Чтение онлайн

Но, прежде чем мы успели последовать за ним, Матео заблокировал двери и повернулся к нам.

— Карлос Алонсо знал тебя, — тихо сказал он. — А я нет. А это значит, что ваша с ним вендетта, должно быть, носила личный характер.

— Почему? — выдохнула Бруклин, усаживаясь рядом и поправляя платье, выглядя при этом как гребаная мечта.

— Потому что я был тем самым существом, которого посылали охотиться на тех, кто перешел дорогу нашей организации, — ответил он. — И если я не ошибаюсь, Джека упекли в «Иден-Хайтс» задолго до того, как я покинул свою гору. Будь его смерть заказана главой картеля, именно меня послали бы отрубить ему голову.

— Маловероятно, — усмехнулся я, и Матео нахмурился.

— Уже целых шесть слогов выговариваешь?

Я одарил его насмешливой ухмылкой, и Бруклин заерзала на своем месте.

— Нам нужны какие-то секреты из головы Эй-Джея? — серьезно спросила она Матео. — Потому что я могу прочитать его мысли и вытащить их для тебя, если он мне позволит?

Ее вопросительный взгляд обратился ко мне, и я кивнул в знак согласия.

— Хорошо. — Бруклин сделала глубокий вдох, а затем закрыла глаза и взяла меня за руку. — Расскажи свою правду, Злюка. Я готова принять ее.

— Я убил Хавьера Алонсо давным-давно, — сказал я, и глаза Матео вспыхнули одновременно триумфом оттого, что он услышал, что я все таки умею разговаривать, и раздражением из-за того, что его так долго водил за нос. — В другой жизни я был частью банды на западном побережье под названием «Команда Арлекина». — Я оттянул верх костюма, чтобы полностью показать бандитскую татуировку, которая была набита там: череп в шутовском колпаке, которую я когда-то носил с такой гордостью.

— Однажды он убил человека по имени Капитан Алонсо, — сказала Бруклин, ее глаза все еще были закрыты, когда она передавала то, что я сказал Матео, как будто думала, что он меня не слышит. — И увлекался групповухами с элементами бандажа.

Матео открыл рот, как будто собрался сказать ей, что он меня прекрасно слышит, но вместо этого покачал головой и обратился ко мне.

— Картель Кастильо время от времени имеет дело с «Арлекинами», — сказал Матео с понимающим кивком. — Они помогают переправлять часть продукта картеля в Штаты. Но, насколько я понимаю, они не позволяют своим людям покидать их организацию. С кровью вступил с кровью и выйдешь. Так почему ты еще дышишь, если присягнул на верность Лютеру Арлекину, а потом отказался от своего обещания?

Я слегка улыбнулся при упоминании безжалостного лидера моей бывшей банды, а затем пожал плечами.

— Лютер имел полное право убить меня за то, что я сделал. Я был его инструментом, его оружием, зверем, привыкшем жить в ярости, и выпускать ее по его приказу.

— Джек был помощником плохого человека, который держал его на поводке, — таинственно прошептала Бруклин, прежде чем я продолжил.

— Но со временем мне стало все труднее контролировать свои агрессивные порывы. Я мог сорваться и напасть на людей при малейшем поводе. Мне слишком сильно нравился вкус крови. Лютер заставил меня участвовать в боях в клетке, мотивировал меня, пытался держать в узде как свое верное оружие.

— Джека держали в клетке, и у него были всевозможные побуждения, которые заставляли его использовать свое гигантское оружие, — добавила Бруклин для Матео, и я с трудом сдержал смешок над ее интерпретацией.

— Мне трудно поверить, что Лютер Арлекин натравил тебя на Хавьера Алонсо, и ты все же выжил, чтобы рассказать об этом после того, как его братья узнали, — сказал Матео, пригвоздив меня взглядом.

— Он этого и не делал, — согласился я. — Я просто потерял самообладание однажды ночью в баре. Набросился на самого большого и злобного ублюдка и размозжил ему голову голыми кулаками. К тому времени, как я пришел в себя, я уже был в полицейской камере, куда меня доставили после того, как кто-то вызвал полицию, и они нашли меня все еще выбивающим дерьмо из уже мертвого тела.

— И остальные два брата Алонсо не пришли мстить, пока ты был в тюрьме? — слегка усмехнулся Матео, прежде чем Бруклин успела перевести, и она фыркнула.

— Я еще не рассказала тебе о том, как у него выросли медвежьи лапы. Они были большие, коричневые и мохнатые, с когтями и все такое, — огрызнулась она, заставив нас обоих посмотреть на нее в замешательстве, но она лишь крепче сжала мои пальцы, не открывая глаз. — Давай, Эй-Джей, проскользни в меня снова.

Мой взгляд блуждал по ее телу в этом маленьком облегающем кожаном наряде, и я уже начал подумывать сделать именно это, но Матео щелкнул пальцами у меня перед лицом, заставляя посмотреть на него.

— Сосредоточься, bastardo, — рявкнул он. — Я хочу знать, какие секреты ты скрываешь.

— Да, они посылали за мной людей в тюрьму. Я убил пятерых или шестерых из них, ярость во мне всегда была готова к драке, но я знал, что не смогу бесконечно избегать их покушений на мою жизнь. У Лютера не было выбора, кроме как исключить меня из банды, чтобы я не мог обратиться к ним за помощью. Он должен был защитить команду. Я не виню его за это. Но я должен был защитить себя. Поэтому, когда пришли врачи, чтобы провести психиатрическую экспертизу, я решил позволить им думать, что я не в состоянии произнести больше одного слова за раз, не говоря уже о том, чтобы контролировать свою агрессию. Так что, убедить их отправить меня в «Иден-Хайтс» было несложно. Последний человек, который пришел за мной, умудрился ударить меня по голове металлическим прутом, так что у меня даже появилась травма головы, подтверждающая мою историю. И не успел я опомниться, как меня упаковали и отправили в «Иден-Хайтс», где оставили гнить, а братья Алонсо поверили в мой спектакль, решив, что я попал в куда больший ад, чем могли устроить они сами, и сочли, что мучиться там достаточная плата за отнятую мной жизнь.

— Пока Карлос не увидел тебя сегодня вечером, — пробормотал Матео.

— О, Эй-Джей, я знала, что ты хитрое создание, — промурлыкала Бруклин. — Ты использовал свое безумие, чтобы спасти себя.

Она открыла глаза и пододвинулась, чтобы поцеловать меня в губы, а затем выскочила из машины и последовала за Найлом в дом.

Между мной и Матео повисло молчание, пока он переваривал эту информацию.

— Ты умный ублюдок, — пробормотал он. — Но я раскусил тебя.

— Ты первый, кто это сделал.

Он взглянул в сторону дома.

— И что теперь? Ты снова заговорил?

— Нет. — Я не был уверен, почему я планировал хранить молчание, но я привык к нему и обнаружил, что мне оно нравится больше, чем заполнять воздух пустыми словами.

— Значит, Найлу ты ничего не скажешь? — Его ухмылка стала шире, и я покачал головой, заставив его коротко рассмеяться. — Хорошо. Этот bastardo не заслуживает твоих слов.

Я улыбнулся в ответ, уже чувствуя себя истощенной разговором и желая сбежать от него, вернуться к молчанию и снова найти утешение в компании моей Рук.

— Братья Алонсо снова вернуться к охоте, — сказал он. — И я полагаю, это делает нас обоих врагами картеля Кастильо.

— По крайней мере, пока они не умрут, — согласился я, и он медленно кивнул.

— По крайней мере, пока они не умрут.

— Адское Пламя? — Крикнула я на весь дом, но вместо моего Найла из гостиной выскочил Брут и врезался в меня с яростным лаем. — Привет, Брути, малыш! — взвизгнула я, упав, и обняла его, едва избежав укуса. Он был так рад меня видеть, что продолжал лаять и клацать зубами от счастья. Я почесала его за ушами, и затем вскочила на ноги, а он бросился на Джека и Матео, когда они переступили порог.