Чтение онлайн

— Разумная позиция, — похвалил ее Петер. — И тем не менее ты должна знать, с кем будешь иметь дело. Какой-то богатой княгине пришло в голову нанять судно для молодежи из аристократических кругов. В расчете на то, что они тут все перезнакомятся, слюбятся и вскоре войдут в тихую гавань брачных союзов. Вся интрига в том, что никто не может никуда сбежать. Все словно на необитаемом острове. Не остается иного выбора, кроме как флиртовать друг с другом.

Глаза Катарины широко раскрылись от ужаса. Значит, это и есть тот самый лайнер, на котором, по мнению матушки, она должна найти своего принца. А следовательно, ее каюта, согласно билету, которым она не воспользовалась, останется пустой, что, конечно, никуда не годится. Катарина зареклась никогда, ни при каких обстоятельствах никому об этом не говорить. Она принадлежит к персоналу корабля, она простая студентка, которая взяла на каникулы работу, чтобы подзаработать немного денег. Все, баста.

— Ты давно работаешь стюардом? — застенчиво спросила Катарина, переводя разговор на другую тему.

— Я, конечно, не совсем новичок, как ты, — признался Петер. — Это мое третье плавание. В сущности, у меня та же ситуация, что и у тебя: я просто зарабатываю себе на жизнь. Прекрасная возможность для знакомства с другими странами: многие на это тратят кучу денег. Мне нравится такая жизнь. А кроме того, я охотно знакомлюсь с разными интересными людьми.

— Например, с настоящими принцессами, у которых километровые родословные, — сострила Катарина.

Петер засмеялся.

— Для этих людей стюард — пустое место, нуль. В лучшем случае небрежно дадут на чай пятьдесят пфеннигов. Я знаю свое место. Симпатичная и умненькая горничная мне куда милее.

— Ты всегда такой… такой непосредственный? — спросила Катарина.

— Нет-нет, — поспешно ответил Петер с невинным выражением лица. — На самом деле я довольно стеснительный тип. А что делать? Наше плавание длится всего четырнадцать дней. И мне за это короткое время нужно успеть убедить тебя в своих преимуществах.

— Да уж, придется тебе постараться. Кстати, веди же меня к казначею. Если у меня будут какие-то вопросы, можно к тебе обращаться, да?

— Разумеется. А вот, дражайшая Катарина, и дверь в каюту казначея.

— Эта? — спросила она удивленно. — Мы как минимум трижды прошли мимо.

— Точно. Но я иначе не успел бы сказать тебе все, что хотел. И поскольку ты еще плохо знаешь, где что находится, я наш путь немного растянул.

— По причине дикой застенчивости, не так ли?

Он одарил ее настолько простодушным взглядом, что сердиться на него не было никакой возможности.

Петер ей понравился. Понравился его лучистый взгляд и искренняя улыбка, которая добавляла его чертам еще больше привлекательности. И Катарина вдруг подумала, что эти две недели плавания по Балтийскому морю должны быть удивительно чудесными.

Первый день прошел для Катарины чрезвычайно бурно.

Лайнер хоть и был небольшим, однако разобраться во всех его внутренних лабиринтах оказалось не так-то просто. Какие-то бесконечные трапы, лестницы, переходы, коридоры, ряды каютных дверей и даже несколько палуб.

Ее собственная каюта, которую она должна была делить с медсестрой, располагалась внизу, в самой глубокой части корабля. Она оказалась чрезвычайно узенькой, к тому же в ней не было иллюминаторов. Двигатели гудели где-то совсем рядом, буквально за перегородкой, отчего в каюте стояла жуткая жара, хотя с моря и веял свежий прохладный бриз.

«Интересно, какая каюта была забронирована для принцессы Ангербург? Которая теперь пустует, вероятно? Ах, да что об этом думать. Хватит».

Сестра Бетти лишь пожала плечами, когда Катарина спросила ее, почему такие неудобства для персонала.

— На кораблях всегда мало места, — объяснила она. — Все лучшие помещения — прежде всего для пассажиров. Они платят деньги и должны чувствовать себя комфортно. А нам что: только переночевать, все равно мы целый день на ногах.

— Теперь все ясно, — сказала Катарина.

Пока она перетаскивала в смехотворно узкую кладовку свой гардероб, «Людмила» успела лечь на курс. Катарина почувствовала это по качающемуся под ногами полу. Уж не укачивает ли ее? У нее ведь совсем нет штормового опыта: во время пробного плавания море было гладким как зеркало. На этот раз продолжало качать и во время ужина. Видно, чем больше они отдалялись от суши, тем сильнее волновалось море. Катарина обслуживала несколько столов, разнося напитки и вина. Тут с ней и случился конфуз. Два бокала соскользнули с подноса и с легким хлопком разбились о пол. На вечернем цвета морской волны платье молодой графини, начало расплываться пятно красного вина.

— Боже! — возмущенно вскрикнула пострадавшая. — Как вы неловки!

— Не надо сердиться, мадемуазель, — сдержанно ответила Катарина. — Весьма сожалею, но судно внезапно резко качнуло. В прачечной вам быстро ликвидируют пятно.

— Не говорите мне «мадемуазель». Я — графиня, понятно вам? — царственным тоном произнесла молодая дама.

Катарина до боли закусила губу. С каким наслаждением произнесла бы она в эту минуту собственное имя со всеми длинными приставками. Эта молодая графиня точно бы дар речи потеряла. Нет, правда, что, интересно, стало бы с ней, назовись вдруг горничная принцессой фон Ангербург? Однако Катарина тотчас же отбросила эту мысль. Ей абсолютно наплевать на свой титул, и хватит думать об этом.

Мимо проскользнул Петер.

— Смотри в оба! — шепнул он ей. — При неспокойном море бокалы имеют обыкновение спотыкаться. Обольешь еще пару вечерних платьев — высадят в ближайшем порту и отправят домой.

— И тебя бы это нисколько не огорчило? — спросила она.

— Еще как огорчило бы! Пришлось бы высаживаться вместе с тобой. Не оставлять же тебя на произвол судьбы.

— До сих пор я отлично справлялась со всем сама, — сказала Катарина с язвинкой в голосе. — Переживу и пинок судоходной компании.

Старший стюард отозвал обоих в сторону.

— Петер, возьмите на себя пассажиров Катарины, большинство она уже обслужила, так что справитесь. А вы, Катарина, свяжитесь с экскурсионным бюро: надо узнать, какие у них маршруты, и определиться с экскурсоводами по группам.

Катарина послушно передала свой блокнот с заказами коллеге и собралась уходить, но тут Петер вдруг задержал ее.

— Минутку, Катарина, — сказал он, — я не могу разобрать одну вашу запись. Вот здесь, смотрите: это что, «стол восемь» или «стол три»?

— Три, — удивленно ответила Катарина. До сих пор еще никто не упрекал ее, что она пишет неразборчиво. И потом они ведь уже давно с Петером на «ты».

Когда старший стюард удалился из пределов слышимости, Петер шепнул ей:

— Приходи после смены наверх, на прогулочную палубу. Глоток свежего воздуха будет тебе только на пользу.

Она кивнула с улыбкой, но так и не дав никакого ответа, исчезла.

В своей каюте Катарина сменила униформу на привычные джинсы и теплый пуловер. Она знала, что вечерний бриз на море может быть довольно коварным. Бетти, медсестра, удивилась: