Чтение онлайн

Как Эли догадался, что я сбежала? И что еще ему придет в голову? — взволнованно думала девушка.

Хруст ветки заставил ее вздрогнуть и очнуться от тягостных размышлений. Она схватила белье и сделала вид, что занята делом. Через минуту к ней присоединилась Марта Уильямс.

— Я увидела, что ты идешь стирать, и решила, что вдвоем нам будет веселее, — сказала она, вставая у ручья на колени. — Ты сегодня что-то бледная. Нездоровится?

— Да нет… — отозвалась Сара, не поднимая головы.

— Пожалуйста, не волнуйся. Мне можно сказать все. Я видела, что старик заставил тебя работать все утро и даже не пустил на службу.

— Дело не в этом, — возразила Сара, досадуя, что дрожь в ее голосе можно неправильно понять.

Марта смотрела на нее с сочувствием.

— Откуда ты, милая?

— Из Нью-Йорка. — Сара ждала новых вопросов, но оказалось, что для Марты этот вопрос был всего лишь предлогом рассказать о себе.

— А мы из Теннесси, — начала она. — Отправились на Запад, потому что Том боится войны. Он говорит, что с тремя детьми и четвертым на подходе… — Она остановилась и с мечтательной улыбкой похлопала себя по животу. — Том не хочет бросать нас ради того, чтобы служить в армии.

— Никто не станет отправлять на войну молодого отца, — рассеянно ответила Сара. Проблемы Марты ее не трогали: они были слишком далеки от ее собственных.

— На самом деле, — поделилась та, — Том уже давно подумывал о том, чтобы махнуть на Запад. Просто сейчас он может сказать, что заботится о нас и не хочет подвергать опасности.

Женщины закончили стирку и вместе пошли в лагерь. Сара опасалась, что Эли ждет ее возвращения, придумав за это время новые каверзные вопросы, но он только сказал:

— Я натянул между фургонами веревку для белья.

Она бросила на него подозрительный взгляд, и ей показалось, что старик чем-то очень доволен.

— Пока тебя не было, приходили охотники, — сообщил он. — Они принесли полтуши оленя и велели нам зажарить ее на обед.

Сара не нашлась с ответом.

За пределами круга стояло несколько дровяных плит. Владельцы сдавали их напрокат тем, у кого не было собственных, однако Эли предпочитал пользоваться костром и сковородкой.

— Я видел много таких плит, — сказал он, заметив, что Сара смотрит в ту сторону. — Ими устлана вся дорога на Запад.

Это воспоминание вызвало у него улыбку, которая напомнила Саре трещину на кожаном переплете старенькой Библии. Интересно, что сказал бы Эли, если бы услышал это сравнение?

Ей-то как раз казалось, что такие плиты очень пригодились бы переселенцам в их новых домах, но она снова промолчала и помогла Эли соорудить вертел для жарки оленины, а потом почистила картошку и нарезала свежий хлеб. Когда вдали показались Милберн и Райс, у нее полегчало на душе.

Мальчик уселся у фургона. Его волосы были взлохмачены сильнее обычного, щека запачкана колесной мазью; еще одно пятно красовалось на рубашке. Сара с опозданием сообразила, что ее тоже нужно было постирать.

— Вкусно пахнет, Эли, — сказал он.

— Для тебя любая еда вкусно пахнет, — проворчал тот.

Райс повернулся к Саре.

— Если бы Ривер вчера был здесь, он бы не позволил этому Гейнсу провожать вас.

— А тебе какое дело до того, кто провожает Сари? — угрюмо спросил Эли.

Райс не обратил на его слова ни малейшего внимания.

— Мы с мистером Милберном помогали всем проверять фургоны, а Гейнс не дал нам проверить свой. Он…

— Помолчал бы лучше, — буркнул Эли.

— Послушай, он говорит не с тобой, — вмешался Милберн. — Вчера вечером Райс видел Сару с Гейнсом и хочет рассказать ей то, что узнал об этом малом.

— Я и сам не в восторге от этого типа, — проворчал Эли.

— И Риверу он тоже не понравился бы, — стоял на своем Райс. — Он злой, грубый и называет меня никчемным мальчишкой!

Эли взял тонкий нож и потыкал им картошку.

— Я тоже называю тебя никчемным мальчишкой.

— Но он не имеет на это права, — рассудительно ответил Райс.

Милберн засмеялся, снял шляпу и вытер лоб рукавом.

— Пойди умойся, малыш.

— Есть, сэр!

— Я тоже скоро к тебе присоединюсь. Освежусь перед ужином.

Эли посмотрел вслед мальчику, шагавшему к ручью.

— Забавно, что этому щенку хочется заботиться о других. Правда, Пит?

— Что это с тобой сегодня? — удивился тот. — Ты, похоже, в хорошем настроении. Неужели нашел человека, который перечил тебе весь день?

— Иди-иди, — отмахнулся Эли, бросил косой взгляд на Сару и занялся костром.

Пять дней спустя фургоны остановились у реки, самой широкой из всех, что попадались на пути до сих пор.

— Это Большая Голубая, — сказал Саре Райс. Он гордился тем, что может делиться с ней своими познаниями. — Мистер Милберн проверяет, безопасен ли брод. Если бы Ривер был с нами, это была бы его работа.

Когда фургон начал спускаться к воде, Сара вцепилась пальцами в сиденье, но Райс был совершенно спокоен.

— Теперь уже недалеко до перекрестка маршрутов, — сообщил он. — Фургонов много, а травы мало. Мы можем встретить индейцев. — Он с любопытством посмотрел на Сару, ожидая ее реакции. — Но вы можете не волноваться. Здешние индейцы не очень опасны, а к тому времени, когда появятся другие, с нами уже будет Ривер.

Попытка мальчика подбодрить ее заставила Сару улыбнуться.

Когда фургон выбирался на сушу, его снова сильно тряхнуло.

— Райс, ты самый лучший гид, на которого я могла бы рассчитывать. Ты рассказываешь то, о чем все остальные молчат. Наверное, они думают, что я и без них все знаю.

— А я сам узнал это только недавно и понимаю, что вы чувствуете, — сказал он, вспыхнув от похвалы.

— Повторенье — мать ученья? — догадалась Сара.

Райс недовольно сморщил нос, и она рассмеялась.

— Авария! Авария! — обернувшись к каравану, крикнул Милберн.