Чтение онлайн

— Не думай о плохом. Все закончилось, и мы с тобой начнем ремонт квартиры, она будет у нас, как игрушка. И ты после выписки жилички, начнешь приватизировать ее.

— Будем приватизировать на двоих, ты моя жена и тебе по праву принадлежит часть квартиры.

— Нет, Боря, у тебя есть дети, а может быть и внуки, им ты и оставишь квартиру, у меня есть все необходимое для жизни, не беспокойся за меня.

Вскоре Нине пришло извещение о задолженности по своей квартире. Она тоже не приватизирована, все как-то руки не доходили до этого. Что же она наделала, не придавала значения оплате, хотя и денег для оплаты не было, она давно не работает и живет на пенсию сына. Надо было хотя бы понемногу за квартиру платить. Но тут ее выручил муж, он снял с книжки остатки средств и оплатил долг, не полностью, но две третьих покрыли. Решили с двух сторон платить, чтобы быстрее покрыть долг и приватизировать квартиру.

Сделали ремонт в квартире мужа, приватизировали ее и что-то Борис загрустил.

— Что с тобой, Боря, у тебя что-то болит, ты скажи, может, к врачу сходим и у меня суставы болеть стали.

— Тогда я тебя отвезу в нашу медсанчасть, они тебя будут обслуживать, как мою жену. Там хорошие врачи и медсестры, они тебя быстро поставят на ноги. В медсанчасти врач сказал, что у мужа больное сердце и ему нужно лечь в стационар, чтобы подлечиться. Но он отказался, попросил выписать лечение на дом. Завтра Нине на работу, но ее тревожило состояние мужа, стал замкнутым и все больше лежал. После работы заскочила домой, проведывала своих детей и побежала к мужу. Из квартиры слышались возбужденные голоса. Зайдя в квартиру, Нина глазам своим не поверила, за столом сидели муж, еще один алкаш и Колька.

— Боря, что это такое, зачем ты их в дом притащил. И Колька, он сделал тебе столько зла, а ты опять пустил его к себе. Что, снова будете квартиру пропивать, — но муж молчал, он был уже пьяный. А ну-ка выметайтесь отсюда, вставайте и уходите.

— Кто ты такая, Сергеевич, здесь хозяин!

— Я законная жена ему, если ты не забыл.

— Какая ты ему жена, тоже из-за квартиры решила его охмурить. Он не жилец, это мы все знаем, поэтому и имеем виды на его имущество.

— Почему это он не жилец, у него все нормально со здоровьем, мы в больницу ходили. Это вы ему не даете лечиться, уходи, Колька, и чтобы я тебя здесь больше не видела.

— Не уйду, ты здесь не хозяйка, я может быть, здесь ночевать буду.

— Я тебе сейчас ночую, — Нина схватила сковороду и вполсилы стукнула Кольку по руке.

— Ты что делаешь, больно, руку отбила, пойду, побои снимать и тебя посадят.

— Меня посадят, но и тебя не будет, я тебя порешу, — она погналась за убегающим Колькой. Закрыла на запор дверь, села к столу и заплакала. Вот выходит, каков ее муженек. Терпит какое-то время, потом снова срывается. Она налила полстакана водки, из бутылки, стоявшей на столе, и залпом выпила. Видно, не будет у нее хорошей жизни, размечталась, не для нее она. Всю ночь не сомкнула глаз, а к утру забылась тяжелым сном. Открыла глаза, села на кровать, что-то мужа не слышно, он обычно рано встает. А его и нет, он уже улизнул из дома, где теперь его искать. Но вчерашняя троица сидела около соседнего подъезда, Борис, как всегда сильно пьяный.

— Колька, тебе вчера не урок был, перестань спаивать мужа, именно ты его втянул в очередную пьянку.

— У него, что у самого головы нет на плечах, не захотел, не пил бы.

— Характер у него такой, куда ветер дунет, туда его и понесет.

— Пойдем, Боря, встать можешь?

— Без меня ты его не дотащишь, раз, два, взяли, пойдем потихоньку. Если хочешь правду знать, это он меня нашел и попросил принести выпивку.

— У него денег нет, я специально не даю их ему в руки, чтобы не было соблазна.

— Он мне дал на бутылку, а бутылку я принес, вчера на столе почти половина бутылки осталась, а сегодня мы ничего не нашли.

— Вчера я с горя выпила, думала, он пить совсем перестал, но это оказалось не так.

— Он пьет и не закусывает, а это плохо, организм его слабеет.

— Да ему не то, что пить, ему совсем ничего делать нельзя. Сердце у него больное, изношенное.

— Тем более, Нина, ты ему не запрещай пить, ему так легче боль переносить.

— Так ведь умрет же, а он не совсем и старый, жить бы, да жить. Колька, по-человечески прошу, не приходи к нему, не спаивай.

— К вам не приду, ты дерешься, того и гляди убьешь, а если встречу его, налью, потому что он мой друг. Я у него уже попросил прощение за дочь, это они с женой меня настроили, квартиру даром им захотелось.

— У Бори есть две дочери, вот им квартира и достанется после его смерти.

— Ой, что это я говорю, будто он помирать собрался.

Уложив мужа на кровать, Нина затеяла уборку и стирку. Уйдешь с головой в работу, и все плохое уходит на задний план. Борис просыпался, просил воды и опять засыпал. Что это его сегодня разморило на сон, обычно он встает и идет искать выпивку. Сейчас ей на работу в ночь, она не будет будить его, проснется, еда на плите. Лишь бы с алкашами снова не связался, завтра она попробует уговорить его лечь в больницу. Там его подлечат, и он забудет про выпивку. Утром забежала домой, там один Алеша, тоже, только со смены пришел, сейчас спать ляжет. Она рада, что у детей все хорошо в жизни сложилось. Они, конечно, не идеал, бывают и выпивки, но пьют по немного и сами себя берут в руки. А может быть, жены хорошие попались, держат их крепко в руках. Так и нужно, нечего распускать их, а вот в Борисе нет ни силы, ни воли, живут вместе, а он где-то далеко от нее, в другом мире. Был разговорчивым, заботливым мужем, а перед запоем вдруг замкнулся в себе. Видимо, тянет его водка, не может он жить без нее, одним словом, алкоголизм, это тяжелая штука. Она открыла дверь своим ключом, в квартире тишина, позвала мужа, он не откликается. Лежит, отвернувшись к стене, опять с мужиками лакал водку. Она начала его трясти, перевернула на спину и увидела, что он мертвый, вокруг губ посинело, и тело уже окоченело. Нина закричала, прибежала соседка, вызвали скорую помощь и милицию. Смерть наступила в десять часов вечера, он всю ночь пролежал уже мертвый. Еще до его смерти она перебирала документы и наткнулась на адрес жены в Белоруссии, рядом был записан номер телефона. Нина позвонила, и спросила, с кем она разговаривает, Борис Сергеевич умер.

— Это его старшая дочь, а вы кто ему будете?

— Я его жена, меня Ниной зовут, вы на похороны приедете, а то мы вас ждать будем?

— Нет, не ждите, хороните, у нас нет таких денег, чтобы по за границам кататься.

— У вашего отца осталась квартира, и вам нужно все равно приехать сюда, чтобы оформить ее на себя.

— Мы отказываемся, вы его жена, пусть вам все достанется.

— А мама ваша? Может быть, она захочет приехать на похороны?

— Она болеет сильно, прикована к постели, как бабушка когда-то.

— А бабушка ваша жива?

— Ее уже давно нет, мы тогда еще маленькими были, она умерла сразу после уезда отца. Всего хорошего, хотя это вряд ли, у вас горе.

— Вот как получается, у нас горе, а у них его и нет. Прав был Борис, жена его и не любила, буквально после его отъезда умерла теща, так что же ее держало там. Она просто избавилась от Бориса, так зачем тогда замуж выходила, детей рожала? Богачи, какие, даже квартира им не нужна. Хорошо, что Борис не слышит всего этого, он и умер с любовью к ним, она это чувствовала. Жил тут, среди нас, а в мыслях был далеко, в Белоруссии, среди своих любимых и родных. На похороны пришла сестра Валя, и они сидели вдвоем всю ночь около тела, но теперь уже Нининого мужа.

— Пожили мы с ним совсем немного, два года всего, и то, это была борьба, то с алкашами, то за квартиру.

— Кому достанется квартира, ты звонила его родственникам?

— Родители его давно умерли, он один был в семье, мать больная была. А семья в Белоруссии, отказалась дочь от квартиры, она не стоит их затрат на поездку. Так что выходит мне достанется, больше некому, я его законная жена. Мы говорили с ним об этом, пока он был жив, он сразу мне сказал, что квартира будет моей. Но я решила по-своему и хотела отдать ее детям, но им она не нужна.

— Вот и хорошо, теперь вы все с жилплощадью, отдай свою квартиру сыну, тем более у них скоро пополнение будет.

— Я так и сделаю, а эту квартиру после моей смерти получит Денис, я на него завещание напишу. Ты как живешь, не заходишь, далеко живем друг от друга.

— После смерти мужа никак не приду в себя, Светлана приезжала, оформила квартиру, сейчас выставила ее на продажу. Зять меня перевез домой, везде хорошо, а дома лучше. Я недавно видела Павла, он так постарел, спросила его, как живет, говорит, что плохо. Не хозяин он дома, не туда сел, не там встал, и не только жена командует им, но и сын. По сути, он им и не нужен, а идти ему некуда, просил, чтобы я его приняла обратно. Говорю, сколько лет уже прошло, когда молодыми были, я ему не нужна была. А когда ему плохо стало, так сразу и про меня вспомнил и о детях спросил. Нет, я никогда не прощу его, так ему и нужно, не одному ему издеваться над людьми.