Чтение онлайн

Людвиг заулыбался. Честно говоря, я бы предпочел, что бы его с огнестрельным оружием всегда разделяла дверца несгораемого сейфа, но, что имеем, то имеем.

— Есть много пословиц о красоте заключенной в простом, но сила есть только в сложных вещах! Этот револьвер — точная система помогающих друг другу деталей. Курок, боек, барабан, патроны, плотно сидящие в гнездах, они сведены вместе людьми, твердо намеренными выжить. Настоящими людьми! Обязанность всего сущего становится сложнее, эволюционировать. Лонга не стояла, она шла вперед, но слишком медленно, и, если не заключать необходимые союзы, наша гибель в этом мире — неизбежна. Нас съедят, выпьют, — да! — но хотя бы дадут что-то взамен… А мой сын! Вы представляете, на что надеются такие люди как он? На возвращение бесконечного кошмара, лишь бы…

Лефран понял, что начал гнать пургу, и замолчал. Черно-белое лицо, теперь залитое самой красной краской, подергивалось. Старик чуть наклонился вперед и стукнул железкой о край стола.

— Обычно дети насмехаются над пыльными святынями отцов и матерей. Говорят им не лезть в новый мир, и закапывают прошлое вместе с ними. В землю, поглубже. Но мой Люпан так и не вник в естественный ход вещей.

— Он правда убил своего брата? — спросила Хо.

Людвиг быстро взглянул на нее.

— Доказательств не было, но я знаю — да. Да, Лиона убил собственный брат. Ли был старше, он все понимал. Он наследовал цитадель, и при нем Люпан не осмелился бы даже яйцами тряхнуть слишком громко.

— Не понимаю, — признался я. — У вашего средненького какие-то проблемы с башкой? Почему он занял такую позицию? Аделина говорила что-то насчет видения Мерелин…

И вот тут-то Людвига порвало.

— Да шла бы эта ебаная Штормом ведьма себе же в манду! — заорал он срывающимся басом. — Хранительница цитадели Фран, конечно! Скорее разрушительница! Если б она не приносила пользу в прошлом, я бы давно нанял охотников и сжег ее в золу и пепел. Да просто лишил гадину пищи и шторм сделал бы все сам. Сколько раз ей было велено фильтровать то, что она рассказывает. Но это чудовище уже не различает реальность и сны, не понимает с кем и о чем болтает!

— Подышите сеньор, подышите, — сострадательно просил Жермен. — Вам нельзя напрягаться.

Папочка вдруг рассмеялся.

— Помолчи Жер, клянусь Господом. Я не хочу дышать этим воздухом. — Он потер лицо неспокойной рукой. — Вонь засохшего дерьма пропитала каждый угол. Любимая атмосфера моего сыночка и всех предателей: только они и дышат сейчас полной грудью. Рады окунутся в беспредел, который творили их предки. Может и ты полюбил запах беззакония, Жермен?

Тон у Папочки был до того зловещий, что бедняга Жиль прямо-таки сморщился внутрь доспеха.

— Мне очень обидно слышать это, — сказал он. — Вы можете убить меня хоть сейчас, сеньор. Я всегда в полной вашей власти, несмотря на все прогрессивные взгляды.

Людвиг стыдливо отвернулся.

— Я дал обоим сыновьям хорошее образование. Лучшее доступное, — Олива не удержалась и хрюкнула, но Папочка не обратил на это внимания. — Заплатил тенебрийцу-историку за максимально непредвзятую позицию по вопросам колониальных войн, чтобы мальчики хорошо понимали, как устроен мир, и кто в нем настоящие хозяева. Когда отвечаешь за судьбы людей, у тебя не должно быть никаких иллюзий. Эти — сильнее, те — еще сильнее, не вздумай вставать у них на пути.

— И Люпан понял эту информацию по-своему, — догадалась Хо.

— Он с детства терся возле старейших рыцарей и слушал разные небылицы о Лонге. Про драконов, замки, изумрудные леса. Перечитал все книги в библиотеке, почти не вылезал из парка. Заставлял детей всего персонала играть с ним в крестовые походы. Я только посмеивался над его реконструкциями. Однако потом он связался с ортодоксами из Круга и мне стало не до смеха. В одну из своих вылазок в Победу они подрались с тенебрийской молодежью, и я понял, что теряю среднего сына. До меня слишком поздно дошло, что Люпан воспринял силу Тенебрии как вызов, а не повод научится осторожной дипломатии. Я запер его в замке… После этого погиб Лион и у людей начались кошмары. Круг ортодоксов стал расти, ближайшие соратники принялись вести со мной разговоры с хорошо читаемым контекстом. Они намекали, что меняют сторону, и мне тоже — следовало бы. Я не мог поверить, что это Люпан смог оказать на них такое влияние, пока лично не застал собрание Круга в саду. Они почти не прятались, и было их куда больше, чем раньше. Люпан говорил перед ними, и все слушали его как чудо-птицу. В бешенство я велел заковать всех в цепи… Тогда стража впервые не подчинилась мне. Корона моя стала кленовым листом, как это говорится на старой родине.

А потом он заполучил «секретных быков», начал слушать Мерелин и у него окончательно затвердели мозги. Понятно-понятно. Я кашлянул и максимально шумно заерзал у стены. Хо взглянула на меня с негодованием.

В этот момент вернулся палач. Он выглядел все таким же расслабленным, но руки у него были в крови. Буквально.

— Шпионы Круга, сеньор, — сказал он беспечно. — Пока двое.

Папочка с трудом поднялся.

— Самара де Хин, — проговорил он. — Возьми свое оружие.

Меня дважды просить не надо. Я быстренько заграбастал железку и отошел.

— Убей моего сына.

Я уже понял к чему это все идет, но все равно немного обалдел, а поэтому задал самый идиотский вопрос из возможных:

— Это все?

Даже палач посмотрел на меня как на придурка.

— Занять его место не предлагаю, — усмехнулся Папочка. — Жермен расскажет подробности. Либо вы сделаете как я говорю, либо погибнете. Выбора у вас нет, помните об этом. Теперь идите.

Мы вывалились из фургона задумчивыми до невозможности. Хо ругалась вполголоса, Жермен счастливо улыбался, а я пересчитывал патроны в барабане, постоянно сбиваясь на «один». Да вы шутите?

— Жермен, — позвал я. — Вы что, блин, не моги хотя бы патронов мне подкинуть?

Рыцарь помялся.

— К сожалению, мы не располагаем средствами.

— Я тоже, Жермен, я тоже! У меня не было времени пробежаться по черным оружейкам, знаешь ли! — Я выдохнул. — Ладно, какие там у тебя подробности?

Рыцарь снова замялся. Мне становилось смешно. И злобно. Немного смешно и очень злобно.

— А скажите, пожалуйста… Вас когда-нибудь слоили?

Я взвыл.

— Жермен, а что насчет каких-нибудь секретных ходов? А? Или они все заняты совокупляющимися принцессами?

Рыцарь поморгал.

— Я не совсем…

— А что это такое, слоить? — спросила Хо.

— Телепортация для самоубийц, — объяснил я. — Есть нормальные порталы. У нормальных волков! А у всякого отребья — слоение. Тебя перемещают слой за слоем, как лазанью. Сначала кожу, потом жир, мясо, сухожилия и т. д. У нас в армейке так веселились самые отбитые старослужащие.

— А ты?

— Не-а, ни разу.

У меня были более традиционные запросы. Я просто бухал в борделе и прекрасно стравливал пар. Если кому-то не хватает адреналина на смертельном пейнтбольном матче, то этот человек — гарантированный УвБ.

— Если все сделать быстро, вы даже не заметите, как вас слоит, — пообещал Жермен.

— Звучит хуже, чем если б мы продирались через трахающихся принцесс, — прикинула Хо.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду, но, как вы думаете, неужели все может быть настолько просто? Люпан умный фанатик. В Изумрудный сад ведет только один путь и его охраняют лучшие воины. Как и воздушное пространство над кронами.

Я потер лицо.

— А-ха. Люпан не дурак, но не сможет предугадать, что вы бросите нас к нему в лесок? Он ведь знает, что папаша нами интересовался.