Чтение онлайн

— Не уходи.

В ответ Мёрдо не проронил ни слова, но и с места не сдвинулся. Какое-то время они сидели в молчании. Длинными пальцами Мёрдо поглаживал Дэвида по плечу. 

На следующий день пожаловал Чалмерс.

Дэвида перенесли на длинный диван в кабинете. Он как раз читал сборник рассказов, когда заглянул Мёрдо.

— Пришли мистер Чалмерс и Дональд Фергюсон, но Чалмерс хочет вначале поговорить с тобой с глазу на глаз. Ты как? Справишься?

— Да, конечно.

Дэвид кое-как принял сидячее положение. Помимо пробитой головы и сломанной ноги, у него были отбиты ребра. Каждое движение вызывало мучительную боль.

Мёрдо кивнул и удалился, а несколько минут спустя вернулся с Чалмерсом, что повис у него на локте. Шагал Чалмерс медленно и тяжело. Казалось, с момента их последней встречи ему стало хуже.

— Вам не следовало выходить, — пробрюзжал Дэвид.

Чалмерс поморщился.

— Мне нужно с вами поговорить. До вашего отъезда в Пертшир.

Мёрдо помог Чалмерсу устроиться в кресле рядом с диваном.

— Оставлю вас наедине, — вежливо сказал он и испарился.

После ухода Мёрдо Чалмерс воззрился на закрытую дверь.

— Он очень добр к вам.

Дэвид не уловил ничего в голосе Чалмерса и без объяснений согласился:

— Да, правда.

— Хороший друг, — заключил Чалмерс. — Хотя и неожиданный.

— Верно. — Дэвид улыбнулся скорее самому себе, нежели Чалмерсу.

— Мне очень жаль, что так вышло, — без предисловий проговорил Чалмерс. — А все из-за того, что вы помогали моей девочке.

— Рад, что она убежала.

— Я получил от нее записку. Принесли вчера утром. — Он вытащил из кармана листок и протянул Дэвиду.

Дешевая бумага, торопливый почерк.

Дражайший папенька!

К этому моменту вы уже узнаете, что я бежала от К.

Спасибо вам за деньги, что вы передали через Д. Л. Для меня это не просто золото. Знать, что вы по-прежнему меня любите, — это величайшее благословение, о коем только можно просить.

Знайте, что я цела и невредима. Я еду с добрым мужчиной, другом Д. Л. Когда мы доберемся до пункта назначения, он поселит меня в надежном месте. Как только смогу, я напишу вам полноценное письмо и пришлю свой адрес.

В ответном послании сообщите вести о Д. Л. Я молюсь, чтоб с ним все было хорошо, чтоб К. не причинил ему вреда в отместку за помощь мне.

Я люблю вас, папенька. Всем сердцем я мечтаю однажды повидаться с вами.

Ваша любящая дочь,

Э.

Когда Дэвид поднял взор, в глазах у Чалмерса стояли слезы.

— Она не знает о том, что с вами стряслось. Если б знала, отказалась бы уезжать из города. Она всегда... любила вас, юноша. — В голосе улавливалось сожаление. Печаль. — Когда-то мне казалось, что вы поженитесь. Это бы очень меня порадовало. Но вместо этого Элизабет держит путь в Лондон, а вы ранены. — Измученным голосом он добавил: — А все из-за опрометчивого решения выйти замуж за этого изверга, Киннелла.

— Не вините Элизабет. Если и нужно кого-то винить, так это меня. Честно говоря, она возлагала на меня надежды, а я оказался не на высоте и огорчил ее. Не поступи я так, она бы никогда не вышла за него замуж.

Он наконец-то выговорился: признал вину, признал, что подвел Элизабет. Дэвид глядел на Чалмерса, ожидая вспышки гнева, но все, что он видел, — это раскаяние и жалость.

— Ясно. Мы все неидеальны, не так ли?

— Да, неидеальны. Но теперь Элизабет далеко от него. И она сильная, Чалмерс. Она найдет способ начать новую жизнь и снова станет счастливой.

— Думаете? Я переживаю. Женщину, бежавшую от мужа, не примут в светском обществе, а Элизабет теперь одна.

Дэвид покачал головой.

— Она не одна. С ней Йен. Он ее не оставит. Традиционного уклада он не придерживается, а посему в его жизнь спокойно впишется неизвестная женщина. Он... — Дэвид задумался, как это преподнести. — Ну он тот, кого называют «вольнодумец». Не сомневайтесь, когда они доберутся до Лондона, он поможет Элизабет.

— Вольнодумец? — с подозрением повторил Чалмерс.

Поняв опасения Чалмерса, Дэвид улыбнулся.

— Да. Например, он верит, что женщины и мужчины равны. Что муж не имеет права распоряжаться женой, а может только любить ее.

Чалмерс нахмурился.

— Похоже, он не только вольнодумец, но еще и радикал.

— И это тоже, — честно сознался Дэвид. — Он верит во всеобщее избирательное право, в то, что массам нужно дать образование, а на фабриках запретить детский труд, — во все эти немыслимые ереси. — Он улыбнулся, тем самым выражая симпатию к идеалам Йена. —Именно такой мужчина и должен путешествовать с Элизабет — тот, кто уважает ее как личность и не воспользуется одинокой барышней.

— Пока он заботится об Элизабет, я буду безмерно ему благодарен, — помолчав, сказал Чалмерс.

— Так и будет, — заверил Дэвид. — Он достойный мужчина и относится к этой задаче со всей серьезностью.

— По-вашему, он сумеет защитить ее, если Киннелл ее сыщет?

— Надеюсь, до этого не дойдет. Но если все же дойдет, у меня нет сомнений, что Йен сделает все возможное.

— Шанс, что до этого дойдет, безусловно, есть, — с трудом произнес Чалмерс. — Киннелл — собственник. Он уже допрашивал меня. И не только про Элизабет. Он выяснил, кто вы такой. Он знает, что последние несколько лет мы вместе работали.

Дэвид нахмурился.

— Считаете, он догадался, что вы замешаны в побеге Элизабет?

— Я уверен, что он догадался, — решительно заявил Чалмерс. — Я почти ничего не сказал, но он знает, что я его недолюбливаю и не сочувствую из-за того, что она сбежала.

Дэвид улыбнулся. Он вполне мог представить Чалмерса сдержанным, увертливым и откровенно враждебным.

— Не вижу причин для беспокойства, — спокойно и уверенно изрек он. — Пусть Киннелл ее ищет. Нет оснований полагать, что он ее найдет. Не забывайте, он представления не имеет, куда и с кем направилась Элизабет. Она могла поехать на север, на юг, на запад или на восток. К тому же Йен умеет скрываться.