Чтение онлайн

– Бывший участковый установил электрический котел, но, пока в избушке никто не жил, по понятным мотивам я его не включал, – как будто бы извиняясь, внес ясность помощник. – Между тем он у него достаточно мощный и нагреет помещения за час, как максимум, полтора.

– Тогда включай уже его поскорее, а заодно объясни, как им следует пользоваться, брр! – непривыкшая девушка машинально вздрогнула и передернулась всем своим восхитительным телом. – Странное дело, видимо, прежний жилец не сильно баловал себя комфортабельной обстановкой, – делилась она впечатлениями, осматривая непривлекательное убранство, – значит, хлипкий стол, пара табуреток, допотопный холодильник и электроплитка «Мечта» стоит на кухне; вполне сносная кровать, застеленная, по-моему, свежим бельем, платяной шкаф, письменный стол, металлический, прочный стул – это в единственной комнате… что ж, не густо, но и не пусто. Послу-у-шай, Палыч, – обращаясь к напарнику, блистательная красотка интригующе растянула первое слово, – а не выделишь ли ты мне чистый комплект постельного белья: на здешнем спать я все-таки не рискну.

– Без проблем! – воскликнул он с торопливой готовностью, но следом, немного смутившись, добавил: – Если, конечно, жена, прознав, кому оно предназначено, не окажется против. В общем, ты тут, Слава, пока обустраивайся, – говорил старший прапорщик, нажимая включатель электро-котла; досказывал же он начатую фразу, когда уже направлялся на выход: – В любом случае я вернусь, заодно захвачу чего-нибудь к ужину.

– Приезжай в участок! – послышался мелодичный окрик, когда убывавший мужчина одной ногой очутился уже за порогом. – Мне необходимо закончить одно несложное, но чрезвычайно важное дело.

Пока напарник отсутствовал, Шарагина пешком проследовала в поселковое отделение (благо по ходу дела она позаботилась обзавестись вторым комплектом ключей), когда же тот вернулся, усердно работала на компьютере, установленном в другом кабинете (смежном тому, где при знакомстве находился помощник), и распечатывала только что составленные ориентировки, в которых особый упор делался на цыганскую национальность и наличие у преступницы светловолосого парика.

– Всё, я закончила, – отчиталась старательная девушка, принимая от второго сотрудника свеженькую постельку и незамысловатые съестные припасы, «пожертвованные» сердобольной супругой, мысленно убежденной, что она собирает ужин скромному, еще не обжившемуся парню, но никак уж не бесподобной, умелой красавице, – теперь можно отправиться по домам… кста-а-ти, Палыч, а ты ведь на машине поедешь? – последовал утвердительный кивок головой. – Тогда сделай доброе дело, развешай по людным местам штук десять аншлагов, – и она протянула ему небольшую пачку отпечатанных на принтере расплывчатых фотографий, где внизу значился «кричавший текст», передавший основные приметы и убедительные предупреждения.

Засим они в тот день и расстались.

***

– Ты спишь? – услышала Владислава вопрос, прорывавшийся сквозь динамик мобильника, едва подняла смартфон с табуретки, установленной рядом с кроватью, и прислонила его к небольшому, аккуратному уху; несложно понять, что час был поздний и что она давно уже находилась в новой постели.

– Уже нет, – разочарованная девушка ответила несколько недовольным голосом: ей снился приятный, сказочный сон, а его беззастенчиво и беспардонно прервали, – ты чего, Палыч, звонишь – ты, вообще, на время смотрел?!

– Давай поднимайся, – в свою очередь помощник говорил короткими, отрывистыми, но очень понятными фразами, – у нас происшествие… якобы стреляют из автоматов… возьми с собой «пистик»… на сборы пятнадцать минут… всё, жди – я скоро подъеду.

«Хорошо еще сейчас темень, и можно не краситься, – первое, о чем разбуженная красавица подумала, взглянув на часы и определив, что стрелки приближаются к двум часам ночи, – надо только «по-быстренькому» умыться, причесаться, собраться и можно двигать в дорогу: я и так превосходно выгляжу, – все же она не смогла удержаться, чтобы не глянуть в миниатюрное зеркальце, прикрепленное в папке [да, перед первым опасным выездом кареглазая брюнетка думала совсем не о том, что с ней может случиться чего-нибудь нехорошее, и даже трагическое; нет, больше всего ее заботило, как в момент сурового, сложного испытания она сумеет себя преподать (впрочем, как и любая из представительниц прекрасного пола)], – что он там говорил? Ага, обязательно захватить с собой пистолет, хотя, если честно, в «развалившемся сарае» я бы его и без напоминания ни за что не оставила – пусть даже и в металлическом сейфе! – она подумала про железный ящик, прочно прикрученный к полу и расположенный прямо у нее под кроватью. – Ну что, с момента звонка прошло всего семь минут, а я уже полностью собрана, – шептала сотрудница, помещая табельное оружие в уставную кобуру, крепившуюся к широкому поясу, – осталось, единственное, надеть теплый бушлат, меховую папаху и дождаться приезда Палыча». Едва она подумала о напарнике, как с улицы послышался характерный звуковой сигнал, похожий на громкое кряканье. «А ведь сказал, что пятнадцать минут, – посетовала приятно удивленная девушка, накидывая теплую куртку и направляясь на выход, – сам же уложился за десять, – дальше последовала фраза уже немного шутливая, – вот и верь после этого людям».

– Чего там, Палыч, случилось? – любознательная участковая попыталась дознаться сразу же, едва уселась в машину; лишь сейчас она поняла, что значительно разволновалась и начинает немного подрагивать. – Ты вроде обмолвился, мол, «стреляют из автоматов»?..

– По крайней мере так мне поведал дежурный, – честно признался водитель, выводя транспортное средство на основную дорогу (служебное жилье находилось чуть в стороне), – он позвонил и, особо не вдаваясь в подробности, передал, что ему «отзвонился» какой-то аноним и женским голосом сообщил, будто бы в деревни Милошево пьяные придурки учинили автоматическую стрельбу. По сути, на отработку столь сложного вызова надлежало бы запросить подкрепление – что я, не сомневайся, и сделал – но оказалось, что все свободные сотрудники, дежурящие в Райкове, находятся на срочном задании, по их мнению, много более важном и, конечно, существенном; короче, территория наша, а значит, при любых условиях отрабатывать происшествие нам, а не кому-то другому.

– А если, скажем, там целое войско? – продолжала допытываться Шарагина, ощущая, что нервная дрожь становиться интенсивнее, и пытаясь в ходе разговора немного отвлечься.

Ее напарник, видимо, придерживался того же самого направления мыслей, поэтому не отнекивался, а раскладывал предполагаемую ситуацию по-простецки, охотно:

– Поэтому сразу же в пекло мы не полезем, а вначале проведем небольшую разведку, проясним возникшую ситуации – и вот уже впоследствии, убедившись, что справимся либо наоборот, примем правильное решение, подходящее для существующей обстановки.

В дальнейшем они подробно спланировали предстоявшую операцию и, не доезжая до нужного населенного пункта примерно с полкилометра, оставили служебный автомобиль на обочине, а сами отправились по дороге пешком, обнажив огнестрельное оружие и пристально вглядываясь в непроницаемую белесую мглу (на улице моросил легкий снежок, что значительно сокращало дальнюю видимость). Выстрелов в округе не слышалось, в результате чего на окраины они входили уже более-менее успокоенные, то есть уверенные в собственных силах и готовые к активной борьбе.

– Куда идти? – прошептала участковая, стараясь говорить как можно тише и махая свободной рукой вдоль трассы.

– В конец Дорожной улицы, – обозначил старослужащий помощник необходимое направление и называя присвоенное название, – там есть один интересный домик, в котором живут местные отморозки – кроме них, поверь, здесь и чудить-то некому, потому что живут разве одни престарелые бабки да еле ходячие старички. Пойдем не по тропке, – перешел он к разработке тактической процедуры, – дабы нас не разглядели в окошки и не закрылись на все установленные запоры – придется немного пролезть по сугробам, чтобы сохранить внезапность появления и невидимость приближения. Всё, пошли спускаться… сейчас декабрь – снега нанесло немного, а значит, серьезно мы «утонем».

Выполняя предложенную рекомендацию, поступившую от опытного прапорщика, ближайшие сослуживцы неторопливо спустились с обочины и, погружаясь в сугробы практически по колено, стали медленно приближаться к обветшалой постройке, одиноко стоящей на самом отшибе. Территория оказалась не огорожена и через пять минут принужденного хода полицейские очутились возле входной двери, висевшей, единственное, на нижней навеске и раскрытой широко, полностью нараспашку; они стали внимательно вслушиваться. Изнутри доносились полупьяные голоса, чем-то напоминавшие непонятное «бу-бу-бу».

– Что будем делать? – продолжая говорить вполголоса, осведомилась Шарагина у более компетентного старослужащего.

– Как что? – неподдельно удивился второй полицейский, выпучивая бездонные, голубые глазищи. – Резко врываемся, берем всех, кто окажется внутри, на прицел, если видим оружие, то сразу же конфискуем – чего непонятного?

– А как же незаконное проникновение в жилище, – не унималась юридически подкованная участковая, поднаторевшая в теоретическом праве, – разве мы можем поступиться с законом?