Чтение онлайн

Голос эхом разнесся по коридорам и несколько минут ничего не происходило. Потом через перила третьего этажа перегнулась знакомая фигура.

– Чего орёшь?
– Сэнвир спускаться, похоже, не собирался.

– Трудно искать людей в этом грёбаном дворце...

Он всё-таки сбежал вниз, шелестя полами шелковой эльфийской мантии.

– Есть будешь или сразу в гостиную пойдем?
– от него как всегда еле уловимо пахло какими-то вкусными духами.

– Я не голодна, - грустно простонала ему в ответ.
– Сэнвир, обними меня - у меня брат умер.

– Ох что ж тебе так не везет, - демон заключил меня в объятия прямо там, в холле, закрыв широкими рукавами от окружающего мира.

– Ему отрезали лицо... Его мамка съехала с катушек и пыталась меня убить... А потом лицо отрезали ей...
– кажется, я вновь начала всхлипывать, и тут же принялась вытирать глаза.
– Земля не хочет принимать меня!

– Зато с другой стороны тебе открыта вся вселенная, - он опустил теплую ладонь мне на затылок.
– Рано или поздно все кого-то теряют, но и приобретают взамен... Хотя отрезанные лица это действительно стрёмно. Виски?

– Угу.

Продолжая придерживать меня за плечи, Сэнвир повёл длинными коридорами в глубь особняка. Дорогу я не очень старалась запоминать, больше внимания уделяя узору на коврах. Гостиная в которой мы оказались была обставлена простенько, зато могла похвастаться большим камином, над которым висел портрет в массивной раме, и удобной мебелью, расставленной вокруг низкого столика.

Демон ненадолго оставил меня выбирать себе место, а сам отошёл к шкафчику, придирчиво выбирая из множества бутылок подходящую.

Я плюхнулась на диван перед камином, удивляясь его мягкости. Тело было очень благодарно мне за то, что ему больше не приходилось прикладывать усилия на поддержание вертикального положения. Чтобы совсем не сползти, я подперла голову кулаком, оперевшись о полдокотник. Сэнвир вернулся с двумя бокалами и кувшином чего-то восхитительно терпкого. Из закусок нашелся только сыр, который уже стоял на столе, но демон его проигнорировал, предложив первым бокалом почтить память брата.

Мы выпили. И снова выпили. И ещё раз выпили. Пойло согревало и оставляло странный привкус, который мне очень нравился. Я утешила себя мыслью, что кузен умер бы рано или поздно, и приказала себе держаться за неё, когда беда случится с кем-нибудь ещё.

А пока - нужно насладиться вкусом.

– Всё наладится, - успокаивающе приговаривал демон, доливая мне янтарную жидкость в бокал. Он удивительным образом находил именно те слова, которые мне больше всего сейчас хотелось слышать.

Повернувшись к Сэнвиру, я взяла его за подбородок и крепко поцеловала.

– Хочу начать всё налаживать с постели. Мы там ещё не были.

– К чему медлить?
– от мантии он освободился одним движением, оставшись в домашних свободных штанах. Я услышала как тихо щелкнул замок на двери, запирая комнату.

Тюбик со смазкой у него конечно же был при себе, как будто он никогда с ним не расставался. Моя одежда полетела следом за мантией, снятая таким же волшебным образом. Умелые горячие руки демона прошлись по уже знакомым местам, распаляя страсть.

– Подожди, говорю...
– я ткнулась лбом в его плечо, потому что сидеть самостоятельно было крайне трудно при таких условиях.
– Я хочу в кровать.

– Это определённо следующий шаг в наших с тобой отношениях, - он шутливо потрепал меня по голове и стянул со спинки дивана плед, чтобы меня завернуть.

Пока он искал мантию нагнувшись к полу, мой блуждающий взгляд остановился на картине над камином. От встречи взглядом с изображенной на холсте женщиной меня пробил холодный пот. Не знаю, насколько уместен был здесь портрет директора... может у них традиция такая - вешать изображение начальников у себя дома, как у нас иногда вешают фотографии президентов? Мне стало очень неуютно.

Или это не директор, а очень похожая демоница? Привычных мне чёрных рогов у неё не было - только военная форма, в которой Невера ходила чаще всего.

– На этом портрете директор или меня настолько тронул алкоголь?
– я завернулась в плед и неприятно поёжилась, но взгляда пока не отводила.

– А?
– Сэнвир оглянулся, словно забыл что на картине, и кивнул.
– Да это мама, ещё до основания Империи. Ринату прям не терпелось её запечатлеть.

– Мама?!

– Женщина которая меня родила, - уточнил демон на тот случай, если у людей понятие матери отличается от общепринятого.

Я, кажется, раз десять перевела свой взгляд с портрета на бармена, прежде чем мысль стала приживаться.

– А почему без рогов?..

– Не выросли, - он легкомысленно пожал плечами.
– Рога почему-то только в этом витке появились. И у меня тоже. А у дедушки усы!

Демон заразительно рассмеялся, подкрутив воображаемый ус. Это вызвало у меня лёгкую усмешку.

– Удивительно, у вас даже усы просто так вырасти не могут?

– Нет, он же чистокровный черный дракон. Нарцисс на его месте лучше бы умер, чем каждый день терпел волосы на лице, - Сэнвир сунул мне комок одежды и поднял меня на руки вместе с пледом.
– Не потеряла ещё кроватный настрой?

– Если мы сейчас же уйдём и отложим эту тему на более подходящее время, то спасти его можно.

Дважды просить этого парня не приходилось. По невероятно живописной террасе он доставил меня в другую комнату, служившую, должно быть, гостевой спальней. Приятные спокойные оттенки мебели и стен, никаких личных вещей и восхитительно свежее постельное белье. А главное, никаких портретов директора. То что надо.

Когда меня отпустили, одежда была брошена на пол, а рыжий болван вернулся в мои объятия. Хотя, скорее, наоборот... Сэнвир опутал мои ноги хвостом, покрывая плечо горячими поцелуями. Меня начало уволакивать куда-то в сторону настоящей животной похоти, настолько, что тревожный голос Кая затерялся где-то среди бушующих эмоций.

Я на секунду встретилась взглядом с демоном, краем сознания изумившись насколько же притягательные у него глаза и окончательно пропала, когда острые клыки пробили шею у самого основания.

От такого неожиданно откровенного укуса я ахнула и напряглась, но боль быстро спала. Теперь было просто приятно. Трудно понять почему, но с Сэнвиром быстро теряешь терпение. Самообладание, кстати, тоже.

Я убрала волосы с его шеи и укусила в ответ. А потом, словно объясняя что это такая игра, стала зацеловывать место укуса. Эйфория успешно заглушала чувство опасности, завлекая в игру всё глубже. И ощущение текущей по спине теплой крови только распаляло.