Чтение онлайн

– Ты догнал меня только потому, что я этого захотел, – через минуту заявляет это маленькое чудовище. – Если бы я не поддался, ты бы меня ни за что не догнал.

Александру неохота спорить. Он уже давно убедился, что каждый раз Виктор придумывает для себя какое-то оправдание.

Александр живет в интернате при Лицейском центре уже вторую неделю.

Лицейский центр – это громадная серая коробка из пенобетона, в тени от нее никогда не тает лед. Центр подключен к автономной системе жизнеобеспечения и обнесен гигантской сферой из пластика, через которую в ясную погоду можно разглядеть огни и строения Ярмоса – самого большого марсианского города. Центр – это несколько десятков этажей с секциями для малолетних негодяев, которые только тем и занимаются, что дерутся друг с дружкой и разрисовывают стены своих комнат-боксов цветными мелками. Старшие Наставники появляются здесь редко, а уж если появляются, то всегда в сопровождении какого-нибудь кибернетического ублюдка или служащего Департамента с парализующей дубинкой в руках. Здесь не так уж и плохо можно устроиться, однако воскресные дни лицеисты предпочитают проводить где-нибудь в другом месте.

Вначале Александр не испытывал никаких чувств по поводу того, что ему пришлось покинуть дом и Мориса на долгих пять месяцев. Но вот прошли первые несколько дней. Любопытство 12-летнего мальчика было отчасти удовлетворено увиденным и услышанным, и Александр вдруг неожиданно для самого себя испытал первый щемящий приступ неподдельной тоски. Словно чугунные шипы неожиданно сжали его маленькое сердце, и с этой болью в груди Александр прожил еще несколько дней. Он понял, наконец, что отец его покинул этот мир навсегда, что маленький лохматый Морис никогда больше не явится к нему ласковым пушистым комочком, а лишь при случае слабо вильнет хвостом, если, конечно, тетка сдержит свое обещание и не отдаст его кому-нибудь. Впервые в жизни Александр почувствовал необходимость как-то устроиться, попробовать восстановить для себя. маленький мир, в котором он рос и жил раньше. Однако он уже догадывался, что уют и защищенность могут подарить только родные стены, и тоска, словно холодный марсианский ветер, обожгла душу мальчика.

Александр был неглупым мальчиком. Он был сильнее многих своих сверстников и запросто мог совершить что-нибудь такое, что могло бы всех восхитить. Но никогда не делал этого, потому что не чувствовал необходимости. Он не проявил должной настойчивости, чтобы с кем-нибудь крепко подружиться, поэтому очень скоро худенького мальчика с пепельными волосами и глазами как у умного зверька просто перестали замечать.

Александр поселился в боксе с Хорьком-Виктором, и они целыми днями занимались тем, что глазели в окно, как другие мальчишки развлекаются с «Кенго-Лиссом» – механическим гибридом антилопы и кенгуру, стараясь усидеть на нем дольше всех, или гоняют в ринг-болл.

Виктор редко выбирался на общий корт, боялся, что над ним будут смеяться за его маленький рост и странную форму туловища. Он целился в сверстников из игрушечного плазменного пистолета и грозился, что в один прекрасный день всех перестреляет. Когда Александр оставлял его одного, Виктор запирал дверь на замок и никому не открывал ее до объявления смены суточного периода.

Группа Александра относилась к «Ночным привидениям» – одной трети всего населения Ярмоса, для которой дневная фаза была установлена после 20 часов всеобщего марсианского времени. «Утренние цветы» к этому времени отходили ко сну, а для «Полуденных листов» начиналось время послеобеденных забав и приключений.

Иногда, правда, Хорек выбирался из своей «норки», чтобы тут же влипнуть в какую-нибудь историю. Для старших ребят в возрасте 13-14 лет маленький коротышка не представлял никакого интереса, но зато сверстники не упускали случая подразнить его или просто толкнуть. Поэтому однажды Виктор всем в отместку расковырял перочинным ножом автоматический контролер секционной системы жизнеобеспечения, так что все обитатели тамошних боксов на целых 6 часов оказались в полной изоляции от остального жилого сектора и даже чуть не замерзли в связи с частичной разгерметизацией секционного защитного блока. Аварию устраняла целая бригада спасателей-андроидов в защитных скафандрах. Они бродили по коридорам как привидения, стараясь собрать детей в одно безопасное место. Ни черта у них с этим не получилось, а один андроид от усердия даже провалился в вентиляционную шахту. Это событие обсуждали потом целых полгода все обитатели Лицейского центра. (Имеется в виду не поломка автоматического контролера, а падение спасателя в главный воздуховод. Андроида оттуда так и не вытащили. Он почти наверняка разбился, и всем хотелось рискнуть забраться в воздуховод, чтобы поживиться его останками).

Ничего бы не случилось, если бы Виктор не разболтал об этом всей группе. Наверное, рассчитывал, что все будут им восхищаться. Но этого не произошло. Ведь все тогда здорово испугались, когда загнулся главный контролер. Никто из ребят не стал ябедничать Наставникам, но Пипетка Стаунтон и двое его друзей решили сами проучить Хорька. Они подкараулили Виктора при входе в учебный сектор и облили его универсальным растворителем с ног до головы. Под общий хохот Хорек лишился почти всей своей одежды и, обозленный, бросился в драку. Он плюнул Пипетке в лицо, да так удачно, что рыжеволосый, веснушчатый и толстый Стаунтон, наверное убил бы его, если бы этому не помешали остальные ребята. Всем ужасно понравилось, как сопли Хорька повисли у Стаунтона прямо на подбородке.

Это событие и послужило началом большой войны между Хорьком и Стаунтоном. Сражения происходили повсюду, бои не прекращались ни на минуту, и если бы в руках у воюющих сторон находилось настоящее оружие – аннигиляционные бомбы и плазменные ружья вместо духовых трубок и водяных пистолетов, – то весь сектор был бы забрызган кровью и завален мертвыми телами. Однако вскоре удача отвернулась от Хорька, так как к Стаунтону присоединились многие другие ребята. Почти все были готовы сделать Виктору какую-нибудь гадость, поэтому Хорек почти все время отсиживался в своем боксе, превращенном в крепость. Он лишь время от времени решался высунуть нос на территорию, захваченную войсками противника. Хорьку пришлось бы совсем туго, если бы Александр присоединился к армии Пипетки. Но Александру было наплевать на все эти дела, поэтому он и соблюдал полный нейтралитет.

Александр ни за что не хотел вмешиваться в эту карусель. Хорек ему тоже порядком надоел своим нытьем и бесконечными придирками, но выступить на стороне более сильного противника, каким без сомнения являлся Стаунтон, было неблагородно и некрасиво.

Виктора ловили на игровом корте и запихивали в мешок с грязной пенообволокой. (В эту штуку заворачиваются перед тем, как отойти ко сну). Пипетка лично мочился в Хорьковый ранец несколько раз. Однажды не-сколько ребят напали на спящего Хорька, вынесли его в лифт и отправили путешествовать по этажам жилого сектора, сменив на нужной ему секции код и номер.

Хорек, правда, в долгу тоже не оставался. Он устраивал своим врагам разные хитроумные ловушки и однажды запер Стаунтона в душевой»на всю ночь. Хотя ему самому доставалось больше. Он не мог справиться с таким количеством врагов в одиночку.

Александр продолжал сохранять строгий нейтралитет, но скоро стало понятно, что оставаться в стороне от «большой политики» – означает потерять уважение всех ребят. Оставалось только решить – за кого драться. Стаунтон снова предложил ему вступить в команду против Хорька. Пипетка требовал, чтобы Александр выкрал у Хорька флик с любимой игрой. (Флик – это запоминающее устройство размером с пуговицу, которое вставляется в терминал, подключенный к индивидуальному процессору, и содержит информацию для индивидуальной обработки или какую-нибудь запрещенную Лицейским Советом игру. Такие флики продаются на каждом углу, некоторые из них стоят баснословно дорого). Александр под умали отказался. Ему было все-таки стыдно что-либо предпринимать против Виктора, с которым они вместе прожили уже какое-то время в одном боксе. Отказ выполнить просьбу Стаунтона явился сигналом к началу кампании против Александра.

Однажды, когда Александр направлялся в душевую после разминки с «Кенго-Лиссом», к нему подошли Пипетка Стаунтон и два его телохранителя.

– Привет, хорьковый Прилипала! Как дела? У тебя дерьмо к ногам прилипло,– беги быстрее умываться! – крикнул Стаунтон, и все кругом засмеялись.

Александр промолчал и хотел пройти мимо, но Пипетка Стаунтон ударил его по заднице своей клюшкой от мини-гольфа, которую таскал с собой все время, опасаясь Хорьковых козней. Обидчиков было трое, и в другой ситуации Александр предпочел бы с ними не связываться. Но он догадался, что Пипетка все равно подкараулит его на обратном пути, поэтому драки не избежать. Александр сразу же стал плеваться и попытался отнять у рыжего толстяка его клюшку. Один из телохранителей схватил Александра за ноги и опрокинул его на пол.

– Ты споткнулся, хорьковый Прилипала? Тебе понравилась моя клюшка? Хочешь попробовать ее на зубок? Позови Хорька на помощь, он ведь

твой друг.

Александр заметил Виктора, который наблюдал за происходящим сквозь предохранительное стекло в двери бокса и, судя по всему, на помощь спешить не собирался. Любопытные глаза Хорька так и сверкали злорадством.

Александр поднялся с пола и, едва сдерживая слезы, произнес:

– Ты всегда такой храбрый, когда рядом с тобой еще двое? Не хочешь попробовать подраться со мной один на один? Стаунтон рассмеялся: