Чтение онлайн

— Не нужно делать резких движений, прошу тебя, — продолжала говорить Маргарита. — Нам нужно обсудить, как закончить войну. Нужно принять решение, пока ты свободен.

— Я не буду ни о чем с тобой договариваться, ведьма, — высокомерно ответил магистр. — Если ты думала, что все дело в кристалле — ты ошиблась. Он всего лишь давал мне силу открывать порталы.

— Нет и мы оба это знаем, — Маргарита облокотилась спиной на стену, так как ноги ее едва держали. — Сними кристалл, он поработил тебя. Сними, прошу. И мы решим вместе, каким будет новый мир.

Но магистр Пустоши медленно пятился назад, не желая разговаривать. Время, которое им выиграла луна истекало. Багровый повелитель скоро вернется и о нужном решении можно будет забыть. Реки крови прольются, погибнуть невинные с обеих сторон. Были бы у нее силы, она бы заставила Иригона снять медальон. Как найти нужные слова?

— Ты уже все всем доказал, — не теряла надежды Маргарита. — Три домена пали перед тобой, тебя называют императором Симфонии. Твои люди преданы тебе как божеству, а нас ненавидят. Считают демонами, позволь нам уйти. Просто уйти. В твоих силах сделать так, чтобы Симфония навсегда забыла о нас, о магии, о симфах и эльфах. Будете только вы — люди и ваше царство. Сними кристалл… иначе тот, кто в нем заключен, не позволит всему этому сбыться. С ним мы будем воевать до конца, до последнего воина, до последнего вздоха, так как он — главное зло в нашем мире. Когда появляется он — Симфонию заливают реки крови. Кто он как не демон? И ты продал ему душу, Иригон. Он воспользовался твоей болью, твоей слабостью, чтобы сжечь Симфонию. И он не остановится никогда. Если ты не снимешь кристалл, и уничтожишь Озерный край, Разгор в уничтожит Пустошь в отместку. Эльфы пойдут против своей природы и уничтожат твое войско, превращаясь в темных. И ничего здесь не будет — только выжженная земля. Услышь меня, Иригон… Выжженая земля — конец Симфонии, вот итог нашей войны. Я прошу тебя, давай остановимся, пока еще можно что-то спасти. Прошу тебя, сними кристалл. Я предлагаю тебе мир, Иригон, но только тебе. Его я уничтожу!

На мгновения воцарилась тишина. Маргарита увидела сомнение в его глазах, в его человеческих глазах. Легкий порыв ветра и нежный шелест листьев, позвал Иригона. Маргарита слышала его раньше, так звучала эльфийская песня. Видимо, вступила в Лайла. Пела для Иригона. Очаровывала, связывала с собой навеки. Пусть ее песня слабее, чем у чистокровных эльфов, но она она обещала счастье.

— Сними кристалл, — пел ветер. — Сними кристалл, — шелестели листья.

Иригон, зачарованный ее песней, машинально коснулся кристалла и сдернул его как раз тот момент, как Багровый повелитель решил очнуться. Яркий свет рубина ударил в глаза, Маргарита застонала от боли, едва удержала видгарский огонь внутри. Иригон отшатнулся от агрессивного света амулета и отбросил его в сторону.

— Я готов к переговорам, — охрипшим голосом сказал он сползшей по стене Маргарите.

— С возвращением, магистр Пустоши, я буду рада заключить с тобой мир, — устало ответила она.

Запахнувшись в плащ, Киран не сводил взгляда с замка. В такого расстояния фигуры на стене практически неразличимы, но он знал, что узнает Маргариту, если она появится среди воинов. Сердце почувствует и дернется, как уже часто бывало. Не мог сойти со своего поста. Второй день душу разъедала тоска. Тоска такой силы, что не мог взять себя в руки. И шрам на ладони пылал — звал илара на помощь сюзерену. И если бы дело было в войске Пустоши, но Киран понимал, что это не так. Иригон снял амулет, его войско в непростой ситуации и уже не угрожает замку. С этой стороны Марго ничего не грозило. А тоска разъедала и иларская клятва мучила. И еще… холодно, Всезнающий, как холодно, как будто все тепло ушло из тела.

Не спокойно, мечется по лагеру, как зверь в клетке. Мучает тоска и жуткое желание поскорее оказаться с ней рядом, будто от этого зависит его жизнь. Накатывают приступы слабости, даже руки дрожат иногда. Боец из него сейчас никакой, хотя он и скрывает это. Прячется от своих воинов, уединяяся вот на таких пригорках, с которых видно каменную громаду замка. Будто кто-то тянет из него силы, энергию, тепло, радость и жизнь… да, она утекает по капле, остается только жуткое предчувствие катастрофы и паническая необходимость увидеть ее поскорее. Киран не смог сдержать полувздох-полустон.

— Вижу тебе совсем хреново, парень, — появился будто из воздуха Заорг, заставив его вздрогнуть и схватиться за меч.

— Не понимаю, что со мной… — промямлил Киран, отпуская рукоять.

— Я понимаю, — пожал плечами Заорг. — Она тебя тянет за собой. Твоя Марго родила дня два назад — Этрик почувствовал, я, как следствие, тоже. Умирает она, но еще продержится некоторое время. Ты держишь ее вместе с замком и магиями, она тянет твою энергию.

Сердце пропустило удар, от его слов совсем хреново стало. Снова задрожали руки, а тоска потянула к ней. Желание становилось практические непреодолимым.

— Да я бы всю ее отдал, если бы это могло ее спасти. Теперь я понимаю, почему так редко заключается иларская клятва. Это… очень… больно. Знать, что твой сюзерен умирает, а ты не можешь его спасти.

Заорг хмыкнул.

— Ну да… А как Салог себя чувствует?

Киран непонимающе уставился на ухмыляющегося эльфа. И какого демона его заинтересовало здоровье сюзерена "королевского двора".

— Да вроде в здравии был вчера. Держит оборону у своего дворца.

— Избирательная какая клятва оказывается, — ухмыльнулся эльф. — Тебя ломает, а ему хоть бы хны. Вроде тоже илар.

Киран пожал плечами. Не в состоянии был сейчас думать почему так. Может, он просто самый близкий и испытывает к Марго такие сильные чувства, что готов за нее умереть не только из-за клятвы. Заорг не сводил с него задумчивого взгляда.

— Как у тебя с эльфийской магией? — снова ошарашил Заорг своим вопросом.

— Какая к демонам магия? — вспылил Киран. — У меня любимая женщина умирает, которая сюзерен к тому же…

И снова почувствовал тоску, закололо в сердце.

— И все же. Этрик успел тебя чему-то научить? Природа тебя слушается? — не отступил Заорг.

Киран раздраженно провел рукой, выращивая побег, даже не прилагая для этого никаких усилий.

— Неплохо. Щедро Этрик поделился.

Киран молча отвернулся и снова уставился на замок. Ему сейчас плевать было на все магии и войны, там умирала его жизнь, а он не мог быть рядом. Захотелось завыть, закричать и зарыдать одновременно. Тоска и боль не оставляли его ни на секунду…

Этрик суетливо мотался по лагерю, раздавая распоряжения. Эльфы приняли нового короля на удивления хорошо, не оспаривали его приказы и явились на помощь людям, хотя он же вывел их из западни заколдованным лесов, они по крайней мере должны быть ему благодарны. Хоть на время забудут, что он темный. В который раз проверил посты. В этом не было необходимости, но стоило ему остановится и он снова начинал ощущать широкую гамму отрицательных эмоций, частично своих, частично Кирана.

Этрик почувствовал, что Маргарита родила, как только вывел эльфов из лесов. Обсидиановая нить, которая связала его с Марго, позволяла чувствовать девушку. Лучше бы он не пел эту проклятую песню. Его женщина умирала. Он буквально кожей чувствовал, как уходит энергия из ее тела, капля за каплей, как ее сущность растворяется в воздухе. Стоило ему остановиться и становилось больно, невыносимо было ощущать как медленно она уходит. Боль потери нарастала постепенно вместе с ее угасанием. Будто рану нанесли и ковыряют ее, посыпают солью. Ноет, болит, тянет. Этрик скрипнул зубами. Скорее бы этот договор заключили — он просто уснет вместе с Маргариткой и вытащил ее из Бездны. И уйдет эта невыносимая боль.

Илар еще этот на его голову, кровный брат. Рядом с ним и вовсе дурно становилось, так корежило парня. Даже попросил Заорга научить ставить ментальный блок, так невыносимо было ощущать страдания Кирана. Пытался ему втельмяшить в голову, что выживет Маргарита, что он вытащит ее. Но на парня вообще ничего не действовало, Киран был невменяем совершенно и не хотел слушать голос разума.

Возле очередного поста его догнал Заорг.

— Здесь нечего проверять, — спокойно заметил он, обращая на себя внимания.