Чтение онлайн

Артем лишь растерянно пожал плечами. Вот ведь, прихотью судьбы вознесло на самые верха. Из сельской больнички — к особам, близким к самому государю!

Кстати, еще одна особа имелась… Тоже, из самых верхов…

— Леонид, здесь есть телефонный аппарат?

— Конечно! Ммм… жжж… — куратор быстро дожевал пышку. — Говорю — в секретариате и в ординаторской.

— Я могу позвонить?

— Прошу, Иван Палыч! Пожалте…

Куратор лично проводил доктора в небольшое, вытянутое в длину, помещение. Изящные диванчики в стиле рококо, такого же типа столик, ширма с японским рисунком… А вот топчан — обычный, такой же, как и в Зарном! Наверное, именно на таком уколы делать сподручнее. Ничто не отвлекает.

— Вот!

Следа от дверей, на круглом столике, сверкал черным эбонитом и хромом изящный телефонный аппарат — настоящее произведение искусства. Рядом приткнулось резное полукресло…

Поблагодарив Иванькова, молодой человек уселся в кресло и, сняв трубку, покрутил ручку аппарата.

— Телефонная станция! — отозвался звонкий девичий голосок.

— Здравствуйте! Девушка… мне, пожалуйста, номер…

Вытащив из кармана бумажку, доктор продиктовал номер.

— Улица Гороховая, дом… Квартира господина Свидерского? — уточнила телефонная барышня.

— Да, да! Так.

— Соединяю…

Похоже, трубку взял лакей. Выслушав, вежливо попросил подождать.

Иван Палыч ждал минуту три. В трубке слышались чьи-то отдаленные голоса, музыка… А вот и шаги! Шелест…

И нежный голосок:

— Да! Алё, алё! Слушаю…

— Антонина Аркадьевна? — на всякий случай уточнил доктор.

— Да, это я. Говорите!

— Вас беспокоит э… по поручению вашей подруги…

— А, Ксюшечка! — собеседница явно обрадовалась. — Да-да, она телефонировала, предупреждала… Давайте встретимся в бистро! На Екатерининском, у Казанского… Там такой чудесный французский кафе-шантан, «Le Ange Jaune» — «Желтый Ангел»… Знаете?

— Найду!

— Вот туда и подъезжайте. До встречи, любезнейший господин доктор!

Как лучше добраться до места встречи, молодой человек уточнил у куратора.

— Правда, мне еще надо сначала домой… ну, на Сенную…

— Домой мы вас доставим, — приложив руку к сердцу, заверил Леонид. — А оттуда недалеко. Раньше могли бы поехать на автобусе за девять копеек. Остановка как раз напротив вашей парадной. Увы, линия закрылись давно… Война.

Забежав на квартиру, немного отдохнул — время позволяло — и, прихватив заветную баночку — выскочил на улицу, ловить «лихача» или даже, черт с ним, «ваньку». Рядом, у булочной собрался народ: интеллигентного вида мужчины в котелках и пальто, дамы в изящных шубках, но без излишеств. Средний класс. Впрочем, вот подошли и двое парней вполне рабочего вида — в картузах и полушубках.

Никто не молчал, все о чем-то говорили, видать многие здесь были хорошими знакомыми.

— Вы были вчера на премьере? О, это шарман!

— Знаете, вчера закрылась моя любимая кондитерская! Там, на Большой Морской.

— Так что вы хотите — война! Скоро все закроется…

— Говорят, что…

— А вот в газетах пишут…

— Господа, как вам Милюков? Опять ведь учудил в Думе!

— О, господа! Мне кажется, господин Керенский способен куда как на большее, нежели господин Милюков!

— А вы слышали, что Распутин…

— Извозчик! Э-эй!

— Куда изволите, барин?

Доктор назвал адрес. Погнали…

Сойдя у Казанского, Иван Палыч повернул направо и, немного прошагав вдоль канала, обнаружил искомое кафе. «Le Ange Jaune» — «Желтый Ангел».

Совсем рядом с Банковским мостиком.

До встречи еще оставалось время, и Артем с удовольствием прогулялся до Невского. К вечеру распогодилось — ветер почти утих, потеплело, за пеленой нежно-палевых облаков угадывалось скромное петербуржское солнце.

Конечно же, молодой человек устроился к кафе пораньше. Заказал газету и кофе. Сделал горячий глоток, а вот газету развернуть не успел.

— Иван… Павлович?

К столику подошла очаровательная девушка лет двадцати, в узкой длинной юбке и приталенном модном пальто с меховым воротом. Ярко-голубые глаза, изящная прическа, вуаль, зимняя шапочка с синим пером и брошью.

— Да, я… — вскочив, неуклюже поклонился доктор. — А вы — Антонина Ар…

— Тсс! — присаживаясь за столик, девушка приложила палец к губам. — Не надо говорить лишнего. Мы ведь с вами друг друга узнали.

— Что угодно мадемуазель? — неслышно подкрался официант.

— Гм… — барышня наморщила лобик. — Пожалуй, чашку шоколада… и пышки!

Так вот она какая — фрейлина! — восхищался про себя Иван Палыч. Придворная дама. Знатная из знатнейших. Особа, приближенная к императору… точнее — к императрице! Ох, доктор, доктор — куда же тебя занесло? Смотри, не опали перья!

Официант принес шоколад.

— Знаете, что? — повернула голову фрейлина. — А принесите еще и мадеры! Что-то зябко.

Доктор про себя присвистнул. Зябко ей! Мадеры! Ого.

— Прошу, мадемуазель!

Кивнув, барышня сделала глоток… зажмурилась… и неожиданно улыбнулась:

— Мадеру — это Он меня пить научил. Мой друг… Впрочем, не только мой, но и… — барышня закатила очи к потолку. Намек был вполне прозрачен.

После второго глотка, Антонина Аркадьевна оживилась, а после третьего уже болтала, не хуже той же Аглаи! Смеялась, и все больше расспрашивала о Ксении — как она да что?

— А жених у нее есть? Вы видели? Да ну, не может быть, чтоб не было! Вы, Иван Павлович, не хитрите, горите, как есть! Что-что? Как, говорите, фамилия? Штольц… Из остзейских баронов… Не Бог весть, что… но, для Ксюшки… И все же — надо б проверить! Ксюша такая наивная! Всегда была такой…

Так же легко они и расстались. Баночку с вареньем доктор все же не забыл передать.

— Мерси! Знаете, что? — прощаясь, улыбнулась фрейлина. — Вы мне телефонируйте завтра. Где-то после трех. Номер вы знаете.

Все последующее утро Иван Палыч вновь провел в госпитале. На этот раз набирался ума сам — присутствовал при осмотре больных, на операциях.

В три часа позвонил.

— Ах, доктор! Я едва дождалась!

Трубку взяла сама фрейлина, и голос ее был весьма взволнован.

— Срочно приезжайте на Гороховую, дом… Это недалеко…

— А что случилось-то?

— Вас хочет видеть один… человек… Ему рассказал о вас доктор Бадмаев. Ничему не удивляйтесь и ничего не бойтесь! Вы — со мной…

Нечего сказать — утешила… Однако, что за тайны Мадридского двора начались?

Снова извозчик…

— Поехали, барин!

Антонина ждала на углу, нервно кусая губы.

— Приехали? Хорошо. Идемте. Вот этот дом… В подворотню…

Двор-колодец. Полутемный подъезд. Какие-то сомнительные личности вдруг принялись кланяться фрейлине.