Чтение онлайн

– Из-за тебя я потеряла ребенка.

– Ну не из-за меня, а из-за удара об стену, поэтому это не будет браться во внимание.

– Я ненавижу тебя, слышишь, - я стиснула, зубы, чтоб сдержать их дрожь.

– И ты должна помнить, что жизнь твоей дочери в моих руках, так что подумай хорошо и не делай глупостей, до суда есть еще время, чтоб все исправить.
– Лебедев посмотрел на меня и серьезно проговорил слова, в которые до сих пор верил, - Знай Лиличка, я все равно очень тебя люблю, и мы обязательно будем вместе, - в ярости прошипел он.

– Ты сумасшедший!
– но он уже не слышал, его шаги отдавались эхом в пустом коридоре больницы.

Глава 7

Меня внезапно окружила темнота, а сердце сковал страх. Где я? Черные тени, притаившиеся в углах, готовы были выскочить и растерзать, но не это меня пугало. Случилось страшное, я не могла найти ее, самое дорогое, самое ценное, самое родное. Холод насквозь пронизывал мое тело, обдувая леденящим душу ветром, вызывая на коже озноб. Мне обязательно нужно найти ее! Но зловещая тишина не предвещала ничего хорошего, и невидимые глаза, молча за мной наблюдая, смеясь над мои страхом, заставляли то и дело судорожно вздрагивать и оборачиваться при малейшем шорохе.

– Тори, Тори!
– закричала я, безутешно мечась по неизвестным лабиринтам улиц.
– Верни мне ее, слышишь, верни!

Ничего в этот момент так не страшило, как мертвая тишина, разящая своей пустотой и безысходностью. Этого не могло случиться! Но все же случилось: он забрал ее.

Я снова бежала, боясь, что если остановлюсь, то уже никогда не найду того, кого ищу. Что-то цеплялось за ноги, словно чьи-то неведомые руки не пускали меня, пытаясь задержать, пока он уносил Мою драгоценность.

– Верни мне ее!
– вновь неистово закричала я. Но я была словно рыба, выброшенная на берег: судорожно открывала рот, а из уст не вылетало ни звука.

Как же это страшно!

Я опять бежала, так быстро, как только могла, но с ужасом осознавала, что стою на месте, а находящаяся впереди тень, удаляется все дальше и дальше, унося от меня мою девочку. Паника нахлынула на меня с новой силой, будто накинули пакет, который не давал мне дышать, стягиваясь вокруг головы.

Я должна найти ее! Господи, я должна догнать его и защитить ее!

А потом тишину пронзил детский крик, пронизанный страхом, болью и мольбой. Он мог принадлежать только той, к которой я так отчаянно стремилась.

– Тори! – из глаз ручьем хлынули горячие слезы, но тут же превратились в хрустальные льдинки, разбивающиеся на тысячи кристалликов оземь.
– Тори!

Я резко села на кровати и открыла глаза, прогоняя прочь страшный сон. Быстро отыскав глазами доченьку, спокойно посапывавшую рядом со мной, я успокоилась. Дрожащей рукой убрала прилипшую к лицу прядь волос и вздрогнула от холода. Моя ночная рубашка была вся мокрая от холодного пота, а тело невольно дрожало от пережитого ночного кошмара.

Мой страх перед Лебедевым воплотился в ночные кошмары, который стали преследовать меня почти каждую ночь. Они были разные, но суть была одна: я искала дочь, и хоть не видела Лебедева, но знала, что именно он отнимает каждую ночь мое самое дорогое существо в этой жизни. Больше всего на свете я боялась, что мой муж причинит боль моей доченьке, и однажды утром, после очередного кошмара я решилась на отчаянный шаг.

– Мама, мне надо срочно уехать, он не оставит нас в покое. Лебедев пообещал, что я больше не увижу свою девочку, понимаешь? Он сделает это, потому что ненавидит Тори, а еще этот псих, утверждает, что любит меня, ну не бред? Он убивал мои чувства раз за разом, когда избивал меня, а теперь угрожает моей доченьке, - срывающимся от волнения голосом говорила я в трубку.

Слезы не останавливались и текли ручьем, решение, которое я приняла, все больше мне казалось правильным и единственным. Мне было горько покидать родной город, оставлять здесь воспоминания, друзей и маму, которая наотрез отказалась уезжать.

Как начать новую жизнь и где? – этот вопрос мучил меня каждую минуту. Но я пообещала себе, что больше ни один мужчина никогда не сможет причинить мне боль. Я поклялась, что моя дочь никогда больше не будет бояться. Я все смогу! Моя девочка будет гордиться своей мамочкой, и дай Бог, Лебедев не сможет нас отыскать.

Эти мысли крутились у меня голове, пока поезд, раскачиваясь, уносил нас от родных мест в неведомое будущее. Тори посапывала, прижавшись к моему боку, словно маленький теплый котеночек. Для моей малышки, которой только недавно исполнилось два годика, это было приключение, она еще не понимала, как кардинально мы изменяем нашу упорядоченную жизнь. Возможно, я обрекаю ее на постоянные бега, ведь Лебедев никогда не оставит нас в покое, он, как борзая, будет вынюхивать свою жертву и так случилось, что этими жертвами стали мы.

Уж не знаю, как удалось это моей маме, но в сумочке у меня лежал новый паспорт и свидетельство о рождении на имена Лилии и Тори Порошиной. Лебедевы бесследно исчезли и больше ничего нас не связывало. Более того, мама позвонила своей давней подруге в Трускавец, и именно туда мы и направлялись. Билеты на поезд покупать мы побоялись, но все та же мама устроили все так, что мы ехали безликие в купе проводницы, хоть нам и пришлось спать на верхней полке.

Как не парадоксально звучит, но я знала лишь, что мы едим в небольшой курортный город в 100 км от Львова, среди покрытых лесом гор - родной край Ивана Франка. Ну и конечно, что основное богатство Трускавца – минеральная вода.

Я еще не думала, что буду делать, когда окажусь на месте, но Зинаида Лысенко - подруга матери, обещала помочь. Наконец я смогу использовать свои знания и диплом юриста, но главное сейчас - это найти жилье, детский сад и, конечно, работу, а там Бог поможет, хотя не так уж он и старался в последнее время.

Поезд резко затормозил и люди высыпали на перрон. Мы с Тори, поблагодарив проводницу, вышли последние. Шум и гам окружил нас со всех сторон, я даже не представляла, что столько желающих, стремятся попасть в этот живописный уголок Украины.

– Лиличка, какая ты стала красавица, а это Тори, боже такая же красавица как ее мамочка, - к нам подбежала маленькая пухленькая женщина лет пятидесяти, волосы слегка посеребрила седина, но ее пышущее здоровьем лицо говорило об энергии, бурлившей в ее хозяйке.

– Зинаида Викторовна?

– Да, деточка, она самая. Я знаю, что ты меня не помнишь, но с твоей мамой мы часто виделись, когда ты была еще малюсенькой, и сейчас не теряем связи, часто переписываемся. Пойдемте мои хорошие, устали с дороги? Ну ничего, Тори, золотце иди к бабушке на ручки, а мамочка понесет ваши сумочки.