Чтение онлайн

Обуздание желания поесть, полакомиться – это начальный этап обучения в самоопределении. Тут закладывается основа умения достойно и неслучайно реагировать на весь комплекс других назойливых импульсов. В нашем организме вырабатывается, так сказать, благородная традиция, согласно которой разум для того нам и дан, чтобы повелевать нашими чувствами. Поэтому наиболее эффективное противодействие всем сильным аффектам и страстям, например, гневу – это тоже упражнения в элементарном умении отказывать себе. Простейшая физическая аскеза имеет огромное значение, прежде всего как предварительная ступень и предварительное упражнение перед более трудными преодолениями. Кто, ничего не добившись в низшей сфере, остается рабом простейших физических позывов, тот не сможет продвинуться к той истинной самодисциплине, в которой проявляется окончательное завершение внутреннего образования. Нет на свете мастера, у которого за плечами не было бы такого этапа ученичества.

Многие думают, что сдержанность важна лишь по отношению к примитивным инстинктам и страстям. Но мало кто думает о том, что и высшие наклонности и побуждения требуют, по крайней мере, такой же дисциплины и контроля. На картинах старых мастеров на верхнем слое облаков изображены неисчислимые сонмы коленопреклоненных Ангелов, славящих Господа Бога. Суть этого в том, что и добрые духи должны служить высшей правде. Если Ангелы отступятся от Бога, то провалятся во тьму, ведь демоны считались падшими ангелами, ангелами-отступниками. Сколько путаницы и смятения возникло просто из-за неконтролируемого сочувствия, необузданной фантазии, бездумного патриотизма и неудержимого восторга! Как часто одаренные люди, безоглядно отдаваясь всем своим затеям и склонностям, кончали полным разрушением своих духовных сил! Как часто глубоко чувствующие женщины, не умея обуздать переполняющие их эмоции, попадали в беду! В богатстве порядок и дисциплина еще важнее, чем в бедности!

Платон как-то сказал: «В Лакедемоне больше истинной философии, чем где бы то ни было в мире». Он понимал под подлинной философией ту дисциплину, которая подчиняет все единичное важнейшему и высшему, придавая всей жизни по-человечески возвышенный стиль. Такую упорядочивающую строгость он считал совершенно необходимой как раз для многосторонне одаренных людей. Воля – начало дорическое, душа – ионическое. На ионический дух и ионическую утонченность нужна дорическая строгость, чтобы сохранить здоровье. Платон отмечает в своих «Диалогах» замечательное действие такой строгости даже во вдохновении. А это, пожалуй, самый изысканный плод осмотрительного самовоспитания!

И, наконец, есть еще социальная аскеза – воздержанность по отношению к нашим социальным побуждениям, имеющая фундаментальное значение для формирования характера. Нужно осознанно и планомерно упражняться в устойчивости по отношению к уговорам приятелей. Причем не только когда речь идет о том, чтобы выпить, погулять и тому подобном, а время от времени и при совершенно безобидных предложениях – лишь для того, чтобы с большей твердостью противостоять назойливым уговорам и быть неуязвимым для насмешек и пренебрежения. Если ты, неважно почему, решил не участвовать в каком-то пикнике или празднестве, то потом уже не позволяй себя уговорить. Такая твердость со временем принесет тебе уважение и настоящую дружбу, несмотря на первое раздражение; ведь кто тверд в таких мелочах, тот возбуждает уверенность в том, что и в более серьезных ситуациях он не даст поколебать себя ни в ту, ни в другую сторону.

Упражнения в энергии сдерживания необычайно важны и для развития энергии действия. Кто хочет совершить что-то определенное, тот должен все свои силы сконцентрировать на одной цели. Поэтому он должен решительно противостоять всем мешающим ему или распыляющим его силы раздражителям. Ему придется отказаться от многих радостей, многих притязаний, от какой бы то ни было болтовни, противопоставив своим собственным склонностям и интересам строжайший контроль. Множество богато одаренных людей с недюжинной энергией не добиваются в жизни ничего путного только потому, что им незнакома аскеза – сдержанность по отношению к своим переменчивым идеям, по отношению к тысячам желаний окружающих людей, распыляющих их силы. Тогда наша деятельность как активная работа воли очень скоро превращается в заурядную суету – пассивное следование всевозможным притязаниям и импульсам. В этом отношении большой город таит в себе большую опасность для развития воли, и только люди очень сильные в «сопротивлении соблазнам» в состоянии сохранить здесь энергию действия в полном масштабе. Чрезмерная жалость и общительность, честолюбие, суетность, постоянное желание рассеяться и всем угодить – все эти тенденции характера могут стать роковыми для развития воли у жителя большого города, если только он не осознает всей их опасности и не начнет по-настоящему тренировать в себе непоколебимую твердость по отношению ко все возрастающим притязаниям многочисленных знакомых, корпоративных объединений и прочей рутине большого города.

Правильно говорят, что все упражнения в укреплении силы воли ничего не стоят, если укрепленная воля не поставлена на службу высшим целям. Что проку в самой крепкой воле, если она направлена не на те цели, если она устремлена не на созидание, а на разрушение? Что толку в самом большом упорстве, если оно обращено на возведение «вавилонской башни»? Чтобы действительно сформировать волю, недостаточно того, чтобы энергия стала сильнее, подвижнее, точнее. Прежде всего нужно сделать так, чтобы воля очистилась в своих побуждениях, освободилась от связи с грубыми инстинктами и устремилась к возвышенным целям. Как раз мужская воля в своем натиске предрасположена к тому, чтобы разорвать связь с утонченными силами души, потому что кажется, будто от этого энергия становится свободнее и действеннее. А на самом деле воля, оторвавшаяся от высших сил, неизбежно становится добычей низших сил, теряя тем самым прочную власть над самой собой, пробуждая и в остальных все дикие и непредсказуемые силы. Сама по себе энергия без социальной культуры к тому же еще и неэкономна, потому что раскалывает силы, которым нужно действовать сообща.

Гёте во второй части «Фауста» показал трагизм той бесцеремонной кипучей энергии, которая, заключив союз с темными силами жизни, видит, что из-за этого дело всей ее собственной жизни поставлено под вопрос. Чтобы быть действительно творческой и созидательной, мужская воля должна заключить союз с вечно женственным началом – с тем провидческим сочувствием и той утонченной культурой совести, которые воплощены в идеале женщины.

Как некогда рыцарь-христианин готов был положить все силы на то, чтобы с мечом в руках отвоевать Святой Грааль, так и всякая деятельная воля должна решительно подчинить себя идеалу высшей любви. Только тогда наша воля отделится от грубых сил органической природы, а простая и грубая мужественность возвысится до рыцарства.

Но не говорил ли еще Гамлет, что совесть делает человека трусливым? А разве любовь не парализует мощь и решительность наших действий? Разве целенаправленная энергия не всегда идет рука об руку с бесцеремонностью?

Это правда, что чем выше наши идеалы, чем тоньше наши ощущения, тем больше вещей, от которых мы должны отказываться. Тогда, даже если мы стараемся для других, служим обществу, мы не имеем права пользоваться средствами, с помощью которых грубая энергия укорачивает и облегчает путь. Насколько быстрее можно было бы уладить некоторые проблемы, если легко смотреть на ложь, неверность, грубость или даже разрушенную человеческую жизнь?

Но разве неправда, что слепая и лишенная совести энергия в конце концов всегда отравляет и разрушает жизнь тех, кто доверился ей? И не сама ли жизнь рано или поздно в клочья разносит то, что было достигнуто с помощью такой энергии? И в чем, как не в совести, заключена вся санитария и гигиена человеческой энергии? Совесть – это наиболее последовательное освобождение этой энергии от всех взрывных сил, всех разрушительных тенденций и вместе с тем ее полнейшая гармонизация со всеми реалиями человеческой жизни. А разве совесть – это не напоминание о том, что в царстве душ ничего нельзя построить с помощью чисто механических сил, что здесь нужно использовать другую и более тонкую «энергетику»? И, в конце концов, разве неправда, что всякая бессовестная энергия несет в себе скрытую слабость, а наша сила воли сохраняет способность к преодолению и упорство лишь благодаря связи с высшими силами души? Чем ниже слои органической жизни, из которых исходит наша энергия, тем скорее плоды ее трудов вновь распадаются на те низменные части, из которых они вышли.

На самом деле в сложной и многогранной человеческой жизни нет ничего важнее, чем не судить об удачах и неудачах по их сиюминутным и поверхностным последствиям. И если мы никогда не будем жертвовать нашим лучшим «я» ради сиюминутного успеха, если мы всегда и последовательно будем сочетать энергию нашей воли с высшей жизнью, то можем быть уверены, что где-то и когда-то проявится ее созидательное действие. Во всяком случае, в нас крепко сидит лучшее, доброе начало, и это самое главное для каждого, кто не хочет, чтобы плоды его трудов истребили моль и ржа! [5]

Чтобы действительно сформировать волю в этом отношении, недостаточно четкого осознания всей бесплодности простой неочищенной и необразованной силы воли. Необходимо еще и кропотливое самовоспитание в малом, а также, особенно для сильного темперамента, упражнение в утонченной тактичности и в любви-служении. «Твердый как алмаз и нежный как сердце матери» – вот девиз совершенного формирования внутреннего человека, оставленный нам одним из педагогов XVII века. Поэтому абсолютно неправильно рассматривать простые силовые упражнения как единственную задачу формирования мужчины. Гимнастика воли и физические упражнения, конечно, необходимы. Но в полной мере неоценимыми как раз для сильных молодых людей были бы еще и работа братом милосердия, помощь по хозяйству (немощным людям), работа с бездомными – и вообще использование всех ситуаций, позволяющих очистить и оформить силу благодаря милосердию. Аккуратное обхождение со скатертями, стаканами, чашками и одеждой, вежливость и рыцарство в обхождении с людьми – очень действенные средства такого воспитания. И если выше мы говорили о пунктуальности как средстве формирования непоколебимой решительности, то сейчас добавим, что тут предоставляется замечательная возможность соединить твердость и тонкость, силу и нежность, вместо того чтобы просто сметать все препятствия на своем пути. Поспешать любя так же важно, как поспешать медленно.