Чтение онлайн

После смерти Петра, султан Ахмет III, соблюдая договор, не отрицал, в отличие от Западной Европы, императорского достоинства Екатерины I, а затем и внука Петра I — Петра II. Но в 1730 г., когда Петр II умер «от перемежающейся лихорадки», янычары свергли Ахмета III, а поставленный ими новый султан Махмуд I отказался признать императорский титул пришедшей к власти в России Анны Иоанновны и последовавшей через десять лет за ней Анны Леопольдовны, почему они никогда и не именовались официально «Анна I» и «Анна II». Елизавета Петровна, «дщерь Петрова», не воевавшая с Турцией, стала более или менее «общепризнанной» императрицей только в 40-х годах XVIII в., когда ее титул признали, наконец, Англия, Франция, Австрия и Испания. Польшу заставила признать свой титул лишь Екатерина II уже в 1764 г., когда ее войска стояли в Пруссии, а на польский трон она посадила своего фаворита Понятовского.

Но полноправной императрицей, полностью независимой от Турции, сделал Екатерину II только разгром российскими войсками под командованием П. А. Румянцева турецкой армии под Рябой Могилой, Ларгой и Кагулом в 1770 г. с одновременным разгромом турецкого флота в Чесменской бухте, с которых начались стремительные черноморские завоевания Российской империи. Это предопределило и дальнейшую военную экспансию Российской империи в Сибирь, когда, после разгрома войск Пугачева Суворовым в 1775 г., присоединения Крыма в 1783 г., потемкинских и суворовских побед в русско-турецкой войне 1787–1791 гг., и определилась, наконец, Российская империя в своих южных и восточных границах, а после последующего окончательного раздела Польши в 1793 г. — и в западных.

С учетом вышесказанного, история «освоения» как Сибири, так и Юга России предстает совершенно в другом свете, нежели это трактуется традиционно.

Московия Михаила Романова была достаточно куцым образованием, ограниченным в южной части, по сути, нынешним Золотым Кольцом России: в частности, на западе Тверью, на юго-западе Вязьмой и Можайском, на юге и юго-востоке Каширой и Коломной, на востоке — Нижним Новгородом. Кроме отдаленных Англии, Нидерландов и Персии, избрание Михаила Романова на царство другие государства либо вообще не признали, в частности: Польша-Литва (Речь Посполита), Крымское ханство и Османская империя в целом, либо проигнорировали (например, Франция, Венеция, Дания). Вена, как столица Священной (Римской) империи, была заинтересована в Московии исключительно как в неком потенциальном союзнике против турок.

При этом и в Вене, и в Москве, и в Османской империи нанимали на военную службу казаков — профессиональное сословие бывшей единой империи (Великой Орды = Византии). Нанятые казаки, подчинявшиеся приказам из Москвы, назывались «царским войском», т. е. были «хорошими казаками», не подчинявшиеся же — «разбойниками». Аналогичное двойственное отношение к казакам было и в Вене, и в Стамбуле. В России такое двойственное отношение гражданской власти к казачеству сохраняется и до сих пор.

Утверждение вышеупомянутого «Исторического календаря», что в 1633 г. к Московии была присоединена «вся Сибирь до Камчатки», как и нынешняя официальная дата присоединения Камчатки (1697 г.) — ложь: Сибирь до второй половины XVIII в. по-прежнему считала Москву столицей Белой Руси, т. е. Ордынской столицей, а не столицей романовых, захвативших власть в Москве. Никаким указам из Москвы в Сибири не подчинялся никто, кроме московских посланников в «острогах», а сил и средств на завоевание не то что Сибири, а даже Заволжья у романовых еще не было. Им для этого еще предстояло завоевать Черноземную Россию и Причерноморье.

Весь XVII в. романовы якобы воевали с «Польшей», т. е. реально с Белой Русью = Литвой, в своей же историографии часть этой войны они отнесли в XVI в. как войну Ивана Грозного с «Литвой». В борьбе с Польшей-«Литвой» активно использовался мотив борьбы за православие против «униатов». И Москва, и Варшава безуспешно пытались либо единолично покорить Белую Русь = Литву (т. е. Ордынскую «Древнюю Русь»), либо разделить ее между собой. Московско-варшавские распри из-за дележа Белой Руси закончились со смертью Сигизмунда III (1632 г.) и Великого государя и патриарха Филарета (1633 г.) Поляновским миром 1634 г., по которому граница между романовской Московией и ордынской Белой Русью — Литвой проходила с северо-запада на юго-восток по линии Псков — Вязьма — Можайск — Коломна и далее вниз по Оке до Нижнего. Романовы сначала пытались привлечь на свою сторону ордынское казачество при молчаливом попустительстве общего сюзерена — Османской империи, главным объектом военных действий которой была католическая Европа. В частности, казаки гетмана Остраницы в 1638 контролировали земли от Чугуева (нынешняя Харьковская область) до Азова, включая Ногайский шлях от Рязани до Нижней Волги, что в романовской истории описано как создание «засечной черты от Ахтырки (под нынешним Харьковом) до Уфы».

Эта была граница кратковременного союза Белая Русь — Московия с Крымской и Ногайской Ордами, конторолируемая при этом не Москвой, а казаками Белой Руси: Ахтырка (Ак-Тырь, т. е. Белая Башня) — Белгород — Уфа (Белатырь, т. е. та же Белая Башня). Союз Москвы с казаками просуществовал очень недолго: в частности, казаки гетмана Остраницы «ушли из Московии», т. е. отказались подчиняться Москве. Например, после крепостнического Соборного Уложения (1649 г.) в 1655 г. «бело-русские» (т. е. ордынские) казаки выгнали московского воеводу из построенного в 1647 г. поселка Царёв-Алексеев, а поселок переименовали в Новый Оскол, поскольку он был расположен неподалеку от ордынского Старого Оскола (известен с 1593 г.) и т. д.

Далее последовал опять-таки кратковременный союз Москвы с гетманом Левобережной Украины Хмельницким, который потом в Москве обозвали «присоединеним Малороссии», а в советское время — «воссоединением Украины с Россией».

В результате умелой политической игры видного московского политика Афанасия Ордина– Нащокина (т. е. Нащокина-Ордынского) на противоречиях внутри казацкой вольницы, а также за счет привлечения наемников и перестройки армии на регулярный лад, романовым в результате практически непрерывных войн с Белой Русью в 1638–1676 гг. удалось прирезать к Московии на юго-западе Смоленские и Новгород-Северские земли, а на юге и юго-востоке — нынешние заокские Тульские и Рязанские и Калугу.

Романовы пытались застолбить и территорию современных Воронежской и Тамбовской областей и взять под контроль Ногайский шлях. Тамбов считается основанным романовыми в 1636 г., а юго-восточная пограничная крепость Пенза (это еще даже не Поволжье!) — в 1663 г. Между тем на зарубежных картах доекатерининского времени никаких Тамбова и Пензы и близко нет. Недаром гениальный Пушкин, говоря о событиях середины XVIII в., писал, что «Тамбов на карте генеральной кружком отмечен не всегда». Романовские же крепости Данков (в нынешней Рязанской обл.), Воронежец и Синбирск, якобы тогда существовавшие, на карте 1706 г. отмечены как разрушенные. Зато рядом, в Мордовии, в том же 1706 г. отмечен не только старинный г. Темников на р. Мокша (с 1536 г., известен производством бумаги), но и г. Инсерат (с 1641 г.) на р. Инсар, переименованный при Екатерине II в Саранск.

Между тем мордовский Инсерат по-еврейски называется Насерат, т. е., по-русски, Назарет. Это — очаг средневекового иудаизма в России (не следует путать иудеев XVI–XVII вв. с «древними евреями», т. е. армянами!). Название финно-волжской народности мордва означает «последователи Мардохея», т. е. главного «книжника» — хранителя Библиотеки-Вавилона Мардука (Мордухая). Два близкородственных языка мордвы, мокша и эрзя, отражают две разновидности населения Руси: мокша (она же Мокошь, т. е. Москва — последователи Мосоха-Моисея) — это просто обозначение городского населения (греческий языковый аналог мокши — кафаревуса) и эрзя, т. е., на языке идиш, Рейзя, т. е. Русь, т. е. сельское население (греческий языковый аналог эрзя — димотика, см. также статью «Древнее народонаселение Европы и его правители»). Именно поэтому существуют мордовская и нижегородская деревни с потрясающим названием «Хананеевка», т. е. место, где живут хананеи, т. е. земля ханаанская, т. е. земля Иоанна = Хана, сиречь земля русская, т. е. Земля Обетованная!

Именно при Елизавете началось, а при Екатерине II стало постоянным политическим методом «великое переселение» народов, например: половину жителей нижегородской деревни Хананеевки переселили в Мордовию — на землю обетованную, через овраг от мордовской деревни, так и появилась вторая Хананеевка. А рядом с русскими деревнями аналогично появлялись деревни переселенцев из Германии — например, в той же новозавоеванной симбирской земле деревня Юрманки (т. е. Германки). Да и теперь этнически русские иудеи — переселенцы из д. Ильинка после развала СССР лузгают привозные семечки в благоустроенной резервации в центре современного Иерусалима.

Местность в Поволжье, где живут мари, мордва и чуваши в XVI–XVIII вв. была не менее почитаемым центром религиозного поклонения, чем Кааба в Мекке, поскольку и туда, видимо, упали осколки крупного метеорита — «бел-горюч Алатырь– камень» из русских былин и сказаний. Этот алтарь-алатырь (т. е. «божий камень») и дал название двум одноименным городам и реке Алатырь, притоку Суры. (Тех, то родом с Суры, называли Ас-суры, иначе айсоры, т. е. ассирийцы). Нынешний поселок Васильсурск (известен с 1523 г.) был царским городом: он так и назван на зарубежных картах — Васильгород, как и Чебоксары, который назывался Саба-чар, или Саба-цар (фр. Sabaczar, он же Шепушкар, он же Савский Царь). Название г. Йошкар-Ола означает «Старый бог», Искер-Алла. Официальное название народа мари в Российской империи до 1918 г. «черемисы» означает «чародеи, колдуны, волхвы» (ср. также г. Чермоз в Пермской обл.).