Чтение онлайн

Воротилы химической, фармакологической промышленности и агропромышленного сектора подготовили что-то похожее на заговор, что можно сравнить с настоящим геноцидом населения всех стран, реализуя на практике построение общества истребления. Планета и ее основные ресурсы находятся в руках небольшой горстки индивидуумов, самое большее — нескольких десятков. Все это полностью ускользает от внимания широкой публики, от которой это скрывается средствами массовой информации, находящимися под контролем тех же самых личностей или просто-напросто под контролем тех, кто является собственником этих самых СМИ. Что касается рекламы, информации или дезинформации, то во все времена СМИ всегда служили интересам крупного капитала, не позволяя независимым журналистам высказывать свое мнение о тех или иных акциях, или о качестве той или иной продукции.

В структуру этой многонациональной группы входит небольшая организация, перед которой стоит задача завоевать экономическую и политическую власть на всей планете. В ядро этой организации входит 10 человек, деятельность которых щедро финансируется. Это ядро курирует несколько сотен человек, которые были направлены во многие государства нашей планеты и которые, бесспорно, заняли ключевые посты в экономической и политической жизни многих стран. Чтобы облегчить понимание изложенного, достаточно представить себе следующую картину: представьте себе на карте мира огромного спрута, логово которого расположено в США, и исходящие от его тела мощные и очень длинные щупальца, охватившие большую часть индустриальных государств. Каждый из щупалец сжимает один из ключевых секторов национальной экономики, а именно:

• энергетический сектор: нефть, атомную энергетику, морской, воздушный и наземный транспорт;

• химическое производство (удобрения, пестициды, фунгициды, химикаты против сорняков, красители);

• промышленное производство медикаментов, вакцин, косметики;

• производство медицинского оборудования (сканеры, аппараты для эхографии и рентгенографии, кобальтовые бомбы, хирургическое оборудование и т. д.);

• сельскохозяйственный сектор (семенной фонд, удобрения, сельскохозяйственный инвентарь);

• агропромышленный сектор (переработка сельскохозяйственной продукции).

И это не все: множество щупалец этого гигантского спрута охватывает: литературный мир и мир искусства, кинематограф и телевидение, печатные органы — газеты и журналы.

Можно привести много известных имен, которые за хорошую плату используют свою славу в артистическом мире для рекламы на телевидении промышленной продукции низкого качества. Это касается вакцин, пищевых масел, зубной пасты с фтором, которые не впитываются слизистой оболочкой десен.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что лаборатории хорошо научились руководить пагубным процессом постоянного информационного давления на общественное мнение, которому они пытаются внушить, что белое есть черное и наоборот. Для того чтобы капкан окончательно захлопнулся и чтобы иметь возможность совершенно спокойно осуществлять свою черную деятельность, эти предприятия расставляют преданных им людей в крупных банках и международных финансовых структурах. Приведу один из примеров: все знают, что три основных столпа мировой химической и фармацевтической промышленности являются швейцарскими: Sandoz, Ciba Geigy, Hoffmann-La Roche. Разумеется, что швейцарское государство и банки этой страны оказывают им всяческую поддержку и стоят на их стороне в случае проведения различного рода темных махинаций. Швейцарской общественности стали известны потрясающие данные относительно участия банков в работе советов директоров различных химических и фармакологических предприятий. Идет процесс взаимного сращивания огромных административных советов корпораций и банков.

В книге “Власть швейцарских банков” (издательство “ан Актюэль”, 1982) Жан Сонье пишет: “В книге памяти Цюрихского университета приводятся данные переписи числа высоких постов, занимаемых администраторами, директорами и генеральными директорами трех наиболее крупных банков в административных советах химической и фармакологической индустрии за период 1972–1974 гг.: Союз швейцарских банков — 600; Объединение швейцарских банков — 520; Швейцарский кредит — 510. То есть 1630 различных руководящих должностей. Факты подтверждают, что банки контролируют лаборатории, а последние контролируют банки и другие различные организации, которые не имеют ничего общего ни с фармацевтикой, ни с химической продукцией. Становится очевидным, что тот, кто удерживает подобную экономическую власть, имеет значительное, если не сказать тотальное, влияние и на другие сферы, в частности на политическую.

Что касается организации, контролирующей многочисленные многонациональные корпорации, то можно легко себе представить, что благодаря своей финансовой мощи и тайной деятельности в международном продовольственном секторе, она в течение нескольких лет превратилась в наднациональную политическую силу. Именно эту цель и преследовали ее учредители. Таким образом, спрут, который создали эмигранты, выходцы из США, породил чуть ли ни в каждом государстве себе подобных спрутов: французского, швейцарского, немецкого, английского, голландского и т. д., удерживающих ключевые секторы в экономике и политике соответствующих государств.

Следующий пример позволит понять еще одну закономерность — то же, что происходит в химической и фармакологической индустрии, отмечается и в международном продовольственном секторе: шесть многонациональных корпораций делят между собой 90 процентов мирового рынка зерновых. Вот эти шесть многонациональных компаний:

— Cargill (Tradax), учреждена в Миннесоте, 140 филиалов в 36 странах, 30 тыс. служащих, монополия на семена всей кукурузы, выращиваемой в мире;

— Continental American (группа “Fribourg”), офис расположен на Парк Авеню, 277, в Нью-Йорке, филиалы в Гваделупе, Эквадоре, Ливерпуле, Техасе и Пуэрто-Рико;

— Louis Dreyfus занимает третье место в мире, обрабатывает лес в Южной Америке, проводит ирригационные работы на Среднем Востоке, содержит рестораны во Франции, отели в Бразилии, занимается недвижимостью в США;

— Andre (Швейцарская фирма из Женевы);

— Alfred Toepfer — холдинг, специализирующийся на импорте европейских товаров;

— Bunge et Born, по кличке “Спрут”, офис расположен на Авениде де Майо в Буэнос-Айресе. Компанию возглавляют Жорж Барн и Марио Хирш.

— Торговля какао находится в руках двух британских фирм.

— Монополия на сахар сохраняется за четырьмя фирмами; одна из них французская: “Сахар и продовольственные товары”.

Подобно тому, как несколько десятков монополий делят между собой мировой рынок продовольственных товаров, несколько десятков лабораторий и химических предприятий господствуют на рынке здоровья. Bayer, к примеру, господствует в шести секторах индустрии: сельском хозяйстве, общественном питании, фармакологии, промышленном производстве, полимерной продукции, производстве информационной техники. К таким магнатам можно причислить Sanofi и большинство таких трастовых кампаний, как Ciba Geigy, Hoffmann-La Roche, Hoechst и другие.

Создается впечатление, что все население планеты со дня своего рождения и до последних дней своей жизни полностью зависит от деятельности всех этих корпораций.

Хорошо известно, что политические деятели, являясь, как правило, некомпетентными в большинстве областей, если это касается науки и ее практического приложения, окружают себя различными научными экспертами. И, как правило, эти эксперты, составляющие костяк групп поддержки, подчиненных химическим и фармакологическим трастам, всегда выражают интересы своих патронов и никогда не упускают возможности оказать им очередную услугу. Если какой-нибудь опытный политик посчитает, что эксперты не правы и переходят дозволенные границы или пытаются его обмануть, а экспертам об этом становится известно, то тогда в ход пускает все свои рычаги та компания, которой принадлежит эксперт. Она пытается обойти политика всеми возможными незаконными средствами: взятками, не финансированием его избирательной кампании и т. д.; в том случае, если политик пытается упорствовать, траст не гнушается и наглым шантажом. Но не нужно питать иллюзий: как правило, политик поддается влиянию, а если не поддается — порой происходят катастрофы.