пехотного полка майор Линд-ман потерял управление своим подразделением. В некоторых западных источниках упоминается, что Линдман был ранен, но согласно журналу боевых действий 8-го пехотного полка Линдман ранен не был, а просто потерял управление и самоустранился от событий.
Советские танки и пехота проследовали на север от захваченного «Поппиуса» и остановились у испытательного бункера, где окопались на ночь. С утра 12 февраля наступление продолжилось, и уже днем финское командование приняло решение отказаться от обороны занимаемых рубежей и отойти на вторую линию обороны, состоявшую из полевых укреплений под прикрытием грандиозного противотанкового рва.
Во второй половине дня командир 5-й пехотной дивизии полковник Селим Исакссон позвонил в Выборг командующему 2-м армейским корпусом Эквисту и произнес: «Ну вот и все, они прорвались». Эквист как мог подбодрил полковника, пытаясь внушить ему, что еще не все потеряно.
В районе «Миллионника», где на высоту «Язык» наступал батальон 255- го стрелкового полка, ситуация развивалась иначе. Штурмовые группы очистили от финнов южную часть «Языка», приблизились вплотную к ДОТ и блокировали его к 12.40 дня. Финнам не удалось удержать траншеи южнее ДОТ, несмотря на переходы в контратаки.