Чтение онлайн

– Штатских, – повторил Эдуард вполголоса.

– У нас нет табличек, – пояснила я.

– Да, наверное, в этом дело, – тоже вполголоса сказал он, но уже с некоторой смешливой интонацией.

Франклин нахмурился:

– Я вас рассмешил?

Брэдфорд почти в буквальном смысле встал между нами.

– Давайте осмотрим место, а потом решим, что делать.

Франклин помрачнел сильнее:

– Мне это не нравится.

– Вы уже высказывали свои возражения, агент Франклин, – сказал Брэдфорд, и по его тону явствовало, что молодой агент его достал.

Франклин тоже это почувствовал, потому что еще раз поправил и без того безупречно повязанный галстук и повел нас в столовую. Брэдфорд пошел за ним. Эдуард посмотрел на меня вопросительно.

– Я иду, – сказала я.

Когда-то я старалась быть большим мачо, чем полицейские. Меня ничто не могло смутить, потому что я большой и крутой вампироборец. Но последнее время мне на все это было наплевать. Я не хотела больше этим заниматься. Сама была поражена, когда поняла, что мне не хочется здесь быть: слишком много ужасов видела я за очень короткий срок. Я выгорала дотла; а может, и уже выгорела, только еще сама не поняла.

Страх стянул живот в болезненный узел. Стоп, его надо подавить. Надо отделить себя от той работы, что ждет впереди, или меня стошнит. Я попыталась сделать несколько успокаивающих вдохов, но запах густо обволакивал язык. Пришлось сглотнуть слюну (и тут же об этом пожалеть) и уставиться на ботинки. Я рассматривала носки кроссовок, касавшиеся края дорожки на полу, пока узел в животе не ослаб и наступило спокойствие. В груди все еще что-то дрожало, но лучшего мне уже не добиться.

– Вам нехорошо, миз Блейк? – спросил Франклин.

Я подняла глаза и посмотрела на то, что лежало на столе.

И я тихо сказала:

– Вау!

– Вот именно, – отозвался Брэдфорд. – Именно что «вау».

Стол был из натуральной сосны, бледной, почти белой. Он подходил к цветовой гамме стен и всего убранства и создавал эффектный фон для той вещи, что на нем лежала. Именно вещи. Дистанция, держи дистанцию, не думай о том, что когда-то это было человеком.

Сначала я видела только кровь и куски мяса. Как рассыпанный паззл-мозаика с отсутствующими кусочками. Первое, что я смогла определить, была шея. Виднелся обломок позвоночника, торчащий над мясом. Я поискала глазами голову, но среди окровавленных кусков ничего ей не подходило по размеру. Зато лежала нога, почти целая, только вырванная в тазобедренном суставе. Расчленена она не была. Увидев это, я нашла еще и кисть, лежащую ладонью вверх с согнутыми пальцами, будто держащую что-то.

Я наклонилась пониже, не вынимая рук из карманов, потому что свои хирургические перчатки забыла в Сент-Луисе. До чего же непрофессионально!

Наклонившись над рукой, я больше не ощущала запаха, не думала «боже мой, какой ужас». Мир сузился до зажатого в лежащей руке комка размером с пятицентовик. Я видела, что это. Кисть была с длинными ухоженными ногтями, некоторые обломаны, будто женщина сопротивлялась… Женщина. Я посмотрела на безымянный палец и увидела обручальное кольцо, с виду тяжелое и дорогое, хотя, чтобы удостовериться, пришлось бы пошевелить руку, а к этому я еще не была готова. Всю эту информацию я фиксировала отстраненно, потому что нашла ключ. Я сосредоточилась и схватилась за это, как за спасательный круг. Может быть, так оно и было.

– У нее в руке что-то есть. Это может быть просто обрывок ткани, но…

Я нагнулась так низко, что мое дыхание коснулось кожи, и меня обдал мускусный животный запах. И еще от моего дыхания край этой штуки в руке шевельнулся. Он не залубенел от крови и сейчас шевельнулся, когда я подышала на руку.

Я выпрямилась.

– По-моему, это перо.

Я оглядела комнату, пытаясь определить, откуда оно могло взяться. Ни одного предмета животного происхождения в комнате не было, если не считать канделябра с оленьими рогами.

Брэдфорд и Франклин переглянулись.

– В чем дело? – спросила я.

– Почему вы сказали «у нее»? – спросил Франклин.

– Ногти, кольца. – Я взглянула на остальные части тела. Догадку о том, что это была женщина, подтверждал и размер грациозной шеи. – Она была с меня ростом или поменьше.

Я слышала собственные слова и ничего не чувствовала. Была пустой, как гулкая раковина на песке. Было состояние как от слабого шока, и я знала, что потом за это придется расплатиться. Либо устрою истерику, уединившись в укромном месте, либо… Что-то я в себе сломала, и оно никогда уже, быть может, не восстановится.

– Помимо пола, что вы еще определили? – спросил Франклин.

Я не люблю, когда меня проверяют, но почему-то сейчас не было сил на эту тему возникать.

– Другие жертвы были расчленены до фаланг пальцев. Эта – нет. Когда я впервые услышала, что у выживших тщательно снята кожа, после чего их изуродовали, а мертвые все разорваны на части, я подумала, что убийц может быть двое. Один – очень организованный, и он командует, второй не организованный и подчиняется. Но тела не были разорваны. Они были тщательно рассечены. Это было организованно и очень продуманно. А вот это… – Я показала рукой в сторону стола. – Вот это результат стихийного характера. Либо наш организованный убийца теряет над собой контроль, либо убийц двое, как я полагала вначале. Если их двое, то организованный утратил контроль над своим подчиненным. Эти убийства не были хорошо спланированы, поэтому не может не быть ошибок, которые нам помогут. Но это значит и то, что всякий, попавшийся на дороге этим тварям, будет убит. Больше мертвых тел и более частые убийства. А может быть, и нет.

– Неплохо, миз Блейк. Я даже почти со всем согласен.

– Спасибо, агент Франклин.

Я хотела было спросить, с чем именно он не согласен, но и без того знала.

– Вы все еще считаете, что этот серийный убийца – человек?

– Считаю, – кивнул он.

Я поглядела на останки, разбросанные на столе буграми красной краски. Натекающая кровь уже подбиралась к моим ногам. Копы терпеть не могут, если кто-то начинает разносить кровь по всему месту осмотра. Я шагнула назад и наступила на что-то хрустящее. Нагнувшись, я увидела на полу соль. Кто-то по неаккуратности рассыпал ее за завтраком. Я встала.

– Перед нами свежее убийство, агент Франклин, действительно свежее. Сколько времени займет у человека, пусть даже у двоих, превратить другого человека вот в такое?

Длинные пальцы Франклина снова поправили галстук. Интересно, знает ли он за собой эту привычку дергать галстук, когда нервничает? Если нет, я готова с ним играть в покер каждый день.

– Я не могу дать оценку, точную оценку.

– Ладно. Неужели вы думаете, что у человека хватит сил разорвать другого с такой быстротой, что даже кровь останется свежей? Эти чертовы останки кровоточат, будто при жизни, настолько они свежие. Я не думаю, что человек способен столь молниеносно нанести эти повреждения.

– Вы высказали мнение и теперь стараетесь его держаться.

Я покачала головой:

– Послушайте, Франклин, с вашей стороны было логично предположить, что убийца или убийцы – люди. Обычно в вашей работе приходится иметь дело с людьми. Я так понимаю, что вы из Отдела Поддержки Расследований?

Он кивнул.

– Отлично. Итак, вы охотитесь за людьми, в этом ваша работа. Они монстры, но не настоящие монстры. А я охочусь не за людьми – за монстрами. Это моя работа. Вряд ли меня бы вызвали, если бы виновником оказался человек или не была бы замешана хоть какая-то магия.