Чтение онлайн

– Да, а ведь и точно, – с удрученным вздохом выпалил враз погрустневший прапорщик, начинавший понимать, что день сегодня затянется, – видеонаблюдение есть, но вот только… – заметил он с небольшой надеждой, – его сейчас дома, наверное, нет: он человек занятой – частный предприниматель! – находится в постоянных разъездах, и в деревне его обычно «днем с огнем не отыщешь».

– Хорошо, – ни на грамм не поверила въедливая брюнетка, со свежими силами готовая работать вплоть «до полной победы», или, другими словами, до раскрытия первого преступления, – сейчас мы твои слова проверим, и если они подтвердятся, то спокойно – с чувством исполненного долга! – отсюда уедем; а пока, Палыч, извини, мы не отработали самое ответственное мероприятие… тем паче, – она вновь указала на особняк ухоженным пальчиком, – гляди-ка: там освещение в окнах горит, – на улице уже начинало темнеть, – а значит, внутри непременно кто-нибудь есть, и мы обязательно с ним побеседуем.

– Логично, – нехотя согласился более зрелый сотрудник.

На продолжительные, настойчивые звонки, осуществляемые в домофон, установленный снаружи выдвижных железных ворот, открывать вышел лично владелец коттеджа; он оказался директором регионального отделения фирмы «РУССТРОЙ» и представился Самородковым Андреем Юрьевичем. Как и обычно, первым делом пытливая девушка принялась въедливо его рассматривать и смогла выделить следующие основные особенности: мужчина достиг тридцатипятилетнего возраста, чуть-чуть «не дорос» до высокого роста, телосложением сравнивался с ее напарником, но отличался черными волосами, уложенными аккуратной прической, зачесанной строго назад, и карими глазами, темными и для постороннего взгляда непроницаемыми; одетым он оказался, вопреки домашнему обиходу, в отутюженные серую рубашку и стильные темно-синие брюки.

– Чем могу служить внутренним органам? – поступил от него шутливый вопрос, заданный дружелюбным тоном; по-видимому, на чрезмерную назойливость он либо не обратил внимание, либо сразу же вошел в непростое, если не сложное положение, справедливо предположив, что по незначительным пустякам его беспокоить не будут, либо (что наиболее вероятно) был сражен несравненной красотой, отличавшей очаровательную участковую, побеспокоившую его немного в неурочное время.

– Простите, – начала Шарагина с обычного извинения, едва все формальности с представлением оказались улажены, – но в деревне совершено серьезное преступление, и нам потребуется Ваша гражданская сознательность и частная помощь – какая? – что ж, перейду сразу к делу: у Вас видеокамеры записывают?

– Да, – представительный мужчина немного напрягся, ожидая завуалированного подвоха, – записи хватает на пятьсот гигабайт – это примерно неделя… так какой, вы говорите, вас период интересует?

– Я пока ничего еще не сказала, – возразила ему Владислава, но, быстро сообразив, что к ней обратились с простым и незамысловатым вопросом, мгновенно поправилась: – Нас сильно заботит сегодняшний промежуток времени, оказавшийся между десятью и одиннадцатью часами – сможем мы его просмотреть?

– Безусловно, – облегченно выдохнул частный предприниматель, скорее всего замешанный в чем-то противоправном (по крайней мере так подумалось сообразительной девушке), – чем смогу, тем в общем-то помогу. Прошу проследовать в дом, – он изобразил характерный жест, указывавший, что почитаемым гостям необходимо следовать впереди.

Очутившись внутри, кареглазая брюнетка отметила, что внутреннее убранство является изысканным и шикарным, соответствующим статусу директора столь значимой фирмы; особо она отметила, что стены были оббиты лакированной, фигурной доской, что потолок являлся подвесным, исключительно белым, что полы устилались ровным и гладким паркетом, практически не имевшим видимых стыков, и что обстановка выглядела самой современной и, несомненно, предполагавшей значительные капиталовложения. Самородков провел посетителей на второй этаж, где у него располагалась отдельная комната (как он ее назвал, техническая каморка), и предъявил для ознакомления сохранившиеся видеофайлы; здесь можно еще сказать, что в электронных нововведениях, установленных в особняке, он разбирался неважно, причем, для того чтобы осуществить немедленный просмотр, даже намеревался вызвать из города закрепленного за аппаратурой специалиста; но возможность подключить профессионала ему не представилась: взглянув на удрученного Палыча и сообразив, что в предложенном случае время расследования чрезвычайно затянется, Слава приняло ответственное решение и согласилась разобраться с просмотром сама, что называется, лично. Молодая девушка, она, естественно, в той или иной мере знакомилась со всеми новинками промышленного прогресса и сумела справиться с возложенной на себя задачей в течении каких-то семи минут, а еще через пятнадцать, в ходе ускоренной перемотки, обнаружила требуемый фрагмент, передававший продвижение коварной воровки. Увеличив найденное изображение, она смогла выделить расплывчатый вид незнакомой женщины, светловолосой и невысокой, достигшей возраста лет, наверное, тридцати шести и одетой в черную шубу – описанные старушкой приметы совпадали полностью и зафиксированное фото перекочевало в простенький смартфон «Samsung», принадлежавший великолепной красотке.

– Готово! – воскликнула усердная участковая, проверяя, что нужный файл сохранился, и начиная собираться на выход. – Вот теперь, с чувством исполненного долга, как не скажет один мой новый знакомый, можно отправляться «на базу». Спасибо, Андрей Юрьевич, – обращалась она уже к хозяину, как раз входившему в техническую каморку (всё время просмотра он занимался личными, хозяйственными делами), – Вы нам очень помогли. Я очень надеюсь, что и впредь мы с Вами продолжим активно сотрудничать – вот возьмите мою карточку, – она протянула владельцу особняка заранее заготовленную визитку, – и звоните мне по любому поводу, но только, – она спохватилась, заметив в сказанных словах неслужебную подоплеку, – касающемуся оперативной работы.

Далее, они напрямую обменялись номерами телефоном, занесли их в смартфоны (гостья – в дешевый «Samsung», владелец особняка – в дорогущий, современный «iFhone») и полицейские, сопровождаемые услужливым директором «РУССТРОЯ», вышли на улицу. Вежливо попрощавшись, блюстители порядка отправились обратной дорогой.

– Кстати, Палыч, – обратилась участковая к помощнику, когда они уже выехали за пределы деревни, – а ты случайно не обратил внимание, что на голове у цыганской мошенницы надет парик, то есть, мало того что она, по твоему утверждению, приехала непонятно откуда, так она еще и старается активно маскироваться?

– Нет, – честно признался ей Алексеев, весь период, пошедший на ознакомление с видеоаппаратурой, проскучавший сидя на стуле и всеми силами старавшийся побороть нежеланную, неожиданно подступившую, дрёму, – единственное, о чем я могу с точностью утверждать, что она явилась со стороны заводы, значит, машина ее ожидала либо где-то у проходной, либо на противоположном краю, чтобы сразу же ехать прочь, устремляясь к границе соседнего региона; между прочим, от деревни Котасово она располагается на удалении всего полутора километров… Но с чего ты взяла?! Я сейчас про поддельные волосы…

– Поверь, я девушка, – заверила восхитительная брюнетка, испытывая чувство гордости и немного выпячивая вперед несравненную, бесподобную грудь (к сожалению мужчины, прикрытую толстым, утепленным бушлатом), – и в подобных вещах хорошо разбираюсь; словом, не сомневайся, у обманутой жертвы она была в парике. Другой вопрос, – посчитав, что рабочие моменты выяснены, она переключилась к насущным проблемам, личным и казавшимся не менее важными, – Беляев мне пояснил, что якобы ты покажешь мне дом, где я впоследствии буду жить – это правда?

– Хм? – ненадолго задумался Палыч, словно что-то прикидывая. – Он ничего такого не говорил, но, полагаю, предполагал избушку-развалюшку, где недавно жил райковский участковый, – имелось в виду прикомандированный, – и которая, после его слишком быстрого бегства, какое-то время пустует; да, скорее всего, он выделил тебе именно ее, потому что других у нас попросту нету. Приедем на место – покажу; но мне почему-то кажется, что она тебе не очень понравится, – невольно его взгляд скользнул по превосходному маникюру, затем по нежной коже, а следом по шикарной прическе, – такой эффектной даме не к лицу проживать в неприглядном… пристанище, – он хотел сказать «бомжатнике», но, как следует подумав, благоразумно поостерегся.

– Там что-то не так? – сразу же поинтересовалась впечатлительная красотка, непроизвольно поморщив остренький, лисий носик. – Слишком загажено?

– Нет, но все-таки… – запинаясь и не представляя, как получше объяснить, ответил водитель, когда машина уже въезжала в пределы поселка, – сама скоро увидишь.

В течении следующих пяти минут они неспешно добрались до полицейского участка, однако останавливаться у него не стали, а проехали еще двести метров и встали напротив неказистого одноэтажного домика, крытого железной обшарпанной крышей и огороженного дощатым забором, покосившимся, а местами и вовсе отсутствовавшим. Проведя жгучую брюнетку через хиленькую калитку, Алексеев остановился перед деревянным крыльцом и достал из-под приступков огромный железный ключ, после чего неприятно заскрежетал им в старенькой, проржавевшей личине – и вот в конце концов они оказались во внутренних помещениях. Первым, что бросилось в глаза любопытной красавице, было полное соответствие общим особенностям деревенских конструкций, то есть в ее будущее жилище можно было попасть, минуя «холодный коридор», где по левую руку располагалась еще и терраска, а по правую – простенький туалет. Как и во всех аналогичных постройках, новоиспеченная хозяйка попала сначала на кухню и с огромным неудовольствием заключила, что морозный воздух, оказавшийся внутри, едва ли чем отличается от оставшегося снаружи.