Обожествление
Шрифт:
– Хм, вы ждали нас? – удивился Филипп, выгнув бровь.
– Конечно, – усмехнулся Корнелий, – товарищ Швитский предсказал ваш приезд.
Филипп с сомнением взглянул на своего друга.
– Он действительно мог, – кивнул Вейж, отвечая на его немой вопрос.
– Тогда вы знаете, что привело нас сюда? – спросил Филипп.
– Вам нужно в кремль, – произнес Корнелий, разворачиваясь, затем он крикнул, – всем вернуться на свои посты!
Толпа начал расходиться. Филипп и Вейж двинули коней к Корнелию. В этот момент к ним подошла женщина в красном пеплосе.
– Ксантиппа, проводи наших гостей, – обратился к ней Корнелий.
– Конечно, – улыбнулась женщина и запрыгнула на жеребца, подведенного стражей.
Филипп и Вейж молча следовали за ней, проезжая поля и деревни на пути в город. Они не могли не отметить про себя, что жизнь здесь ничем не отличается от того, что происходит у них. Здесь также сеют пшеницу, выращивают картошку, разводят кур и овец. Коровы мычат, а козы блеют. Мир за стенами Кровавой секты не превращался в свою извращенную версию, как рассказывала пропаганда Совета.
– Я встречалась с твоим сыном, Филипп, – произнесла Ксантиппа, нарушая всеобщее молчание.
– Правда? И где же? – архонт не обратил внимания на неучтивость женщины, решив, что диким коммунистам можно это простить.
– В Тартаре, – улыбнулась Ксантиппа, – тогда товарищ Стендаль помог ему добыть сущность крови белого тигра, которая требовалось для исцеления его души.
– Так и знал, что именно там Александр исцелился! – хлопнул себя по бедру Филипп.
– Получается, вы помогли ему? – задал Вейж вопрос, на который знал ответ. Он задал его для Филиппа, чтобы тот лучше воспринял коммунистов.
– Мы всегда помогаем тем, кто нуждается в помощи, – улыбнулась Ксантиппа, но в ее улыбке было что-то лукавое, – кроме того, без исцеления Александра, нам было не сбежать Тартара.
– Вы помогли ему, он помог вам, – кивнул Филипп, понимая такую логику.
– Надеюсь, вы докажите ваши слова делом, – сказал Вейж, – Александру вновь нужна помощь.
– Так я и думала, – вздохнула Ксантиппа, став серьезной, – зачем еще бы к нам пожаловали столь влиятельные фигуры?
– Кровавая секта готова помочь? – спросил Филипп, пытаясь скрыть в голосе надежду.
– Это решение принимаю не я, – пожала плечами Ксантиппа, – посмотрим, что скажет председатель. Но я уверена, что все будет хорошо.
Наконец троица проехала еще одни ворота и оказалась в Новом Краснограде, столице Кровавой секты. Город этот поражал своим великолепием ничуть не меньше, чем величественные города империи Симдов или Солнечной республики.
В Новом Краснограде проживало полтора миллиона разумных. Этот город стал домом для множества людей и зверей, даже жители Океана здесь чувствовали себя свободно. Если взглянуть на Новый Красноград с высоты птичьего полета, то он напоминает треугольник, две стороны которого ограничены морем.
Со всех сторон город окружают стены, укрепленные сотнями формаций и высокими башнями. В Новом Краснограде нет реки, и посему пресную воду подают по акведукам, сооруженным из камня и кирпича. Имеется и подземная канализация. Акведуки выводят воду в мраморные бассейны, откуда ее распределяют жителям. Если бы не сила практиков, у города были бы проблемы с пресной водой, но эта участь минула столицу Кровавой секты.
Внутри городских стен Новый Красноград поражает своим разнообразием. Здесь стоят как простые лачуги, так и многоэтажные дома, а также особняки с виноградниками. Поначалу в городе все жили примерно одинаково, но с ростом торговли и приездом разумных с Океана все стало меняться. Богатеи выстраивали себе роскошные усадьбы, а беднякам доставалась место в общественных многоквартирных домах. Несмотря на ощутимую разницу в условиях жизни, в Новом Краснограде хотя бы решили жилищный вопрос, бездомных тут не было.
Филипп с Вейжом ехали по мощенным мрамором улицам, по-гелиоски обстроенных портиками. В них можно было укрыться от непогоды и в них же размещались всевозможные лавки. Видя это, Филипп усмехнулся.
В городе имелся, разумеется, ипподром – главное развлечение жителей Нового Краснограда. Тут болели за команды желтых и черных. А также театры, в которых игрались комедии и трагедии.
В центре города была площадь Великого вождя. Площадь украшалась статуями, которые изображали героев коммуны. Здесь были и могучие члены Семи смертных грехов, правда, лицо Гордыни скрывала маска, и сам Дьявол. Но скульпторы не забыли и о менее известных героях. С луком в руках здесь возвышалась статуя Владимира Виста, героя, защищавшего коммуну до последнего и Диониса, великого инженера.
Но главным украшением площади была колонна, на которой изобразили простую жизнь: стада, пасущиеся на полях, птицы, летающие в небесах, и сельские работы смертных.
Имелась и другая площадь, называемая площадью Свободы. На ней также стояло много статуй: Дьявол на мраморной колеснице, распростертый на земле Серафим Рассекатель, фениксы, драконы и многие герои. На этой площади находился и крупнейший в городе рынок, где можно было купить все, что угодно, за исключением рабов.
Взирая на великолепие Нового Краснограда, Филипп не мог не отметить про себя, что город прекрасен. И совсем не похож на то, что он себе представлял. Ксантиппа с легкой усмешкой покосилась на него, видя его удивление.
– А ты думал, что здесь нет жизни?
– Ну… – кашлянул Филипп, – хоть я и понимал, что это неразумно, но все же меня с детства учили, что коммунисты живут в нищете, что они порочны и… прямо на улицах сношаются. А я вижу улыбки, слышу смех и не могу не отметить прекрасную архитектуру.
– Сношаются на улицах? – улыбнулась Ксантиппа. – Публичные оргии у нас проводятся в третий день каждого месяца.
– А? – Филипп открыл рот от удивления.
– Каждый ребенок с двенадцати принимает в ней участие. Ох, и скучала я по этой традиции, – продолжая улыбаться, проговорила Ксантиппа, а затем громко рассмеялась.
– Ха-ха, – Филипп весело расхохотался, – я почти поверил.
– Не так страшен коммунист, как его малюют, – поддержал смех друга Вейж.
Проезжая по широким и чистым улицам, Филипп и Вейж с удивлением отметили, что в Новом Краснограде свободно расхаживают морские жители.
– Вы действительно придерживаетесь принципа всеобщего равенства, – хмыкнул Филипп.
– А чем жители Океана хуже нас? – усмехнулась Ксантиппа.
– Они варвары, – пожал плечами Филипп.
– Ты слишком плохо их знаешь, – покачала головой Ксантиппа, – их культура ничем не уступает нашей. А цивилизация даже старше.
– Пф, посмотрим, – фыркнул Филипп.
– Смотрите, – улыбнулась Ксантиппа, широко разводя руки, – мы процветаем. Совету не удалось изолировать нас от мира, и именно жители морей помогли нам создать такое великолепие.
– Теперь понятно, – кивнул Вейж, – пусть никто с континента и не торговал с вами и не вел никаких дел, Океан предоставил вам новых партнеров.
Стоит сказать, что Филиппа и Вейжа заинтересовали гордо расхаживающие по городу практики, облаченные в доспехи на манер гелиосских. У них был неизвестный штандарт, который удивил Филиппа – могучее древо, позади которого сияет Солнце, распространяя свои лучи во все стороны.